Category: игры

Category was added automatically. Read all entries about "игры".

Из твиттера Евгения Радченко...26 марта.



Григорий Киселёв. Пионеры воздушных конвоев. Малоизвестные страницы войны. (36)

Вынужденный отъезд

Капитан Гамов, мучаясь в догадках по поводу вызова к старшему начальнику, быстрым шагом направился к нему.
Полковник Мачин встретил капитана радушно, поздоровался за руку и усадил напротив себя.

– Петр Павлович, перейду сразу к делу, ты знаешь, не люблю ходить вокруг да около. Хочу задать тебе один вопрос, что ты думаешь по поводу своей жёны? Работать ей становится все труднее и, как ты понимаешь, на роды здесь мы оставить не можем.
– Да, товарищ командир. Я планирую отправить её к матери в Москву и сегодня собирался с рапортом идти к командиру полка.
– Очень хорошо. Видишь, какая у меня хорошая интуиция. Дело в том, что послезавтра на Москву назначен перегон транспортного «Дугласа». Перегон будет проводиться не эстафетой, а одним экипажем. Кроме того, эта машина исполнена не в обычном транспортном, а в пассажирском, я бы даже сказал, в салонном варианте. Подготовь, пожалуйста, жену к отправке, в этом самолёте ей будет удобно и перелёт не доставит больших проблем. А послезавтра, в пять тридцать утра, – колёса от земли.
Collapse )

Григорий Киселёв. Пионеры воздушных конвоев. Малоизвестные страницы войны. (27)

Поиск

Передав вместе с машинами самолётную документацию инженерной службе Уэлькальского полка, перегонщики с Аляски получили команду грузиться в транспортник, который уже стоял «под парами». Прогретые двигатели самолёта были наготове и ждали команды на взлёт. Лётчики оперативно поднялись на борт по алюминиевой стремянке, привычно размещаясь в зелёной утробе пузатого «американца».
– Могли бы и обедом покормить, – проворчал один из пилотов-истребителей, расстёгивая меховой реглан и усаживаясь поудобнее для сна.
– Да где уж там, покормят. Тыловики, поди, опять экономят, – поддержал разговор сидевший рядом с ним младший лейтенант из новичков. Новички, надо сказать, отличались особой запасливостью. Он достал из планшетки заныканную шоколадку, разломил пополам и, отдавая половинку соседу, продолжал: – На, пожуй, а то заболеешь, за кем в строю летать буду.
– Это ты, Гена, молодец, хоть и молодой, но соображаешь. Я думаю, что если так пойдёт и дальше, то очень скоро станешь хорошим лётчиком.
– Зачем издеваешься, я же от души. Наверное, надо было самому съесть, тогда бы точно лучше бы стал летать, – поддержал шутку молодой пилот.
– Не, из жмотов хорошие пилоты никогда не получались. – философски заметил сосед. – А из тебя получится.
Collapse )

Григорий Киселёв. Пионеры воздушных конвоев. Малоизвестные страницы войны. (23)

Стародавний знакомый

– А скажи-ка мне друг мой, – продолжал пилот обращаясь к радисту. – У тебя как у начальника тыла нашего экипажа, есть знакомые в продслужбе марковского батальона обеспечения?

– А что нужно, командир? Даже если вчера не было – сегодня будут.

– Нравится мне такой подход. А нужно вот что, – Гамов достал бумажник, вынул из него талоны на питание по лётному пайку на трое суток. – Отоварь, пожалуйста. Если будут сложности, можно и не один к одному, а как получится.

– Есть, командир, сделаю, – с готовностью ответил Вася. Он собрался было уже идти, но Сорокин придержал его за рукав:

– Подожди, вот, возьми, – и протянул ему талоны ещё на двое суток.
Collapse )

Григорий Киселёв. Пионеры воздушных конвоев. Малоизвестные страницы войны. (18)

Неприятное известие

Старший инженер военной приемки Кисельников объяснялся с американским инженером по поводу некачественной сборки бомбодержателей на самолетах-бомбардировщиках, когда к нему подбежал сержант, дежурный по стоянке самолетов, и доложил:

– Товарищ подполковник, начальник приемки просит вас позвонить ему.

– Хорошо, идите, – отпустил инженер сержанта и, сообщив американскому коллеге о том, что разговор не окончен и будет продолжен, заспешил к телефону.

