odynokiy (odynokiy) wrote,
odynokiy
odynokiy

Categories:

Из Магана в Кандагар... Владимир Теняев

Если помните, в Сангаре я тоже должен был сразу получить двухкомнатную квартиру «по наследству». Но многодетный командир самолёта Ан-2, имевший четырёх дочерей, самовольно прорубил бензопилой «Дружба» проём в стене, и... никто не смог позже опротестовать должным образом такой поворот событий. Пошумели, поругались, посудачили и... Оставили всё, как есть!
В случае с квартирой, о которой шла речь в кабинете командира ОАО, тоже нельзя было исключать попыток сговора, подкупа бывшего владельца, элементарного самозахвата, когда и ключи-то не очень надобны. Можно тихонечко вырезать или взломать дверные запоры, заменив на новые. И потом – поздно пить шампанское! Честно говоря, прав на эту квартиру у меня не имелось никаких. Но вселяться надо было обязательно и именно до момента отъезда хозяина. В противном случае, на него возлагалась обязаность простой передачи ключей в поселковый совет. А там уж, кому достанется, неизвестно!
В общем, командир «вывалил» всю эту информацию, передав право вселиться первоначально и безо всякого ордера. И уточнил, что все, кому это надо знать, уже в курсе происходящего, поэтому не приходилось опасаться многочисленных делегаций и ходоков из профкомов. А в глубине души, я очень ясно представлял косые взгляды, осуждение, неприязнь и откровенную зависть, замешанную на ненависти, от тех, кому эта квартира могла бы достаться по закону...


Отпуск отодвинулся куда-то в небытие. И мной овладело новое чувство тревоги и опасения, что у меня кое-что не сложится. Все мысли постоянно перескакивали на квартирный вопрос.


С прежним хозяином квартиры заблаговременно созвонился, но встретиться как-то не получалось в течение нескольких томительных дней. Он плотно занимался отправкой вещей в контейнере и в Магане появлялся не слишком часто, проживая у знакомых в Якутске.


Однако, в один из вечеров, он назначил встречу именно в той квартире, которую я даже не видел. Честно говоря, я не удосужился даже сходить и посмотреть издали хоть одним глазком на дом, где она находилась, суеверно опасаясь как-то сглазить и усугубить нужное течение событий...


… Итак, «стрелка» была забита. Рандеву назначили в квартире часов на восемь вечера. Я мучился неизвестностью, чувствуя, что вот-вот ситуация с жильём разрешится, благополучно или не очень. Что именно представляла из себя квартира, было совершенно неизвестно. И от этого становилось ещё тревожнее. А вдруг не понравится? Тогда надо будет решать или по совести, или уж не капризничать и «покупать» то, что предлагается. Это-то и служило главной причиной муторных сомнений и раздумий. Второго раза могло и вовсе не случиться...


Дом, адрес которого сообщил бывший хозяин квартиры, находился на противоположном от аэропорта конце длиннющего посёлка. Собственно, Маган состоял из одной единственной улицы очень большой протяженности. Улица – заасфальтированная, что являлось большим преимуществом и несомненным прогрессом, если знать, какие дороги могут быть на севере.


На одном конце улицы находились дома совхоза, какие-то фермы и поселения работников совхоза. В этот конец посёлка вообще редко приходилось попадать. Там существовала своя, очень обособленная жизнь. За всё время, проведённое в Магане, я всего раза три побывал там. Такое случалось если только автобус из Якутска сворачивал туда по просьбе местного населения.


Посередине посёлка находились аэропорт, привокзальная площадь, здание аэровокзала, гостиница, штаб авиаотряда и целый комплекс строений, где размещались лётные и наземные службы.


Трёхэтажную гостиницу, аэровокзал и двухэтажное здание штаба построили каменными, что тоже выгодно отличало маганский аэропорт от подобных сараюшек на периферии. Всё-таки Маган частенько служил «лицом» Якутии, являясь дублёром основного столичного аэропорта.


А дальше уже, вдоль дороги, располагались всякие невзрачные домишки. Частные халупки (по-якутски их презрительно называли «хотоны», что означало – нечто, вроде свинарника), магазинчики, школа, сельский фельдшерский пункт, клуб, какие-то склады, пилорама... Дорога тянулась на добрые три километра. А в конце-концов, путь приводил к местному авиагородку. И на конечной остановке автобуса находился двухэтажный каменный детский сад. Шикарный по тем временам, недавно отстроенный и введённый в эксплуатацию. А за ним уже сразу начиналась тайга. Правда, потом довелось узнать, что если от детсада вправо по просёлочной дороге пройтись немного и вглубь тайги, то можно наткнуться на базу лесоохраны.


