И. КОЗЫРЕВСКИЙ И ЕГО «МИССИОНЕРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ»

49. Прошение монаха Козыревского Анне Иоанновне, март 1730 г.

Всепресветлейшая державнейшая великая государыня императрица Анна Иоанновна самодержица всеросийская.

В прошлом 1715 году до монашества моего, нижайшаго богомольца вашего, по многократном прошении бедных и безпомошных людей, которые сначала на Камчатке, так же и на море проведыванием Апонского государства и новых земель и морских островов и всяких народов вкупе со мною нижайшим служили блаженныя и вечно достойныя памяти его величеству Петру Великому Первому, императору и самодержцу всеросийскому, и в той службе пользу и прибыток вновь государственному интересу учинили, в том числе и иные и преж Камчатки в других местах служили ж, которые службы и о посылке моей из Тобольска в посланную партию с якуцким казачьим головою Шестаковым 1 для показания вышеписанных островов и протчего без жалованныя дачи, того ради и протчего и других нужд прошения прибыл в Москву и о том и о протчем, как в святейшем Синоде, так и в правительствующем Сенате объявлено. И оные люди за старостьми и болезньми и ранами от службы отставлены. На Камчатке реке поставил я, нижайший, на свободном месте вновь молитвенный дом, часовню во имя пресвятыя богородицы и при той часовне для пребывания оных людей построил и кельи своим коштом и положил в казну вашего императорского величества пожитку своего 31 сорок, 20 соболей, 100 лисиц красных, одну лисицу бурую, 12 бобров камчатских, одного кошлока в такую силу, чтоб пожалован был из казны вашего императорского величества [134] книгами, колоколами, сосудами церковными и протчими церковными требами во оную пустыню и быть церкве во имя Успения пресвятыя богородицы. И оные мои положеные в казну пожитки вывезены с Камчатки в Якуцк и в Якуцку грацкими жительми ценены, и по оценке на три тысячи рублев без малого числа кроме попков, и оные соболи и лисицы до прибытия моего с Камчатки отосланы из Якуцка в 720 году в Тобольск с якуцким сыном боярским Семеном Харитоновым с товарищи с распискою в губернскую канцелярию, а бобры и кошлок с якуцким же сыном боярским Иваном Шангиным с товарищи с распискою ж в иркуцкую провинцию для отдачи в китайской отпуск. И за оные мои положенные в казну пожитки ничего во оную пустыню не прислано, в чем имеетца в такой дальной стороне и в диком народе самая крайняя нужда, понеже из оных камчадальских народов, смотря на нашу христианскую веру и на рачение в строении божия дому, желают многие воспринять нашу христианскую веру греческого исповедывания, но токмо и в священниках тамо имеетца нужда, понеже на Камчатке и на Большой реках в трех острогах и во оной пустыне только один священник, переходя чрез долгое время, исправляет потребы с самою нуждою, и затем многие православные християне, мирские и монахи, без покаяния помирают 2. И не токмо на Камчатке, но в других местах на Анадыре и на Колыме и по другим поморским рекам служилые и других чинов люди без покаяния ж умирают, понеже в тамошные края из Якуцка посылаютца священник ради исповеди и крещения младенцов и венчания и погребения умерших и других христианских нужд прошедчи годов пять и больши, и оные места обходит года в два и в три и паки возвращяетца в Якуцк.

Того ради по принятии монашества из оной пустыни пошел я, нижайший, ради вышеписанных церковных и других нужд прошения и, будучи в Якуцку, получил из казны вашего императорского величества во оную пустыню в церковь святые церковные иконы, которые вместо милостыни пожалованы против прошения вышепомянутых отставных служилых людей и писаны на полотнах, также и малое число книг обшей службы. А по присланным из святейшаго правительствующаго Синода указом 725 году в Тобольск в архирейской приказ, также и в губернскую канцелярию, велено во оной пустыне быть двум церквам, но токмо оную пустыню учинить приходскою церковию, а не монастырем и определить священника с причетники, а строителю монаху, мне нижайшему богомольцу вашему, быть в моныстыре, в котором пристойно. И против оных указов нигде в монастырь не пожалован и скитаюсь, яко иностраный меж двор и питаюсь христовым именем, и поныне оная пустыня приходскою церковью не учинена, понеже стоит на пустом месте и никаких приходских дворов не иметца, но токмо в оной пустыне монахи и вкладчики и которые за старостьми и болезньми и ранами отставлены от службы имеются и питаются своими трудами.