Полковник Мачин, услышав в трубке голос Кисельникова, сказал:

– Борис Васильевич, поступила вводная: к завтрашнему дню нужно подготовить грамотного специалиста к отправке в Ташкент. Он повезет с собой техническую документацию на «Аэрокобру». Там с ним встретится инженер из Басры. Наш специалист должен будет передать ему документы и рассказать об особенностях приемки и эксплуатации этого самолета. Все необходимые командировочные документы и портфель с документацией пусть сегодня получит у начальника штаба, я распорядился. Проинструктируйте, пожалуйста, его по своим вопросам.

– Есть, товарищ полковник! Все сделаю, – доложил Красильников.
Collapse )

Григорий Киселёв. Пионеры воздушных конвоев. Малоизвестные страницы войны. (17)

Незваный гость

Оказавшись на земле, командир экипажа направился на доклад к командиру полка, Сорокин пошёл в штаб по своим штурманским делам, ему надо было сдать полётные карты в секретную часть, а бортрадист Вася Казаков заторопился домой, чтобы до прихода Петра и Саши успеть принять душ, переодеться и организовать чай.

Доложив результаты перегона, Гамов спросил:

– Я знаю, что Блинов с Николаевым долетели благополучно, а что с самолётом, действительно пожар?

– Да нет, Пётр Павлович, глупая шутка, – ответил Недосекин, который после того как узнал, что его пилоты в случившемся не виноваты, пребывал в благодушном настроении.

– Как это? – не понимая, спросил Гамов.

– А очень просто, кто-то шутки ради заложил в хвост «Кобры» дымовую шашку. Полная имитация пожара. Особисты в деталях разбираются с этим случаем, но главное, что эта «шутка» – дело рук не наших людей.

Командир дал указание Гамову уточнить у начальника штаба плановую таблицу на завтра и отдыхать. Ваш экипаж стоит в плане.

– Надеюсь завтра не на «Бостоне»?

– По-моему нет, но уточни у начальника штаба. А что, не понравился штурмовик?

– На этом самолёте не понравиться не может, всё очень здорово, но штурмана жалко, не один час полета…
Collapse )

Григорий Киселёв. Пионеры воздушных конвоев. Малоизвестные страницы войны. (8)

Здравствуй, Аляска!
Наконец, прибыли в Красноярск. На аэродроме начались нудные авиационные формальности: уточнение списков, распределение отлетающих по самолётам, заполнение полётных листов. Всё это заняло немало времени. Но всему приходит конец. Лётчики, штурманы, техники, попавшие в первый перегоночный полк и отправляющиеся на свою базу на Аляске, прихватив свой нехитрый багаж, загрузились на стоящие «под парами» транспортники.
И вот уже убраны стремянки, закрыты входные люки, завертелись, набирая обороты, винты мощных двигателей. Вырулив на старт и пробежав по взлётно-посадочной полосе, крылатые машины оторвались от земли, и набрав высоту, с небольшим интервалом, друг за другом взяли курс на восток… Первый этап маршрута заканчивался на Чукотке, на аэродроме Уэлькаль.

Осень на севере приходит рано. Солнечный диск, едва появившись на небосклоне, быстро достигает своего апогея и стремительно движется вниз, как будто главная задача для него – скорее скрыться за горизонтом. И без того короткий световой день становится всё короче. Два транспортных самолёта с личным составом первого перегоночного полка на борту, взлетев с чукотского аэродрома Уэлькаль, шли курсом на Аляску. Они пересекали Берингов пролив уже на закате солнца. Командир ведущего борта вышел в салон и, обратившись к командиру полка подполковнику Недосекину, доложил:

– Получена радиограмма от комдива. Он приказал сделать посадку на аэродроме Маркс-Филд в городе Номе, на океанском побережье, переночевать там, а полёт над тайгой Аляски до Фербенкса перенести на завтра, чтобы не лететь в темноте.
Collapse )

Григорий Киселёв. Пионеры воздушных конвоев. Малоизвестные страницы войны. (4)

Внезапный вызов

Лето 1942 года. Ирак. Город Басра. Советская военная миссия по приёмке самолётов, получаемых от союзников по Ленд-лизу. Здесь на местном аэродроме американские специалисты передавали советской стороне прибывшие морем самолёты, после чего наши лётчики эстафетой перегоняли их на советско-германский фронт.

