Динамика высшей управленческой элиты Российско-американской компании. А. В. Гринёв (окончание)

...Итак, за неполных 70 лет управления Русской Америкой со стороны Российско-Американской компании состав ее руководящей элиты претерпел весьма существенные изменения. Если первоначально руководство РАК в колониях и в метрополии состояло исключительно из купцов, пусть и тесно связанных с государственными структурами (а в России иначе и быть не могло), то уже спустя 20 лет после основания РАК власть в колониях перешла в руки морских офицеров. Еще почти через 15 лет только из них начинают рекрутироваться их заместители. Проходит еще немногим более 10 лет, и купцы окончательно теряют контроль над Главным правлением, а спустя десятилетие и вовсе исчезают из состава директоров РАК. Такая эволюция была фактически отражением трансформации самой компании, проделавшей за этот период путь от купеческой организации под эгидой Министерства финансов к государственному Департаменту по управлению заморскими территориями в виде своеобразного ответвления Морского министерства.

Пытаясь объяснить эту эволюцию, С.Б.Окунь ссылался на британскую Ост-Индскую компанию, прошедшую аналогичный путь от коммерческой организации к простой агентуре английской короны под патронажем так называемого Контрольного совета. Переход управления компаниями от частных акционеров фактически в руки государства происходил, по мнению С.Б.Окуня, в связи с развитием капитализма и ликвидацией необходимости в крупных монопольных компаниях, действовавших на ранних стадиях колониальной экспансии.75 Это объяснение можно принять лишь частично, особенно в плане влияния капитализма. Дело в том, что качественные изменения в составе руководства РАК произошли еще до того, как в самой России начались буржуазные реформы и стал набирать силу капитализм. Для лучшей иллюстрации этого вопроса рассмотрим соседку РАК на Американском материке – английскую Компанию Гудзонова залива (КГЗ). Она действительно выступала в качестве авангарда британской экспансии, подготавливая почву для более основательной колонизации западных районов Канады.76 Интересно отметить, что отмена торговой монополии КГЗ и разрешение на свободную колонизацию ряда районов Западной Канады состоялась в 1869 г., т.е. почти одновременно с ликвидацией всех привилегий РАК в связи с продажей Аляски. Однако в отличие от российской компании КГЗ представляла собой все же неправительственную коммерческую организацию, а ее высшая управленческая элита состояла из гражданских лиц, хотя и включавшихся в состав английской знати. Так, главным директором КГЗ во времена активных контактов с Российско-Американской компанией в начале 1830-х гг. был Джон Хенри Пелли, получивший в 1838 г. от королевы Виктории титул баронета, а также управляющий делами компании в Канаде Джордж Симпсон, которому было присвоено рыцарское звание, а к имени – приставка «сэр».77 Тем не менее оба они были по своей сути удачливыми предпринимателями и опытными торговцами.

Британское правительство не пыталось наполнять своими представителями управленческую структуру КГЗ или брать под жесткий контроль деятельность компании. Здесь-то и кроется фундаментальное различие между КГЗ и РАК. В одном случае речь шла о вполне самостоятельной торговой организации, пусть и тесно связанной с государственными институтами Британской империи, а в другом – лишь о формально независимой полугосударственной структуре. В качестве примера может служить ситуация, сложившаяся во время англо-русского дипломатического конфликта, последовавшего за царским указом от 4 сентября 1821 г. о запрете иностранным мореплавателям и купцам подходить ближе 100 итальянских миль к берегам Русской Америки и установлении русской границы на западном побережье Америки по 51°с.ш. В этой ситуации британское правительство начало очень энергично отстаивать интересы КГЗ в территориальных спорах с Петербургом, в то время как наиболее влиятельные круги Российского кабинета во главе с императором фактически отстранились от защиты РАК, игнорируя даже собственные юридически оформленные и подписанные царем обязательства. Такое расхождение позиций сторон было неслучайным. Англия была капиталистической страной, ее правительство служило капиталу и стояло на страже частной и корпоративной собственности, в то время как в царской России господствовала не частно-личная, а верховная государственная собственность, а потому не государство должно было служить торговому капиталу, а последний обязан был обслуживать государство. Неудивительно, что царское правительство рассматривало РАК не как самостоятельную и влиятельную организацию, а как уродливый полукупеческий «отросток» государственного аппарата, с которым можно было не церемониться, что особенно явно проявилось в дальнейшем при продаже Аляски США в 1867 г.78 Так, лишь спустя три недели (!) после продажи своих колоний США, когда мировая пресса уже подробно обсуждала обстоятельства сделки, царские власти соблаговолили наконец сообщить ГП РАК об уступке Русской Америки.79 Здесь можно добавить, что в 1867 г. Российско-Американская компания не получила ни копейки за освоенные ею земли в Новом Свете, в то время как КГЗ была выплачена компенсация от британского правительства в размере 300 000 ф. ст.80 при ликвидации ее формального суверенитета над западными районами Канады в 1869 г. Это весьма выразительное свидетельство различий в положении русской и английской компаний до сих пор ускользало от внимания исследователей.

Появление в руководящем аппарате РАК генералов и адмиралов – закономерный итог процесса огосударствления и бюрократизации некогда купеческой компании. Естественно, что подобная организация имела мало общего с развитием капитализма. Поэтому, несмотря на внешнее сходство в эволюции британской и российской монопольных компаний, заключавшееся в конечном счете в отстранении их от управления заморскими колониями и переходе последних под государственный контроль, суть происходящих изменений носила принципиально различный характер. Действия Английского кабинета были продиктованы бурным ростом капитализма, несовместимым с монопольными привилегиями, в то время как царское правительство просто встраивало РАК в общую структуру управления империей. И в этом плане эволюция высшей руководящей элиты компании может служить прекрасной иллюстрацией. Элементы капитализма, существовавшие на ранних этапах деятельности Российско-Американской компании (полупаевая система найма русских промышленников), были окончательно ликвидированы как раз в 18 18 г. в связи с переводом русских промышленников на жестко фиксированную заработную плату после прихода к власти капитан-лейтенанта Л.А.Гагемейстера.81 Весьма красноречивое совпадение!

