Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

Плавания в Северном Ледовитом и Тихом океанах после похода 1648 г. С. Дежнева

1660 (168) г. не позднее марта 30. — Челобитная промышленных и торговых людей с р. Колымы в Якутскую приказную избу с жалобой на погрузку в их коч моржовой кости, добытой Семеном Дежневым.

|л. 5| Царю, государю и великому князю Алексею Михайловичю... (т.) бьют челом твои, государевы, сироты торговые людишка и промышленные: Андрюшка [319] Егоргиев Косицын, Омелька Яковлев Ворыпаев, Карпушка Яковлев Вологжемец, да промышленной человек Пятунка Иванов Лобанов, Осташко Васильев Курсов, Ивашко Осипов Пинега, Осташко Ларионов, Ларька Андреев, оба пинежане, Ивашко Яковлев Шульга, усолец, Васька Михайлов Гулызинской, устюжанин, Пашко Федоров Унжак, Максимко Агапитов Непряха, Матюшка Ларионов Репа, мезенец, Васька Тарасов Пермяк, Фадюшка Борисов Колмогорец, Гришка Антонов по прозвищу Бурко, Терешка Нестеров Вымитянин, Кирюшка Васильев Усолец.

В том в нынешном во 168-м году отпущены мы, твои государевы, сироты, с Колымы реки ис таможни в Якутцкой острог. А приняли мы, сироты твои, торговые и промышленные людишка твою, государеву, казну соболиных трех рек: колымскую и алазейскую, ясачную и десятинную, и перекупную, и Федора Чюкичева збору с Омолону реки. А сверх той, государевы, соболиной казны кладут к нам, сиротам твоим, на кочишко наше твою ж, государеву, казну костяную збору целовальника Семена Дежнева 80 пуд, да ево Семена, своей кости 50 пуд весом, а тот наш кочишко худо и гнило, конопати не держит. /л. 6/ И мы, твои, государевы, сироты, по нужде ради на том кочишке сево году пошли, а что купити негде иново коча.
Collapse )

Служилые и промышленные люди Якутского острога в 40-х гг. ХVII в. Поход Семена Дежнева,Федота Попова

1658(166) г. не ранее июля 10. — Челобитная охочего служилого человека Матвея Кальина о поверстании его в казачью службу за походы с Михаилом Стадухиным на pp. Анадырь, Пенжину, Гижигу и Тауй.

|л. 150| Царю, государю и великому князю Алексею Михайловичю... (т.) бьет челом сирота твой охочей служилой человек Матюшка Кальин. [272]
В прошлом, государь, во 156-м году на Ковыме реке бил челом тебе, государю, и подал челобитную служилому человеку Михайлу Стадухину, чтоб ты, государь, пожаловал, велел мне свою государеву службу служить с ним, Михаилом, и потти с ним на новую на Анандырь реку для прииску неясачных людей. И тот Михайло Стадухин меня, сироту твоего, к себе принял и твою, государеву, службу мне служить с собою велел. И я сирота твой, с тем Михаилом Стадухиным на новых на Андаре да на Пенжене, да на Изиге, да на Товуе реках твои, государевы, всякие службы служил 10 лет без твоего, государева, денежного и хлебного жалованья. А поднимался своими подъемы и в походы ходил, и аманатов имал, а на тех боех я, сирота твой, ранен в дву местех. И в нынешнем, государь, во 166-м году тот Михайло Стадухин прислал меня, сироту твоего, в Якутцкой с твоею, государевою, казною.
Милосердый государь, царь и великий князь Алексей Михайлович... (т.), пожалуй меня, сироту своего, вели, государь, меня в свою государеву службу поверстать на выбылое место.
Царь, государь, смилуйся.
ф. Якутская приказная изба, ст. № 2131 (262), л. 150.

Комментарии
1. Датируется на основании содержания выписи по челобитной. Там же, л. 151. Выпись Якутской приказной избы не публикуется, т. к. не содержит никаких новых данных, дополняющих челобитную.