В ангаре, где стояло несколько самолётов, ожидавших своей очереди на приёмку, за походными столиками на аккуратных раскладных стульчиках с брезентовыми сидениями расположились советские и американские инженеры, которые подписывали акты приёма-передачи очередного американского самолёта, бомбардировщика В-25 «Mitchell».

Несмотря на ранний час было довольно жарко. Ангарная тень не спасала. От металлической крыши этого аэродромного сооружения тепло шло, как от печки-буржуйки. Американские вентиляторы, которые, медленно вращаясь под потолком, словно крылья волшебной мельницы, гоняли по ангару воздух своими огромными лопастями, прохлады не приносили.

– Как же надоела эта жара, – вытирая со лба пот уже мокрым носовым платком, проговорил старший инженер на приёмке Борис Кисельников.

В это время зазвонил телефон.
Collapse )

Тайна третьего перелёта или цейтнот Леваневского... Евгений Костарев. Часть 8.

Часть 8.

Загадочная радиограмма.

"Истина бывает часто
настолько проста,
что в неё не верят."

Ф.Левальд.

В радиограмме Галковского, принятой на Аляске в Анкоридже и Сиэтле, осталась загадочная фраза: «Посадку будем делать в 3400»,правда в некоторых источниках утверждается, что фраза была другой: «Снижаемся до 3400.» В целях сокращения текста все радиограммы передавались с борта Н-209 цифровым кодом.В радиограмме из Анкориджа естсь строка: «48340092.»
Цифры означают:
48 – предлагаем совершить посадку в ...;
92 – Леваневский;
3400 – ?
Если эта радиограмма верна, то получается, что Леваневский из-за неисправности одного из двигателей и сильного встречного ветра принял решение изменить место приземления и направить самолёт в сторону ближайшей к полюсу суши. Какая же земля скрываеться под цифрами 3400?
Collapse )

Роковой дон Жуан...

"...Тяготы экспедиции Беринга в 1741 году и смерть самого командора отчасти связаны с потерей времени в поисках мифической «Земли Гамы». Земля с таким названием значилась на карте, составленной для Беринга петербургским академиком, французом Жозефом-Никола Делилем. Ж.-Н. Делиль задним числом уличён в шпионаже (собранные им обширные сведения по географии России он впоследствии вывез в Париж), а отсюда один шаг до вывода: «Земля Гамы» выдумана Делилем с диверсионной целью – чтобы погубить экспедицию Беринга и Чирикова.
Это не совсем так: Делиль не был агентом западной разведки, хотя он действительно воспользовался в корыстных целях теми научными сведениями, которые собирал в России по долгу службы. Сгодились ли его материалы, к примеру, наполеоновским стратегам? – неизвестно; а пользу российской картографии Делиль принёс немалую.
Что же касается «Земли Гамы», то и её Делиль не выдумал, а заимствовал с карты португальца Жуана Тешейры (João Texeira/Teixeira). Что касается истории «открытия» «Земли Гамы» и личности «открывателя» (прошу извинения за нагромождение кавычек), то о них в то время было известно не более того, что сам Тешейра надписал на карте. Вот наиболее подробное свидетельство из XVIII века:
«На карте Индии, которую впервые опубликовал в Лиссабоне в 1649 году Peter (так!) Тешейра, космограф португальского короля, и которая, как и другие его труды, выдаёт в нём искушённого и точного географа, мы находим, во-первых, группу островов, лежащих на 9-10 градусов к северо-востоку от Японии, на 44° и 45° северной широты, а далее и берег, тянущийся с запада на восток, обозначенные следующим текстом: «Земля Жуана да Гамы, индийца, виденная им в плавании из Китая в Новую Испанию». [Terra q. vio Do Joao da Gama Indo, da China pera Nova Espana.] В котором году свершилось это плавание, неизвестно. Также невозможно сколь-либо определённо установить, кто таков был этот Жуан да Гама. Представляется, однако, что это был моряк, родившийся в Индии, но португальского происхождения. Земля, положенная на карту Тешейрой, вероятно, не что иное как остров Уруп, либо Симушир, который простирается в длину примерно на 130 вёрст или 76 географических миль. Действительно, Тешейра изобразил берег, непрерывно тянущийся до Анианского пролива (Estreito de Anian), что отделяет Азию от Америки; но всякому видно, что точной информации о протяжённости азиатского материка картограф не имел, ведь по его версии Анианский пролив находится на 50° с.ш., что очень далеко от истины».
Collapse )