Если обратиться к анализу принципов, по которым происходило формирование высшей управленческой элиты РАК, то среди них можно назвать следующие: 1) семейно-родственный, 2) сословный, 3) имущественно-финансовый и 4) профессиональный. Все эти принципы играли определенную роль при подборе руководящих кадров компании, хотя их вес и влияние были не всегда одинаковыми. Например, родственные связи в руководящей элите РАК прослеживаются довольно четко. Это особенно касается наследников Г.И.Шелихова, к которым относились его прямые потомки и ближайшие родственники. Если причислять М.М.Булдакова и В.Г.Политковского к клану Шелиховых, то получается, что представители этой группировки возглавляли Российско-Американскую компанию на протяжении 44 лет из 68, т.е. 2/3 всего времени, когда Русская Америка находилась под контролем РАК. Кроме того, дважды во главе Главного правления находились представители рода Врангелей.

Не менее важную роль, особенно в колониях, а позднее и в метрополии, играл сословный принцип, окончательно закрепленный в нормативных документах компании в середине 1840-х гг. Ведь только офицеры ВМФ могли становиться главными правителями колоний, равно как и их ближайшими заместителями. Что касается Главного правления, то и тут «нижней планкой» для занятия поста директора была принадлежность к купеческому сословию начиная со 2-й гильдии. Представители простого народа и небогатые предприниматели автоматически не допускались до занятия высших должностей в компании.

Имущественно-финансовый критерий, а проще говоря, богатство, играл заметную роль при образовании РАК. Только очень состоятельные люди могли приобрести дорогие акции привилегированной компании. Из числа «неблагородных» сословий такую возможность имели только купцы. Они и воспользовались этой возможностью при формировании компании, находясь, так сказать, у ее истоков (вспомним хотя бы иркутских купцов Мыльниковых). Однако со временем этот принцип отбора в элиту отошел на второй план, а предпочтение было отдано сословному.

Наконец, профессиональный принцип, включающий высокую компетентность, инициативность и организаторские способности претендентов на занятие руководящих постов компании также принимался во внимание, но имел в целом все же подчиненную роль. Примеров тут можно привести не очень много. Пожалуй, наиболее яркий – назначение на пост главного правителя колоний обедневшего купца А.А.Баранова, обладавшего большим жизненным опытом, железной волей и способностью повести за собой людей. Другим примером может служить К.Т.Хлебников, выбившийся в директора РАК благодаря своим личным качествам и талантам. Чаще подобные люди занимали средний управленческий уровень, как, например, Антон Яцентиевич Рутковский, служивший в середине 1860-х гг. в Лондоне посредником между РАК и известной мехоторговой фирмой Оппенгейм и К , а также Компанией Гудзонова залива и лондонскими банкирами. Как видим, наиболее важный для любой коммерческой организации профессиональный принцип не играл ведущей роли в подборе высшего руководящего звена РАК. Несомненно, что это не могло положительно сказаться на функционировании компании. Это же является косвенным свидетельством ее некапиталистического характера, по крайней мере в более поздний период существования.

Рассматривая процесс рекрутирования высшей управленческой элиты РАК с точки зрения современной политической социологии, можно прийти к выводу, что она проходила в основном в русле так называемой системы гильдий.82 В отличие от своего антипода – предпринимательской системы – система гильдий имеет следующие характерные черты: закрытость (подбор претендентов на более высокие посты из нижестоящих слоев самой элиты), выдвижение путем кооптации, высокая формализация процесса отбора, небольшой, относительно закрытый круг селектората и, как результат, – тенденция к воспроизводству существующего типа элиты (другими словами, ее олигархизация). Нетрудно убедиться, что почти весь этот «букет» присутствовал при формировании руководящей элиты РАК. Например, сословный принцип служил надежным формальным фильтром при занятии высших постов компании. Об этом же свидетельствует и обычно длительное, постепенное продвижение вверх по должностной лестнице служащих РАК и долгое пребывание в своих креслах директоров компании (нередко – вплоть до самой смерти, как, например, в случае с Е.И.Деларовым, М.М.Булдаковым, В.Г.Политковским).

Все это еще раз подтверждает мысль о некапиталистическом в целом характере Российско-Американской компании, что особенно четко проявилось с середины 1840-х гг., когда ее высший управленческий аппарат окончательно превращается в специфическую полугосударственную структуру. Дело в том, что именно военно-бюрократическая монополия лучше всего соответствовала сложившемуся в империи общественному строю. Этот строй достиг своего апогея к середине XIX в. и, в значительной мере исчерпав внутренние резервы своего развития, начал быстро сдавать позиции в пореформенной России. Ни РАК в целом, ни ее управленческая элита не захотели и не смогли учесть веяний новой капиталистической эпохи, не успели приспособиться к новым реалиям, переведя экономику Русской Америки на «капиталистические рельсы», что повлекло за собой ухудшение финансового положения компании в 1860-е гг. Таким образом, процесс огосударствления, бюрократизации высшей управленческой элиты РАК явился одной из косвенных причин продажи Аляски США в 1867 г. и последующей ликвидации самой Российско-Американской компании, что пока не нашло должного отражения на страницах отечественной и зарубежной историографии.