Мечта, расколовшаяся о штаны... Владимир Теняев

Поздней весной, когда уже радостно чирикали птички, и по-настоящему пригревало солнышко, но ещё не появилось признаков гнуса и мошкары, всё свободное время я торчал под окнами квартиры, как раб на плантации. До настоящей плантации дело всё равно не дошло, но кое-что я соорудил. В то время радиостанция «Маяк» уже отказалась от формата чисто новостного и музыкального вещания, поэтому транслировались довольно интересные передачи в виде разговоров в прямом эфире, что явилось несомненным глотком «свежего воздуха» и дуновением ветра перемен. Я брал на улицу радиоприёмник «ВЭФ» и под его сопровождение колотил, сочиняя немыслимые конструкции, пытаясь повторить эксперименты соседей. Одна тепличка получилась небольшая и лёгкой конструкции с промышленным каркасом в виде металлических трубок, а другую задумал уже более фундаментальную и громоздкую.
Меня не очень смущало, что солнышка под окном было маловато, и появлялось оно на короткий срок. Дом в этом отношении располагался не самым лучшим образом. Главное – у меня появились новые заботы и обязанности, а о количестве урожая совсем не думалось. Вторая теплица – монстрообразная, из досок, с коробами и полом. Землю откуда-то таскал на тачке, которую где-то тоже арендовал... И ещё – я упоминал, что дом стоял высоко приподнятым над землёй, поэтому под ним и под крыльцом пустовало пространство, которым глупо было не воспользоваться для хозяйственных нужд. Я тщательно вычистил всё внутри и потом хранил там всякое тряпье, которое уже стыдно носить, а выбросить – жалко... Это, наверное, знакомо всем. Коробки и тюки заботливо упаковываются и убираются с глаз долой, но с надеждой, что когда-нибудь понадобится. В результате, навсегда так и лежит невостребованным грузом, а потом уже совершенно невозможно припомнить, что именно и где лежит. А главное – для чего или кого?... Однако, рука не поднимается решительно прошагать на помойку с нажитым хламом... Не так ли?
Collapse )

Служилые и промышленные люди Якутского острога в 40-х гг. ХVII в. Поход Семена Дежнева,Федота Попова

Не ранее 1648 (157) г. сентября 1. — Челобитная аманата Колымского острога Апа о зачислении его толмачом и разрешении участвовать в приискании «неясачных землиц».

|л. 42| Царю, государю и великому князю Алексею Михайловичу ... (т.) бьет челом твой государев сирота чюхачей детина Апа.

В прошлом, государь, во 156-м году на усть Колымы реки поймал меня, Апу, Якутцково острогу сын боярской Василей Власьев. И с тоя поры, государь, и отец, [255] и мати мои, и род, племя отступилися, и твоего, государева, ясаку под меня не платят. И топерво, государь, я, сирота твой, хочю служить тебе, праведному государю, и во всем прямить и чюхоч своих родников приведу под твою, царскую, высокую руку.
Милосердый государь, царь и великий князь Алексей Михайлович... (т.), пожалуй меня, сироту своего, вели, государь, мне в Нижном ясашном зимовье быти толмачем у твоего, государева, ясашного соболиного збору с ясашных юкагирей и выискивать неясашных юкагирей и захребетников, и подростков, и твоих, государевых, непослушников чюхоч призвати.

Царь, государь, смилуйся, пожалуй.

ф. Якутская приказная изба, ст. № 2173, л. 42.

Комментарии
1. Датируется на основании содержания челобитной.

Золотая Колыма. Исаак Гехтман. (13)

ДЕТИ ТАЙГИ

Семь часов утра. Печка погасла. Чернила на столе замерзли. По полу, где я сплю, ползут острые струйки холода, пробираясь под тулуп.
Учитель Варрен уже встал и пошел за дровами. Сквозь сон слышу дружные детские голоса, с каким-то необыкновенным акцентом поющие:

И тот, кто с песнью веселой сагает,
Тот никогда и никде не пропадет…

В коридоре детишки делают утреннюю зарядку. Кулачки их рук сжаты, крепкие ноги, привыкшие с детства бродить по лесу, упруго сгибаются.
Воспитательница и учительница Нина Иосифовна Пинчук с большим удовольствием занимается этим делом. Еще не так давно у себя на родине, в Ворошилове-Уссурийском, она была вожатым пионерского отряда. Это видно по той ловкости, с которой она исполняет на круге сигнал окончания зарядки и командует:

— Отставить. По комнатам. Шагом марш!

Дети строятся в ряды и шагают в комнаты общежития. Оттуда они в беспорядке выскакивают с полотенцами, мылом и зубными щетками.

Умывание является своего рода делом чести. Недаром в учебнике сказано:

«Приехал Ного домой. В юрте грязно. Никто не моется. Ного сказал: — Надо лицо и руки мыть. Надо зубы чистить. Мыло достать надо. В бане мойтесь».
Collapse )

Золотая Колыма. Исаак Гехтман. (12)

УЧИТЕЛЬ ВАРРЕН

Мы едем по берегу быстрой и красивой горной речки Ланковой. Берега реки скалисты и обрывисты.
Я искоса поглядываю на моего кучера — маленького невзрачного человечка, с вздернутым носом, похожим на луковку чеснока, и прозрачными голубыми глазами. Вид его несколько необычен для приполярных широт. На нем овчинный тулуп, подпоясанный лыжным шнурком, валенки, шапка-ушанка. Но из-под раскрытого тулупа виден белый воротничок смятой крахмальной рубашки и черный галстук бабочкой.

