ДИКАРИ ПОЛЯРНОГО БЕРЕГА РОССИЙСКИХ ВЛАДЕНИЙ В АМЕРИКЕ.

Корпуса Флотских Штурманов Поручик А. Ф. Кашеваров, в записках веденных им при обозрении полярного берега Российской Америки, между прочим рассказывает следующее: «В 5 часов утра мы подъехали к небольшому селению, расположенному на возвышенности около 20 футов от моря. Завидя нас, жители, казалось, пришли в беспокойство. Дикарки и малолетние побежали в тундру, ведя за собою своих собак; но взрослые мужчины, числом 9 [74] человек, вышли на берег, вооруженные копьями и имея в руках луки, а колчаны со стрелами за спиною. Грозно они спрашивали нас: кого нам надобно? Наш Утуктак начал свою длинную речь, увещевая дикарей, чтоб они не боялись. Но дикари, услыша Малиглютский язык, который они понимают, сделались еще более недоверчивыми, и, приготовясь пускать в нас стрелы, требовали, чтобы мы не выходили на берег. Я велел Утуктаку показать дикарям листья табаку, и сказать им, что мы едем знакомиться с ними, а не ссориться. Лишь только дикари увидели табак, то сейчас изъявили неистовую радость, побросали в сторону свои луки и колчаны, и резким свистом остановили бегущих в тундру жен и детей; вертясь и бегая, они кричали женам своим тавакин! (табак). Дикарки столь же поспешно побежали к морю, как бежали в тундру, беспрестанно запинаясь и падая. И здесь дикари, по выходе нашем на берег, схватив нас обеими руками за плеча, приветствовали усердным потиранием своих носов и щек, о наши носы и щеки, дополняя ласку плотным ударом каждого из нас рукою в спину. Приветствие это сопровождалось криком: э-э-э-э! Приветствие же дикарок ограничилось только подчиваньем каждого из нас холодного водою из какого-то грязного ведра. В этой воде плавала оленья шерсть, лежали обрезки ремней и пр. [75] Надобно было хотя коснуться губами к этому пойлу, чтоб оказать доверенность жителям. К счастию, раздача табаку в это время избавила меня от необходимости принять приветствие Силалиногмюток. Они спешили схватить драгоценный подарок и от радости не зная что делать, забыли кончить отвратительный церемониал первоначального приветствия.

Утуктак нашел здесь между дикарями родственника своего, весьма уважаемого в селении и почитаемого за отличного стрелка. Имя его Кибишек. Он и другие дикари с любопытством рассматривали наши ружья, называя их стрелами, каковых они прежде никогда не видали. Кибишек показал нам пятно на песчаной осыпи, имевшее около фута в диаметре, пустил из своего лука стрелу, которая попала прямо в середину пятна, находившегося от нас в 67 шагах. Кибишек нарочно стал так, что дувший в то время довольно свежий ветер был ему с боку: от этого еще более затруднялась стрельба. Надобно было рассчитать действие ветра на стрелу, которая при полете своем описала дугу. Кибишек тут же сказал нам с гордостью, что в расстоянии 10 или 20 шагов стрела его пролетает насквозь оленя. После этого он просил нас показать действие наших ружей. Лучший стрелок наш из Алеутов выстрелом из ружья сбил вершину одной [76] льдины, имевшей уродливую фигуру; пуля, летя в густом воздухе, шипела, и, вероятно, от сотрясения воздуха по направлению выстрела много других льдин разрушилось. Такое явление, а равно и гул ружейного выстрела и дальность расстояния — цель отстояла от нас саженях в 80 — поразили дикарей. Кибишек, бывший во все время ко мне ласковым, вдруг охолодел и перестал обращать на нас внимание. Ему было досадно».

Текст воспроизведен по изданию: Дикари полярного берега российских владений в Америке // Журнал для чтения воспитанникам военно-учебных заведений, Том 62. № 245. 1846