А в 729-м году из Тобольской губернской канцелярии объявлено в Тобольскую ж в архиерейской приказ промемориею и требовано по силе присланного из святейшаго Синода вышеписанного указу, чтоб быть на Камчатке церкви во имя Успения пресвятыя богородицы во оной пустыне ради показанных престарелых и больных и раненых людей, отставных от службы и священнику и причетником и церковное определено годовое жалование и о церковном строении и о протчем по преждепосланному указу исполнять и о неисполнении против указу и о продерзости Якуцкого Спаского монастыря на архимандрита Феофана, также и о посылке со мною, нижайшим, священника с подвижным антиминсом и с протчими церковными требами в выше показанную посланную партию ко оному Шестакову. И оному священнику тако ж определено и жалование, и о том явно в правительствующем Сенате в присланном экстракте из Тобольска 729 году, и против оной [135] промемории из оного архиерейского приказу, также и моих трех доношений за всеконечную моею скудостию и нищетою никакой резолюции не мог получить в Тобольску.

Всемилостивейшая государыня императрица, прошу вашего императорского величества, да повелит ваше державство об отпуске моем на Камчатку во оную пустыню или в Якуцк на Лене реке в Покровской монастырь и о совершении камчадальской пустыне новозаведенной и о награждении за оные мои положенные пожитки во оную пустыню церковных треб, книг и колоколов и протчего и о строении тамо церкви в начале — престола во имя Успения пресвятыя богородицы, второго престола во имя Симеона богоприимца и Анны пророчицы и о посылке со мною священника из Ыркуцкой провинции к оной церкве на Камчатку и диякона с причетники, пожаловать повелено было в такой отдаленной стороне быть проповеди апостольской, не токмо на Камчатке, но и в других местах ради прославления имени божия и вечнаго богомолия за ваше императорское величество и за всю вашу императорского величества фамилию, также и для крещения тамошних камчадальских народов во умножение христианския веры, которые пожелают, свой милостивый указ учинить.

Вашего императорского величества нижайший богомолец выше помянутой камчадальской пустыни строитель монах Игнатий Козыревский.

1730 году марта дня сие доношение к поданию в святейший Синод писал я, строитель монах Игнатий Козыревский и руку приложил.

Слушано апреля 8 дня 1730 года.

Синод, канцелярия, д. № 81. 1730 г., лл. 2-3.


Комментарии

1. Во время приготовлений в Тобольске к экспедиции Шестакова, отправляемой «для открытия новых землиц», Козыревский заявил в Сибирской канцелярии о якобы виденных им у устья Лены островах. В 1728 г. на построенном им судне «Эверс» Козыревский отправился вниз по Лене. Но так как на зимовье около Жиган судно было затерто льдами, Козыревский вернулся обратно в Якутск.

2. Первым духовным лицом, прибывшим на Камчатку, был архимандрит Мартиниан, отправленный туда в 1705 г. Как сообщает Словцов, деятельность его была «неуспешна». Зимою 1717 г. Мартиниан был задушен крещеными туземцами. Затем в течение ряда лет на Камчатку отправляется одиночками ряд священников — Лазарев и др. С 1717 г. начинается деятельность Козыревского. В 1732 г., после подавления выступления камчадалов, на Камчатку приехал священник Ермолай Иванов, которому удалось окрестить с 1732 г. по 1741 г. уже 878 душ. В 1742 г. было решено отправить на Камчатку духовную миссию, которая и прибыла на полуостров в 1745 г.