В общем, в Магане набралось «каждой твари по паре», и каждая жила обособленно, только своей жизнью и устоями, ничуть не мешая друг-другу. Симбиоз и мирное сосуществование!


Вот по этой-то дороге я и брёл на новую встречу с судьбой, полный раздираемых чувств. Смутные надежды и опасения разочарования. Всё – в одном «компоте»!


… Означенный адрес конспиративной встречи находился непосредственно около конечной остановки автобуса. Один магазинчик стоял через пару домов, что выглядело уже удобным и привлекательным. И для полноты счастья – детсад метрах в пятидесяти от дома, где и находилась «явка»...


Я бывал в этой части посёлка, но только несколько раз и не особенно приглядываясь к домам. Там проживал пилот, командир Л-410, Юра Трунилин. Он вместе с женой Любой раньше жил в Сангаре, но потом переучился и переехал. Я к ним несколько раз приходил в гости. А Люба работала в гостинице заведующей, так что я умело пользовался старыми связями и знакомствами по мере необходимости.


… Дом понравился сразу! Всю выгоду расположения постараюсь описать позже, но изначально бросилось в глаза, что дом новый, лишь недавно построенный. Но ничего слишком уж выдающегося или особенного. Типовой северный «панельно-щелевой» проект. Двухэтажный, на восемь квартир и с двумя подъездами, находящимися на разных сторонах. Дом, как и почти все строения севера, стоял на сваях. Огромное просторное крыльцо. А уровень пола первого этажа оказался выше моего роста, примерно на двухметровой высоте.


Таких домов в Магане построили много... Юра Трунилин тоже проживал в таком, но совершенно без удобств, кроме водопровода, как и в моей сангарской квартирке. И явным минусом в таких условиях считалось проживание на втором этаже.


Вёдра выносить приходилось часто и муторно, спускаясь и поднимаясь, чертыхаясь и проклиная, матеря и чехвостя всех и вся..., каждый раз сбегая и вновь привычно поднимаясь по деревянной лестнице! А если ещё и стирку затеять, то... Надо просто испытать и прочувствовать хотя бы единожды, чтобы оценить всю непередаваемую прелесть...


Вход располагался прямо с асфальтированной улицы. И было очень здорово, что крыльцо освещалось фонарями, стоящими вдоль дороги. А если свернуть за дом, то вечерами там крылась непроглядная тьма. К слову сказать, зимние дни в Якутии очень короткие, если говорить о светлом времени. Уезжаешь на работу затемно, приезжаешь на обед, и почти сразу после этого сгущаются сумерки... Образно говоря – уезжаешь, когда ещё темно, а возвращаешься, когда уже!... Около крыльца вместо каменых львов возвышались обязательные металлические бочки-двухсотки по количеству квартир. Для чего? Узнаете позже.


Время подошло к тому моменту, на который назначалась встреча. Я поднялся на крыльцо и увидел, что «моя» квартира находится на первом этаже. Сразу почувствовал облегчение, машинально представив себя выносящим вёдра на... А куда же, действительно? Надо было ещё выяснить местоположение помойки! Но потом сообразил, что с этим-то делом не должно возникнуть особых проблем, ведь предполагалось, что канализационный слив в квартире должен иметься по условиям сделки с командиром.


Я собрался с духом и постучал в дверь. Мне открыли и пригласили войти... Разговор с уже бывшим хозяином квартиры оказался весьма непродолжительным.


Он был весь поглощён своими нелёгкими думами. Поэтому минуток через пять беседы практически ни о чём, произошла передача ключей из рук в руки, и как раз уже подходил рейсовый автобус, отправляющийся обратно в Якутск. Мы пожали друг-другу руки, прощаясь. Я остался в квартире в одиночестве, чтобы осмотреться, оценить и прикинуть не спеша, что за счастье вдруг нежданно-негаданно привалило!


… Квартира была поистине шикарная! И не шла абсолютно ни в какое сравнение с сангарской конуркой. Я просто наслаждался просторной кухней, где стояла газовая (!) плита. От этого чуда цивилизации давненько уже отвык, терзая всякие электроприборы, включая обогреватели, плитки и даже «чудо»-сковороду, от которой практической пользы так никогда и не добился, как ни старался.


Кухня оказалась светлой, там располагалась раковина, под которой не наблюдалось абсолютно никакого ведра для слива воды. Вода, как и положено, нормально сливалась в трубу, уходящую куда-то дальше...


Направо из кухни вела дверь в комнату поменьше, но тоже большую, она почти равнялась по площади комнате в Сангаре. И там тоже увидел окно, выходящее на крыльцо.


Я заглянул в то место, ради которого, собственно, и затевал эту авантюру, выдвигая капризные, эгоистические, коварные и каверзные требования. Туалетный отсек состоял из двух комнатёнок-бункеров. Это выглядело вольной и неумело-неумной претензией на раздельный санузел, только исполненной ниже всяческой критики. Сразу за дверью стояло нечто, вроде умывальной, состоящей из раковины и крана. Но вода текла только холодная. Никакой горячей и в помине не было! А дальше виднелась ещё одна дверь, за которой уже слышалось урчание водички, поступающей в бачок моего белоснежного и долгожданного «дружка».


С неподдельным интересом несколько раз дёрнул пимпочку сливного устройства, наслаждаясь звуком водопада и убеждаясь, что весь незатейливый, но важный комплекс работает, и это – вовсе не сон!


Однако, никакого намёка на местечко, где можно принять душ, не говоря уже о ванне. В конце-концов, в посёлке работала баня. А проблема ежедневной помывки нисколько не пугала. В Сангаре ещё и не то приходилось преодолевать, имея в собственности лишь громадное корыто-лохань для таких целей...


Через кухню любой вошедший легко попадал во вторую, ещё большую комнату, которая весьма впечатлила размерами. Дверной проём существовал сам по себе, а признаков наличия двери обнаружить так и не удалось. Собственно, она когда-то висела – об этом свидетельствовали петли, старательно замазанные краской. Наверное, без двери считалось практичнее и удобнее передвигаться по квартире. Оценив увиденное, посчитал, что жизнь всё-таки удалась! Я был страшно рад и доволен первыми результатами осмотра.


Из мебели, доставшейся в «наследство», стояли несколько табуреток и огромный двухспальный матрас, возлежащий на деревянном каркасе. И всё! Остальное надо было перевозить из Сангара или покупать уже в Якутске... Остро почувствовал необходимость потихоньку, но уверенными темпами обживаться на новом месте.


После всей ознакомительной процедуры я решил, что посижу ещё чуть-чуть в квартире, соберусь с мыслями, подумаю уже без груза несбыточной мечты. И остался ещё на никем не определённое время, витая в облаках, мыслях и предположениях, как же с умом всем свалившимся богатством распорядиться. А самое главное — требовалось решать вопросы с отпуском, переездом и перевозкой нажитого непосильным трудом скарба из Сангара... Но прежде всего, надо было утрясти дело с ордером на квартиру, чтобы уж всё оказалось зафиксировано и записано именно так, как положено. И чтобы никто не смог оспорить моего права на законность проживания...


С этими мыслями незаметно для себя задремал, откинувшись на любезно оставленном матрасе. Но долго спать не пришлось...


Напряжение последних месяцев постепенно отпускало, сознание затуманивалось, и мысли упорядочивались... Я впадал в расслабленное состояние, когда уже нет сил бороться с самим собой. В чём был, в том и задремал... А был я в шубе-полярке с капюшоном и обязательных ползунках с унтами. Откинувшись навзничь на матрас, погрузился в сон-полудрёму. Глаза были закрыты, но мозг ещё бодрствовал. Там что-то пульсировало. В голове роились обрывки каких-то соображений по поводу отпуска, обязательного получения ордера на жильё, разные планы по переезду и перевозке вещичек из Сангара, возвращению сюда с женой и сыном.


Меня постепенно окутывало наплывающей пеленой или завесой, сознание плавненько замедляло стремительность посылаемых в мозг телеграмм-молний, причудливо переплетающихся то ли вспышками, то ли искрами.., и совершенно глупых по содержанию... Но релаксация всё-таки чувствовалась вполне реальная!


А на душе становилось спокойно, как будто уже достиг какой-то определеённой цели, к которой страстно стремился долго-долго! Наверное, лицо было наивное и дебильное, как у «дауна». Взглянуть бы со стороны в тот момент!


… Однако, долго пребывать в такой нирване не пришлось по той причине, что сначала начал элементарно замерзать. Укутался шубейкой получше, так как вставать и идти куда-то совершенно не хотелось. Ведь я уже почти заснул.


