ПЕРВАЯ КАМЧАТСКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ...

1719 г. января 2. – Инструкция Петра I И. М. Евреинову и Ф. Ф. Лужину о задачах экспедиции

Ехать вам до Тобольска и от Тобольска, взяв провожатых, ехать до Камчатки и далее, куда вам указано, и описать тамошния места: сошлася Америка с Азиею, что надлежит зело тщательно сделать не только зюйд и норд, но и ост и вест, и все на карте исправно поставить. А об отправлении вашем от Тобольска и о даче подвод и провожатых и протчаго, в чем вам будет нужда, Сибирской губернии к ландратам и прочим управителям указ послан.

ПСЗРИ, т. V, № 3266. [31]

Комментарии
1. Расплывчатый характер инструкции, отсутствие в ней указания на конечный пункт плавания, а также фактический маршрут путешествия вызвали различные толкования учеными истинных целей экспедиции. С. М. Соловьев (История России с древнейших времен. Изд. 2-е, СПб., б.г., т. XVI) и П. П. Пекарский (Наука и литература в России при Петре Великом. СПб., 1862, т. 1), советские исследователи В. И. Греков (Очерки из истории русских географических исследований в 1725-1765 гг. М., 1960, с. 12) и Б. П. Полевой (Петр Первый, Николай Витсен и проблема «сошлася ли Америка с Азией». Страны и народы Востока. М., 1975, вып. XVII, кн. 3, с. 26) полагают, что настоящая цель экспедиции содержалась в самой инструкции – выяснение вопроса, соединяется ли Азия с Америкой. При этом, ссылаясь на карту Ельчина, В. И. Греков (Очерки из истории..., с. 13) считает, что нужно учитывать представления того времени «о возможности связи Камчатки с Америкой». Б. П. Полевой, в свою очередь, обращается к книге голландского ученого Н. Витсена «Северная и Восточная Татария», в которой высказывается предположение, что берега Америки подходят к южной части Курильской гряды. Эта книга была посвящена Петру I и хорошо ему известна. Поэтому, по мнению Б. П. Полевого, И. М. Евреинов и Ф. Ф. Лужин, исследуя Курильские острова, точно выполняли инструкцию Петра I. Существует и другая точка зрения. Г. Ф. Миллер (Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю, с российской стороны учиненных. СПб., 1758), основываясь на сведениях морехода А. Я. Буша, плававшего с геодезистам из Охотска в Большерецк, полагал, что цель путешествия И. М. Евреинова и Ф. Ф. Лужина был поиск драгоценных металлов на Курильских островах. Академик К. М. Бэр (Заслуги Петра Великого по части распространения географических познаний. Зап. РГО, СПб., 1849, кн. 3) предполагал, что истинная секретная задача, поставленная Петром I перед геодезистами, заключалась в исследовании Курил, собирании сведений о Японии и возможности установления с ней торговых сношений. Мнение К. М. Бэра поддержал известный исследователь освоения Сибири и Дальнего Востока в XVIII в. капитан I ранга А. С. Сгибнев, работавший в середине XIX в сибирских архивах с документами, многие из которых позднее были утрачены. А. С. Сгибнев считал, что задание узнать, «сошлась ли Америка с Азией», было дано лишь для того, чтобы замаскировать подлинную цель экспедиции (Попытки русских к заведению сношений с Япониею. Морской сборник, 1869, № 1, с. 40-41). Это предположение не отвергают и советские историки и географы: Л. С. Берг (Открытие Камчатки и экспедиции Беринга. М.; Л., 1946), С. И. Баскин (Путешествие Евреинова и Лужина в Курильский архипелаг (1719-1722). Изв. ВГО, 1952, № 4), О. А. Евтеев (Первые русские геодезисты на Тихом океане. М., 1950), А. В. Ефимов (Из истории русских экспедиций на Тихом океане. М., 1948), Д. М. Лебедев и В. А. Есаков (Русские географические открытия и исследования. М., 1971) и др. Эти исследователи предполагают, что И. М. Евреинову и Ф. Ф. Лужину была дана Петром I, кроме публикуемой официальной, секретная инструкция, устная или письменная. Документального подтверждения этой гипотезы пока нет, однако на секретный характер экспедиции указывает и полное отсутствие сведений о плавании к Курильским островам в материалах самих участников путешествия (сказки Ф. Ф. Лужина (см. док. № 27) и солдата Б. Выродова), подтверждавших лишь сам факт плавания. В сказке солдата С. Арапова, также участника экспедиции Евреинова–Лужина, не упоминается даже о плавании (ЦГАВМФ, ф. 216, оп. 1, д. 87, л. 53 об.-54). Геодезисты отказались дать сведения об итогах своей работы местным сибирским властям (см. док. № 13), карта путешествия и приложенный к ней отчет были вручены И. М. Евреиновым лично Петру I в Казани в ноябре 1722 г. (Лебедев Д. М., Есаков В. А. Русские географические открытия..., с. 184), что также свидетельствует о возможности существования других целей экспедиции.