И. КОЗЫРЕВСКИЙ И ЕГО «МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ»

50. «Ведение» из Сената в Синод от 22 декабря 1730 г.

В прошении в Сенат синодальной области камчадальской Успенской пустыни строителя иеромонаха Игнатия Козыревского написано. Дед де ево Федор Козыревский был из шляхетства, родом поляк, и во время войны с поляки под Смоленским взят в Россию в плен и пожалован по городу Якуцку в дети боярские, и в 700-м году по указу блаженныя и вечнодостойныя памяти его императорского величества Петра Великого посланы из Якуцка дети боярские и протчие служивые и других чинов люди в Камчадальскую и другие земли для умирения и призыву в подданство Российской империи и в ясашной платеж немирных народов, а в том числе и он, Козыревский, до монашества с отцом своим и с родственниками посланы ж. И в той камчадальской службе отец ево убит, а он де, Козыревский, в тех краях, не получая жалаванья, служил и со служилыми в равенстве был и завоевал многия народы и привел их в подданство, с которых ясак в казну и поныне сбирается. А в 702-м де и в 703-м годех для оберегательства построил он две крепости, да в 711-м году на Большой реке построил же крепость, к которой и имеется ныне морским судам пристань, а в 713-м году был де он на окиане море и на морских островах для проведывания Апонского государства и для ходу делал своим коштом многия воинския суды и на тех де островах самовластные народы завоевал и привел под платеж же ясачной. Да в 728 и 729-м годех он же де, Козыревский, строил судно «Эверс» своим же коштом, которое взял в казну якуцкой казачей голова Афанасей Шестаков и приплавил на нем в Якуцк несколько провианта. А денег де ему как за вышеписанные суды, так и за оное не выдано. И положил де в казну пожитка своего мяхкой рухляди на многое число. Также де камчадальской прикащик Петриловский вымучил у него пожитков на несколько тысяч, от чего де пришел он в раззорение и скудость.

А по справке в Сенате за вышепоказанные многие оного Козыревского службы и за проведывание многих земель, всяких народов и Апонского [136] государства по определению Тобольской губернской канцелярии, выдано ему в награждение только десять рублев и велено ему жить в Якуцку в Спаском монастыре свободно и утеснения ему за ево службу не чинить, но показывать всякое благодеяние. И против оного определения того Спаского монастыря архимандрит Феофан не токмо ему, Козыревскому, что благодеяние показал, но и бил его безвинно, которой ево бой в Якуцке свидетельствован.

И по указу ея императорского величества правительствующий Сенат приказали:

Первое. Оному иеромонаху за ево службу, как он был на Камчатке бельцом с отцом своим и после отца своего один, также и в награждение вместо принятой от него в казну мяхкой рухляди, выдать ему ныне из Сибирской канцелярии пятьсот рублев, из которых денег ему и строение Успенской оной пустыни исправлять по возможности, а что он просил за отобранные у него ж на несколькия тысячи приказчиком Петриловским пожитки ево, ему отказать, понеже оные пожитки, также и прежняя ево мяхкая рухлядь взята в казну и употреблена в расход, а он, Козыревский, ныне в монашестве, и многова имения монаху содержать не надлежит. А что он же, Козыревский, показал о строении некоторых казенных судов на свои деньги и о выдаче за те суды денег учинить по определению сибирского губернатора.

Второе. На Камчатке в Нижнем Камчадальском остроге в Успенскую церковь, которой велено быть в помянутой пустыне, и в предел священникам дву, дьякону и причетником ругу по определению сибирского губернатора, также на вино церковное, на свечи и на ладан против других таких же в Сибири ружных церквей давать из Якуцких доходов, а в протчие остроги в Верхней Камчадальской, в Большерецкой, в Анадырской, в каждой по одному священнику и с ними пристойное число причетников определить и о строении в тех острогах церквей разсмотрение учинить в святейшем Синоде, а ругу в те новые церкви давать против вышеписанного и написать ту дачу в штат.

Третие. В те ж новыя церкви сосуды, утварь церковную отправить, ежели есть под ведомством святейшаго Синода свободный, а буде нет, то купить сибирскому губернатору, а книги новыя отпустить с печатного двора безденежно.

Четвертое. Понеже тамошной народ, как известно чинитца, никакого закона и веры не имеет, того ради каким образом оных к приятию христианского кафолическаго закона и к крещению приводить, о том определение учинить в святейшем же Синоде, а для придания к тому охоты тем иноверцам, кои крестяца, в платеже ясаку давать льготы на десять лет, а которые из них новокрещеных в службе быть пожелают, таких определять обще с казаками и давать им равное жалованье с казаками, дабы чрез такия случаи могли тамошния отдаленныя остроги людьми наполнены и содержаны быть без трудных посылок служилых людей, кои ежегодно из Якуцка чинятца.

Пятое. Японца Адсея, о котором вышепомянутой монах Козыревской показал, что в Якуцке принял крещение и положен в подушной оклад, буде подлино оной японец, то ево с подушного окладу выключить и написать в службу по Якуцку, и святейший правительствующий Синод да благоволит о том ведать и учинить по ея императорского величества указу, а к сибирскому губернатору и в Сибирскую канцелярию указы из Сената посланы 1.

Декабря 22 дня 1730 году.

Обер-секретарь Матвей Козмин. Канцелярист Степан Маслов.

Слушано февраля 8 дня 1731 года. [137]

Синод, канцелярия, д. № 81. 1730 г., лл. 14-15.


Комментарии

1. Какого японца имеет в виду Козыревский, установить не удалось. В июле 1729 г. к берегу Камчатки вновь было занесено японское судно, на котором было 17 человек. 15 из них были убиты русскими и камчадалами по приказу казачьего пятидесятника Штинникова и лишь двое остались живы. Однако в Якутск они были привезены лишь в 1731 г., т. е. в то время, когда Козыревского уже там не было.