Потом стали раздражать какие-то назойливые посторонние звуки, от которых явно отвык. Прислушался и понял, что так донимает отвратительная долбёжка капельки воды о раковину на кухне. Стук был редкий, но вполне различимый и противный. Из-за соседских стен никаких звуков не доносилось. Сверху – тоже полная тишина! Никаких признаков шагов, разговоров, работающих радио или телевизора... Ничего другого, кроме этой гадкой капли, спадающей раз за разом из носика крана... Ужас и пытка!


Я встал и убедился, что закручивание потуже крана на кухне никакого эффекта не дало. Требовалось поменять прокладку. И кран можно и нужно бы заменить на новый и более симпатичный. И раковину желательно тоже!


Поскольку я слегка подвигался и размялся, пройдясь по уже своим апартаментам, то сон почти развеялся. Тут услышал, что вода в бачке унитаза тоже шумит... Меня назойливо донимали любые звуки в полной тишине... А журчание воды слышалось даже через две двери!


Это – явный непорядок и вопиющая бесхозяйственность. Я стал снимать крышку бачка, пытаясь выяснить, нельзя ли сразу устранить причину подтекания. Выяснять, однако, ничего не пришлось. Надо было менять сливное устройство... Вот и первоочередные проблемы-заботы! А потом захотелось узнать, почему стало так прохладно и свежо, если не сказать, откровенно холодно?


Из-под входной двери ощутимо сквозило, а также форточки оказались не прикрытыми полностью, да и оконные рамы нуждались в обязательном заклеивании щелей. Как тут жили прежние хозяева, даже и не представляю.


Я включил обе конфорки на газовой плите, а также открыл духовку и чиркнул спичкой. Так проверял работоспособность плиты, заодно наслаждался видом горящего и шипящего пламени... Комнаты постепенно наполнялись теплом. Но, как и положено, тёплый воздух устремлялся вверх, поэтому даже через подошвы унтов ещё долго ощущался холод дощатого пола.


Я стал озадаченно исследовать «половой» вопрос. Исследования привели к невесёлой мысли, что и с половицами придётся что-то делать. Они оказались пригнанными совсем неплотно. Рассмотрел, что щели довольно большие. Учитывая, что этаж первый, и под полом дополнительного утепления, наверняка, никто не делал, да и двухметровый слой промёрзшего воздуха под домом не улучшал климатических условий в более комфортную сторону, то и эту проблему предстояло взять на заметку и решать в самую первую очередь.


Мёрзнуть не хотелось, а ещё и жена с маленьким сыном! Вот тут-то и «застучали мне мысли по темечку», если вспомнить Высоцкого, только уже не в направлении кайфа и расслабухи, а приобретая вполне конкретное направление. То есть, я стал по-мужски посматривать на свои владения, стараясь прикинуть масштабы того, что непременно придётся сделать, чтобы чувствовать себя не временщиком-квартиросъёмщиком, а полновластным хозяином долгожданной двухкомнатной квартиры... С удобствами... И мысли появили конкретные – каким образом это осуществить!...




… Осуществлять задуманное придётся чуть попозже. А пока судьба неожиданно и совершенно невероятно занесла меня в афганский Кандагар, практически на юг этой страны – туда, где проходит граница с Пакистаном. Хочется по свежим следам кое-что об этом сообщить, на некоторое время отставив своё якутское жизнеописание...


Я совершил заключительный полёт на самолёте Ту-154 31-го октября 2009 года. В Норильск. А на следующий день этот тип самолёта прекратил эксплуатацию в ГТК «Россия». Так именовалось авиапредприятие «Пулково» в последний период после слияния, размежевания и других передряг с перетрясками, случившихся в последние годы.


Летавших на Ту-154 постигла разная участь, но слишком большой разницы нет. Кого сочли нужным переучить на «иномарки» – переучили. Но часть лётного состава оказалась за воротами некогда родного авиапредприятия, а ещё большее количество попросту ушло на заслуженный отдых, не подойдя ни по возрастным, ни по профессиональным параметрам для переучивания. То есть, прямиком на пенсию. Хотя по здоровью и желанию практически все могли бы летать ещё много лет! В их числе оказался и я.


Пока оформлялась пенсия, я и начал кропать эти воспоминания, так как свободного времени оказалось в избытке. И тут позвонила из Москвы одноклассница с предложением не скучать попусту, а поехать в Афганистан и посидеть там, протирая штаны, на военной авиабазе с целью передачи бесценного, на её взгляд, опыта и знаний в области авиационной фразеологии и международных полётов вертолётчикам, выполняющим там какую-то работу.


По всей вероятности, со стороны я производил впечатление этакого сноба-бездельника, которому совершенно некуда деваться, кроме как срочно «передавать и делиться» нажитыми в авиации воспоминаниями, впечатлениями и нешуточной мудростью аксакала... А то ведь, могу и не успеть, ненароком! И тогда, наверняка, больше уже никто и никогда в жизни чего-то такого слишком важного не узнает о таинствах фразеологии. Поэтому загрустят нешуточно и решительно уйдут в долгий запой, сетуя на свою злодейку-судьбу и на мою почти девичью капризность и несговорчивость.


Предложение, поначалу, выглядело ненавязчивым и обтекаемо неконкретным. Так, между прочим, как бы интересуясь моим мнением на этот счёт. Мнение тогда сформировалось совершенно однозначное, какое всегда бывает у бодрячка Жириновского: никаких телодвижений до полного оформления пенсионных дел, которых оказалось непередаваемо много!


И само слово «Афганистан», произнесённое в любом контексте, не вызывало положительных эмоций, а тем более – жгучего желания немедленно, задрав штанины и босиком, бросать всё к ядрене-фене или чёртовой матери и с громким криком: «Аааааааа!!!!!»... – бегом чесать в эту расчудесную... Сами знаете, какую страну.


Память тут же услужливо преподнесла песню А. Розенбаума «Чёрный тюльпан», картинку штурма бойцами «Альфы» и «Вымпела» неприступного дворца кровавого Хафизуллы Амина, торжественный вывод наших войск оттуда спустя десятилетие войны – неизвестно, за что и во имя кого, термины «талибан», «душманы», Ахмад-шах-Масуд и конечно же, «басмачи», Аль-Кайеда и неуловимый Усама Бен-Ладен...


Каша образовалась невероятная, но основной смысл этого мозгового варева оказался такой: не надо бы этого делать. Не так уж сильно успел отдохнуть, насладиться покоем бездельника и жгуче заскучать по любому виду трудовой деятельности.


Разговор на этом прекратился, тема не поднималась довольно долго. Время шло, документы прошли все стадии, и пенсия благополучно оформилась. Я начал готовиться к визиту в Алма-Ату, чтобы навестить маму. Ехать ранней весной не очень хотелось. Самое лучшее время в Средней Азии – начало мая, когда ещё нет изнуряющей жары, но всё вокруг буйно цветёт и живительно радует глаз!


Я давно там не бывал в этот период года, поэтому старался подгадать с приездом и насладиться прежними воспоминаниями детства в полной мере именно в начале мая.


… Неожиданно, на мой сотовый стали поступать какие-то странные звонки. Надпись гласила: «Не определён». – Раза три с удивлением и недоумением взирал на эту лаконичную надпись, но попытки ответить неведомому абоненту сразу же прерывались короткими гудками. Я поначалу делал какие-то объяснимые предположения на этот счёт, но потом перестал обращать внимание и на надпись, и на срыв разговора, посчитав, что если кому-то надо, то когда-нибудь и дозвонится, если уж такой настойчивый и упрямый домогатель.

В один из дней, всё-таки телефонное молчание прервалось женским голосом:
«Ну, наконец-то!»... – Оказалось, что «домогалась» все эти дни подруга одноклассницы, проживающая в Торонто. А связаться с первого раза по каким-то причинам не удалось.


У нас оказалось очень много общих знакомых детства и школьного юношества, потому что она тоже раньше жила и училась в Алма-Ате. Неисповедимы пути Господни! Никогда не знаешь, как причудливо и затейливо могут переплестись человеческие судьбы через много-много лет. Снова череда всяких случайных и неслучайных совпадений!


… Из далёкого заокеанского канадского Торонто меня битых полчаса по телефону уговаривали не быть таким уж букой-затворником, врединой или капризулей и попросту полным идиотом, не осознающим собственного счастья и всевозможных благ. В общем, снова... и уже совершенно конкретно всплыла тема Кандагара с цифрами оплаты, датами контракта, условиями проживания и всем сопутствующим.


Мне уже стало слишком неудобно строить из себя несговорчивого болтуна, набивающего цену и вставшего в позу Кисы Воробьянинова, не желающего просить милостыню от лица бывшего депутата государственной думы.


Секунд через тридцать после почти получасового монолога в мою сторону, я всё-таки сказал: «Да!», – внутренне сомневаясь, что всё это происходит на самом деле и именно со мной, здесь, спустя почти полгода после заключительного полёта... В глубине души считал, что какие-то преграды и препоны не позволят осуществить то, что я обозначал, произнеся это самое коротенькое «да!»...

Tags: Якутия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments