В поисках родины Ерофея Хабарова...(1)

В 2008 году в городе Хабаровске автором данной статьи была издана книга «Ерофей Павлович Хабаров»[1], в первой главе которой большое место отведено установлению места рождения знаменитого землепроходца. Поиск исторических документов занял не один год. Ко времени издания книги казалось, что содержание всех сохранившихся документов, имеющих отношение к жизнеописанию Е.П. Хабарова, мне уже известно, за исключением тех, которые не выдали в архиве, сославшись на их ветхость (таких немало).
Но уже после издания книги мною было найдено еще несколько документов, в том числе один, который послужил причиной написания этой статьи. Документ дает новое прочтение ранее опубликованных сведений. Он позволил установить места проживания отца Ерофея Хабарова, который, хотя ранее и упоминался в документах, но был неуловим, так как именовался не Павел, а Меньшичко Хабаров. Теперь стало известно и его отчество - Иванов сын. Выяснилось также, что кроме ранее известного Никифора, у Ерофея Хабарова был еще один брат, который в документе назван Микиткой Меньшиковым Хабаровым. Поэтому назрела необходимость ввести этот документ в научный оборот.

В книге Г.А. Леонтьевой «Ерофей Павлович Хабаров» написано: «По вопросу о месте его рождения в исторической литературе долго не было единого мнения. Дореволюционный исследователь Н.П. Чулков писал, что Хабаров родился в Соли Вычегодской. Советский историк С.В. Бахрушин считал, что родиной Хабарова был Устюг Великий или область, лежащая вокруг него. <…> Не так давно вывод Бахрушина был подтвержден М.И. Беловым, которому по архивным документам удалось выяснить, что до своей первой поездки в Сибирь Ерофей Павлович какое-то время проживал в деревне Дмитриево Вотложенского стана Устюжского уезда. Эта деревня находилась в 80 км от Устюга Великого на берегу Сухоны. Она-то, очевидно, и была местом рождения знаменитого землепроходца. Деревня эта существует и поныне в составе Нюксенского района Вологодской области»[2].
Любознательного читателя, а тем более историка, знакомого с историческими исследованиями по Русскому Северу, не всегда удовлетворяют ссылки на авторитеты, ибо сразу же возникает вопрос: почему Вотложемская волость (стан), западная граница которой проходила по Северной Двине, оказалась вдруг на территории Нюксенского района по берегам Сухоны, откуда взяты такие сведения, где и при каких обстоятельствах это написано, достоверны ли эти источники, а если существует несколько мнений, то какое из них правильное.
М.И. Белов в статье «Ерофей Хабаров в Мангазее и на Таймыре»[3] сделал важный, но не окончательный шаг по выяснению места рождения Ерофея Хабарова. Он привел выдержки из найденных им документов, в которых сообщаются такие сведения. Однако обстоятельства, при которых давались эти сведения, он привел только в изложении. А эти обстоятельства как раз имеют важное значение, так как они влияют на достоверность сведений.
В этой статье мы частично приведем документы, которыми пользовался М.И. Белов, а также документы, найденные нами, с дополнительными сведениями. Эти материалы свидетельствуют, что заключения М.И. Белова о месте рождения Ерофея Хабарова являются приблизительными, неточными и во многом ошибочными.
О Е.П. Хабарове написано больше, чем о любом другом деятеле сибирской истории. Обычно принято начинать жизнеописание с сообщения о годе и месте рождения, о родителях, семье, детских годах и т.п. К сожалению, эти сведения, относящиеся к Ерофею Хабарову, были неизвестны и мало интересовали историков. Довольствовались тем, что по месту рождения он именовался то устюжанином, то уроженцем Сольвычегодского уезда. Основное внимание было сосредоточено на главном деле жизни Хабарова – амурском походе. Однако и он описывался в общих чертах.
Большую часть своей жизни Хабаров провел в Сибири. Некоторые сведения о заведении им пашни на реке Лене, об амурском походе, были опубликованы еще в середине XIX века. Но, видимо, единственным историком, который держал в руках документы о жизни Хабарова, предшествующей тому времени, когда он перебрался на реку Лену, был С.В. Бахрушин. Именно С.В. Бахрушин в статьях «Мангазейская мирская община в XVII веке» и «Андрей Федорович Палицын»[4], описывая ссору мангазейских воевод, вскользь упомянул о пребывании Хабарова в Мангазее в то время. Упомянул потому, что от имени Хабарова была составлена челобитная о злоупотреблениях воеводы Г.И. Кокорева, и привел некоторые выдержки из этой челобитной. Однако большинство документов о Ерофее Хабарове, известных С.В.Бахрушину, не были введены в научный оборот.
М.И. Белов, занимавшийся историей Мангазеи, предпринял попытку на основе изучения документов Мангазейской приказной избы получить сведения о месте рождения Хабарова. В результате, как пишет он, «посчастливилось найти более надежные документы, из которых видно, кем был и где родился, и вырос Ерофей Хабаров»[5]. Однако М.И. Белов, хотя и добавил некоторые сведения, о которых не сообщалось у С.В. Бахрушина, дал их в кратком изложении. К тому же эти сведения оказались не столь надежными, как полагал М.И.Белов.
Воеводы Григорий Иванович Кокорев и Андрей Федорович Палицын прибыли в Мангазею 28 августа 1629 года. А через несколько дней состоялась их встреча с Хабаровым.
«Лета 7138 [1629] году, сентября в 1 день, извещал государю, а в Мангазейском городе воеводам Григорью Ивановичю Кокореву да Ондрею Федоровичю Палицыну сказывал промышленой человек Микулка Петров сын Собинин лалетин: был де он, Микулка, в Пясиде в прошлом во 137 [1628-1629] году для соболиного промыслу. И из Мангазейского де города воеводы Тимофей Бобарыкин да Поликарп Полтев посылали в Пясиду для государева ясачного збору мангазейского стрельца Ивашка Горохова да целовальника Ярофейка Павлова устюженина.
И как де он, служивой человек Ивашко Горохов, да целовальник Ярофейко поехали ис Пясиды в Мангазею и он де, Микулка, с ними ж ехал. И видял де он у служивого Ивашка Горохова ево, Ивашковых, четыре сороку десять соболей, а у целовальника у Ярафейка з братом с Микифорком восмь сороков соболей. А того де он, Микулка, не ведает: у служивого Ивашка купленые или промышленые соболи.
А целовальник де Ярофейко сказывал ему, Микулке, что были у него з братом с Микифорком покрученики пять человек, и те де соболи с покрученики промыслом добыли. А по государеву указу государевым ясачным зборщиком служивым людем и целовальником, будучи у государева ясачного збору, торговати и с покрученики своими промышлять соболей не велено.
И воеводы Григорей Иванович Кокорев да Ондрей Федорович Палицын велели того ж часу служивого человека Ивашка Горохова и целовальника Ярофейка з братом с Микифорком в Съезжую избу привесть и порознь их роспрашивали»[6].
Как было заведено в то время, по Ерофею и Никифору Хабаровым взяли поручную запись в том, что пока будет вестись сыск, они никуда из Мангазеи не уедут[7]. Далее в документе описываются расспросные речи. Из речей Ивашки Горохова мы приводим только ту часть, где сказано о Хабарове:
«А про целовальника п[р]о Ярка в роспросе Ивашко сказал, что был с ним промышленой завод, топоры и сети, и он де на то купил сорок пять соболей. А иные де отпущал з братом ужины. И тех де соболей пришло с промыслу у брата его осмь сороков. А ужин было пять тотаринов на покруте. Да брат его ходил ж на промысел. А жил де брат его, Ярков, в ыном зимовье. А иные де и с ним в зимовье.
Ярко целовальник в роспросе сказал, что он наемной целовальник. А соболей привез с собою сорок пять соболей. А взял де их за долг у Богдашки Белоряса да у Ефимка Федотова за долг по кабале. В опросу в другой ряд сказал, что по двум кабалам. А про брата своего про Никифорка сказал, что он с ним живет за делом, и промышляли де соболи с покрученики своими в Пясиде на Хете реке.
<…> Целовальников брат Микифорко в роспросе сказал, что де был он в Пясиде и ходил на промысел сам с покрученики своими. А покручеников было шесть человек. А промыслу было на ужину по тритцати соболей. А з братом в зимовье не живал. Да и соболи де мои, а не братни. И ныне де от десятые осталось шесть сороков семнатцать соболей.
Ивашко Горохов на очной ставке с Микифорком говорил, что у них де з братом ужины ввопче или не ввопче, того не ведает. А промышлял он, Микифорко, и жил во всю зиму с одным покручеником выше ясачного зимовья. А пять покручеников промышляли и жили во всю зиму ниже ясачного зимовья. А про то у Ярафейка и у Микифорка слыхал, что они живут не вместе в дому. И соболях Микифорко Ярофейку повытья не сказывал. А Микифорко говорил: брат де живет с ним за делом, а не вместе.
А целовальник Ярофейко на очной ставке с Ывашком говорил, что семь сороков соболей брата его Микифорка, а не ево, Ярофейковы»[8].