Кучера зовут Столяров. Он завклубом, киномеханик, танцор, мандолинист и актер Ольской труппы. Художественные наклонности и заставляют его, очевидно, носить этот, несоответствующий полярной обстановке костюм.

Несмотря на свою мирную внешность, Столяров человек отчаянный. Он не признает никаких дорог и везет напролом, куда глаза глядят. В сани впряжена молодая якутская лошаденка, чуть ли не впервые идущая в упряжке, и кажется, что не кучер управляет лошадью, а наоборот — она кучером. Ежеминутно лошаденка пугается и скачет на льдины, на пеньки, в наледи, и требуется отчаянное усилие, чтобы остановить ее.

Столяров ограничивается тем, что награждает лошаденку самыми несообразными кличками: — тпру, нахальный человек! — или — но, но, срывщик промфинплана!..

Впереди идут две собачьих упряжки с каюрами-тунгусами, но Столяров не желает ехать за ними, а выискивает какие-то окольные пути.
Collapse )

Вовкино лето пятьдесят третьего...Глава 3. Юрий Зорько

Глава III

В начале сентября одно за другим пришли два письма от отца. В них он просил прощения, клятвенно обещая - не обижать жену и звал, звал вернуться. Мать каждый раз читала их перед сном вслух, плакала и спрашивала детей – хотят ли они видеть папку. Дочурка – несмышленыш в ответ радостно хлопала в ладошки и бегала к двери, уверенная, что отец, как когда-то, сейчас откроет ее. Не дождавшись - кривила губки и возвращалась, с разбега пряча обиженное личико матери в колени. А Вовка, сохранивший под спудом души любовь к отцу, слушая читавшую письма мать, сгорал от желания прижаться к груди самого сильного в мире человека. Но понимая, что тот сейчас далеко, вслед за сестренкой к двери не бегал, а подражая в рассудительности взрослым, заикаясь, отвечал матери: «Мам-ка. Бе–бе–з па–а–п– ки наам не п–п–ро–жить! По–по–е–ха-ли!»
Collapse )

Вовкино лето пятьдесят третьего...Глава 2. Юрий Зорько

Глава II

Толян, постепенно успокаиваясь, стянул с него короткие штаны с широкими помочами и, выжимая из них воду, уже с сочувствием поглядывал на покрытого пупырышками дрожащего братишку. Но ободряющих слов, так необходимых перепуганному мальчугану, не говорил. Он и сам-то их в своей жизни от мужчин не слышал. До четырех лет рос вообще без отца – тот воевал. А когда батя вернулся с фронта домой, то за те полтора года, пока тот не утонул, и трех месяцев не прожил с ним. Отец – то скитался на лесосплаве, то лежал в районной больнице за пятнадцать верст – лечил простреленные легкие.
Натянув на зябнущего малыша отжатую одежку, Толян подтолкнул того в спину к полого уходящему вверх берегу и скомандовал: «Давай, шкет, дуй в горку – враз согреешься и очуняешь!» Вовка послушно направился к заякоренному на берегу концу бон, но не сделал и десятка шагов, как выплеснул рвотой из себя желтоватую, пенистую жидкость, отчего стало немного легче животу, голова же, наоборот, налилась тупой болью и его опять стошнило. Покачиваясь на ослабших ногах, он доплелся до суши и здесь упал на четвереньки. Сил подняться в горку даже шагом, а не то чтобы бегом, у него не хватило. Толян, продолжая досадовать на нелепую выходку Вовки – побегать по ровной полянке, бесцеремонно подхватил размазню поперек туловища и понес к будке со стоящей в ней лебедкой конвейера. В ней он уложил обессиленного приступами рвоты несчастного на широкую лавку, пристроенную сплавщиками к стенке, и накрыл брезентовым плащом. Досада, отходя от сердца, сменилась состраданием и Толян, подоткнув плащ под дрожащего в ознобе Вовку, уселся рядом. Размеренно похлопывая по выбеленной дождями и солнцем брезентухе, начал рассказывать сказку про Ивана-царевича и Серого волка. Он много раз слышал ее от своей матери, когда та, уложив полуголодных детей на теплую лежанку печи, убаюкивала их в холодные зимние вечера. Вовка под плащом согрелся и как его сродные брат и сестры, уснул в радостном ожидании счастливого конца.
Collapse )