Здесь важно отметить, что слова «за делом», а далее «в деле» имеют смысл «отдельно, не вместе, в разделе», и образованы от слова «делить», а не «делать».
«И октября в 9 день [1628 г.] бил челом государю, а в Мангазейском городе в Съезжей избе воеводе Григорью Ивановичю Кокореву да Ондрею Федоровичю Палицыну подал челобитную Микифорко Павлов. А в челобитной ево пишет:
Царю бьет челом сирота твой государев, Никифорко Павлов. В прошлом, государь, во 137 [1628] году был я, Никифорко, в Пясиде на соболином промыслу на Хете на реке. И с тем своим промыслишком, с собольми, пришел в Мангазейской город и десятую платил. И в прошлом же, государь, во 137 [1628] году бил челом и извещал на меня, Микифорка, пяcидской же промышленой человек Микулка Петров, что будто ся брат мой Ярафейко те соболи промышлял со мной вместе. И тех соболей брат мой Ярофейко со мной, Никифорком, не промышлял, а живет со мною за делом. <…> Вели, государь, про тот промысел сыскать. <…>
И вычетчи челобитную, воеводы Григорей Иванович Кокорев да Ондрей Федорович Палицын велели про Микифорка Павлова да про пясидцкого целовальника Ярафейка Святицкого сыскать березовскому казаку Офоньке Зезину, и память ему, Офонасью, дали за своими печатьми. А в ней пишет:
Лета 7138 [1629], октября в 9 день, по государеву указу память березовскому казаку Офоньке Зезину. Обыскать ему в Мангазейском городе и за городом на посаде по пясидцкого целовальника про Ярафейка Павлова да про брата ево родново про Микифорка Павлова ж, про устюжан, устюжаны торговыми людьми, которые на Русе живут, а от них, Ярафейка да Микифорка, недалеко, и их знают.
И про пясидцкой соболиной промысел знаемыми людьми, которые были в Пясиде в прошлом во 137 [1628] году, по государеву крестному целованью вправду: в прошлом во 137 [1628] году, как он, Микифорко, был в Пясиде на соболином промыслу, и себе ли промышлял, один ли или з братом своим Ярафейком вместе, и в одном ли зимовье они зимовали, и на Руси Микифорко з братом своим Ярафейком живет за делом ли, иль не в розделе, и вместе хлеб ядят один или порознь»[9].
Здесь Ерофей Павлов сын упомянут со второй его фамилией – Святицкий. Только в документах, относящихся к его пребыванию в Мангазее и на Таймыре, он много раз упоминается с этой фамилией. Впоследствии эта фамилия поможет нам определить место рождения Хабарова. Некоторые авторы считали, что такая фамилия свидетельствует о набожности Хабарова. Но такое предположение далеко от истины.
«И октября в 13 день березовской казак Офонька Зезин принес в Съезжую избу сыску своему список. А в нем пишет:
Лета 7138 [1629], октября в 12 день, по государеву указу и по приказу воевод Григорья Ивановича Кокорева да Ондрея Федоровича Палицына березовской казак Офонька Зезин спрашивал в Мангазейском городе на посаде промышленых людей про Ярафейка Светитцково да про брата ево про родново про Микифорка Павлова устюжан торговых и промышленых людей, которые живут на Руси от них, Ярофейка и Микифорка, недалеко, по государеву крестному целованью вправду: промышленой человек устюжанин Ярофейко Светитцкой з братом своим с родным с Микифорком Павловым в делу ли или не в розделе, и на Руси оне живут вместе ли, и хлеб ядят один ли, или порознь живут, и в прошлом во 137 [1628-1629] году он, Ярафейко Светитцкой, з братом своим с родным с Микифорком Павловым в Пясиде на соболином промыслу был ли, и соболи промышляли вместе ли, и в одном ли зимовье в Пясиде жили или порознь по своим зимовьям жили»[10].
Далее следуют расспросные речи торговых и промышленных людей.
«Торговой человек Демид Григорьев Фешевкин устюжанин, посадцкой человек, сказал по государеву крестному целованью:
В прошлом де в 137 [1628-1629] году на Енисейском волоку слышил де я от них самих от Ярафейка и от Микифорка, что оне меж себя в делу. И с Енисейсково волоку в прошлом же в 137 [1628-1629] году пошли оне, Ярафейко и Микифорко, в Пясиду по своим, не в одном судне. А живет он, Ярафейко, на Русе в Устюжском уезде в Вотложском стану. А Микифорко живет в Усольском уезде в деревне. А как тое деревню зовут, того не ведаю. А в Пясиде оне промышляли соболи вместе или порознь, и жили в одном ли зимовье или порознь, того не ведаю ж. <…>
Торговой человек Офонасей Аврамов устюжанин, посадцкой человек, сказал по государеву крестному целованью:
Слышил де я на Устюге от людей что он, Ярафейко, з братом своим с родным с Микифорком Павловым в делу. И живет он, Ярафейко, в Устюжском уезде в Вотложском стану в деревне Дмитрееве. А брат ево Микифор живет Усолья Вычегодцкого в уезде, в деревне на Ленивице. А от пясидчиков у Тишки Иванова Усолья Вычегодцкого олексинца слышил, что он, Ярофейко, в Пясиде в прошлом в 137 [1628-1629] году з братом своим с Микифорком соболей вместе не промышлял»[11].
Обратим здесь внимание, что первые два человека, которых расспрашивал Афанасий Зезин, были «порутчиками» по Ерофею Хабарову. Они были на стороне Хабарова и поэтому стремились выгородить его, показать, что братья Хабаровы жили отдельно и раздельно вели свои хозяйства.
«Промышленой человек Яков Иванов Костромитин сказал по государеву крестному целованью:
Жил де я на Устюге на посаде лет з десять. И то де я на Устюге слышил, что он, Ярафейко, з братом своим с Микифорком в делу. А живут порознь. Он, Ярофейко, живет в Устюжском уезде в Вотложенском стану в деревне Дмитрееве, а брат де ево Микифорко живет в Усольском уезде, Соли Вычегодцкие в деревне на Ленивице. А в Пясиде он, Микифорко, в прошлом в 137 [1628-1629] году соболи с ним, Ярафейком, промышлял вместе или один, тово не ведаю. В Пясиде я не был.
Промышленой человек Данилко Микифоров, портной швец, устюжанин, посадцкой человек, сказал по государеву крестному целованью:
Слышил де я на Устюге, что он, Ярафейко, з братом своим с Микифорком в делу, и живут порознь. Он, Ярафейко, живет в Устюжском уезде в Вотложенском стану в деревне в Дмитрееве. А брат де ево Микифорко живет в Усольском уезде, Соли Вычегодцкие в деревне на Ленивице. А в Пясиде он, Микифорко, в прошлом в 137 [1628] году соболи с ним, Ярафейком, промышлял вместе или один, тово не ведаю. В Пясиде я не был.
Торговой человек Козьма [?] Ондреев Печенкин устюжанин, посадцкой человек, сказал по государеву крестному целованью:
В прошлом де в 135 [1626-1627] году бил челом на Еренском городке по кабале в пятинатцати рублех воеводе на него, Микифора, а займовал он, Ярафей, деньги у Матвея Свиязева. И тот Микифор положил в суд деловую, что он с ним, Ярофейком, в делу. И ему де, Матвею Свиязеву, отказали и на нем, Микифоре, за него, Ярафейка, по кабале пятинатцати рублев править не велели. А где оне, Ярофейко и Микифорко, живут, и вместе ли оне в Пясиде в прошлом в 137 [1628-1629] году соболи промышляли, тово не ведаю. <…>
Промышленой человек Власко Яковлев Мутовкин, Соли Вычегодцкой посадцкой человек, сказал по государеву крестному целованью:
Били де челом у Соли Вычегодцкие воеводе Ивану Семеновичю Лодыженскому на него, Микифорка, в долгу в ево, Ярафейкове. И тот де Микифорко положил в суде перед Ивана Семеновича Лодыженсково деловую. И должником де в его, Ярафейкове, долгу отказал: правити на нем, на Микифорке, за него, Ярафейка, долгу не велел. А живет де он, Ярофейко, в Устюжском уезде в Вотложском стану в деревне Дмитрееве. А Микифорко де живет в Усольском уезде Соли Вычегодцкие в деревне на Ленивице. А в Пясиду де оне, Ярафейко и Микифорко, пошли с Енисейсково волоку в прошлом во 136 [1628] году по своим, и в судне не в одном. А соболи оне в Пясиде промышляли в прошлом в 137 [1628-1629] году вместе ли, или он, Микифор, один промышлял, тово не ведаю. <…>
Промышленой человек Пятунька Иванов устюжанин, посадцкой человек, сказал по государеву крестному целованью:
Слышил де я на Устюге, что он, Ярафейко, з братом своим с Микифорком в делу, и дело де у них на Русе есть. А живет де он, Ярафейко, в Устюжском уезде в Вотложском стану в деревне Дмитрееве. А брат де ево Микифорко живет в Усольском уезде, Соли Вычегодцкой в деревне на Ленивице. А в Пясиду де оне, Ярафейко и Микифорко, с Енисейсково волоку пошли в прошлом в 136 [1627-1628] году по своим, и в судне не в одном. А соболи оне в Пясиде промышляли в прошлом во 137 [1628-1629] году вместе, или он, Микифорко, соболи промышлял один, тово не ведаю. В Пясиде я не был.
Торговой человек Шестой Савельев Белобород, Соли Вычегодцкие посадцкой человек, сказал по государеву крестному целованью:
Слышил де я на Устюге от отца их, Ярафеева и Микифорова, от Павла, что оне, Микифорко и Ярофейко и Микифорко (так в тексте – Г.К.) в делу. А живет де он, Ярафейко, в Устюжском уезде на Вотложенском стану в деревне в Дмитрееве, а Микифорко де с отцом своим с Павлом в Усольском уезде в деревне на Ленивице. И в прошлом де 136 [1627-1628] году ево, Микифора, на Енисейском волоку видял. И пошел он, Микифор, с Енисейсково волоку в Пясиду з братом своим с Ярафейком не вместе, по своим, и в судне не в одном. И пошло де с ним, Микифорком, в Пясиду покручеников ево, Микифорковых, казанских тотар шесть человек. И в Пясиде он, Микифорко, соболи промышлял з братом своим с Ярафейком вместе ли, и он, Микифор, соболи промышлял один, тово де не ведаю. <…>
Промышленой человек Мишка Семенов вологжанин, прозвище Конча, сказал по государеву крестному целованью:
Был де я в Пясиде в прошлом в 137 [1628-1629] году с ним, Ярафейком, и з братом ево с Микифорком вместе. И тот де Микифорко покрутил в Мангазейском городе и на Енисейском волоку на себя в прошлом в 137 году казанских тотар шесть человек. И с Енисейсково волоку он, Микифорко, в Пясиду пошел з братом своим с Ярафеем не вместе, по своим, и в судне не в одном. А промышлял он, Микифорко, соболи в Пясиде з братом своим с Ярафеем не вместе, один с покрученики своими. <…> И то де я от них, от нево, Ярафийка, и Микифорка, в Пясиде слышил же, что он, Ярафейко, с ним, Микифорком, в розделе, и живут не вместе»[12].
На основании приведенных выше документов первую попытку определить точное место рождения Е.П. Хабарова предпринял М.И. Белов. В статье «Ерофей Хабаров в Мангазее и на Таймыре» он писал: «С.В. Бахрушин в работах о Мангазее мимоходом отметил, что Хабаров побывал в Тазовском городе, где вел торги и промыслы, участвовал в знаменитой ссоре мангазейских воевод Григория Кокорева и Андрея Палицына, заняв сторону последнего. <…> В некоторых документах он называется устюжанином, в других – усольцем. <…> Во время просмотра фондов Центрального государственного архива древних актов посчастливилось найти более надежные документы, из которых видно, кем был и где родился, и вырос Ерофей Хабаров. Удалось обнаружить дело Мангазейской приказной избы за 1630-1631 г., где фамилия Хабарова встречается довольно часто»[13].
Справедливости ради, надо отметить, что номера всех документов давно были указаны еще С.В. Бахрушиным. Но М.И. Белову посчастливилось прочесть то, о чем не писал С.В. Бахрушин. Это – «сказки» торговых и промышленных людей. К слову «посчастливилось» не стоит относиться иронически. Сыск по делу Кокорева и Палицына состоит из нескольких десятков тысяч листов. Поиск там документов о Хабарове – это поиск иголки в стоге сена. Поэтому, видимо, никто не отважился до М.И. Белова браться за такое трудное дело. Документы эти надежные в смысле подлинности, но сведения в них, полученные из «сказок» торговых и промышленных людей, видимо, не все достоверные. Они могут лишь служить наводкой, где искать место рождения Хабарова. Видимо, понимая это, М.И. Белов пошел по правильному пути, пытаясь подтвердить эти сведения при помощи писцовых книг. Однако же, это ему не удалось.
Как следует из «сказок» торговых и промышленных людей, Ерофей Хабаров должен быть записан в Устюжском уезде, в деревне Дмитриево Вотложемского стана, а Никифор Хабаров и его отец Павел в Усольском уезде, в деревне Ленивица Алексинского стана. Хотя Устюг Великий и Соль Вычегодская находятся сравнительно близко друг от друга, во времена Хабарова они были главными городами двух отдельных уездов.

Красноштанов Г.Б.
(продолжение следует)

Tags: