Отписка Якутскому воеводе Димитрию Францбекову служиваго человека Ерофея Хабарова... (1)

1652 г. в августе. — Отписка Якутскому воеводе Димитрию Францбекову служиваго человека Ерофея Хабарова; о военных действиях его на реке Амуре и о проч.

Государя царя и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии воеводе Дмитрею Андреевичю Францбекову да дьяку Осипу Стефановичю бьет челом холоп государева с Великие реки Амура с усть Зии реки и с Koкopиeвa улусу приказной человек Ерофейко Павлов Хабаров с служилыми и с волными охочими людми с новоприборными Даурскими служилыми людми. Жил я холоп государев с служилыми и охочими волными людми на Великой реке Амуре в Албазине городе, и что у нас похожения нашего было и о том обо всем государю было писано в отписках к тебе Дмитрею Андреевичю и Осипу Стефановичю. И июня в 2 день, поделав суды болшие и малые, и прося у Бога милости и у Всемилостивого Спаса, из того города Албазина поплыли, и плыли мы два дни и доплыли на другой день Дасаулов, был город князя Дасаула, и тот город сожжен и юрты сожжены же, лише всего осталось две юртишка, а людей тут не изъехали;и мы от того городка плыли до полудни, и в половине дня наплыли юрты, и в тех юртах людей не изъехали, и те люди на кони пометались и они Даурские люди у нас все уехали, лише толко схватили ясыря Даурскую бабу, и тот ясырь сказал, что де по улусам Даурские люди все живут; и мы того же часу в Ленских стругах наскоро наниз побежали и нагребали двои юрты, и в тех юртах все люди Даурские, подсмотря нас, на кони помечутся; и убежат, лише ясырь похватали, и сами они: стали в иной улус и к городу ясак подавать стали, юрты сожгли и. дым пустили. И мы тогож дни набежали на тот Гуйгударов город о закате солнца в Ленских стругах.... под тот Гуйгударов город, и тот Гуйгудар князь да с ним два князя и Богдоевы люди улусные, мужики все, выехали против нас на берег, и нас не стали к берегу припущать; и мы по них, из стругов из оружья ударили, и тут у них Даурских людей побили человек с двадцать, и они князья Гуйгудар, и Олгемза и Лотодий и с улусными людми государские грозы убоялись и с бере-[360]гу отъехали;

и мы наскоре из стругов своих пометались на берег и за ними побежали, и они князья Гуйгудар, и Олгемза и Лотодийс улусными людми в те свои городы засели; а доспеты у них три города новые и землею обсыпаны, а к верху обмазано, а те городы все стоят рядом, лише стены промеж, и под те стены у них подлазы, а ворот нет, и в тех городах поделаны глубокие ямы, а скот у них и ясырь в тех рвах стоял, а около тех городов кругом обведено два рва в сажень печатную глубота, и в те рвы и города привожены под стену подлазы, а кругом тех городов стояли улусы и те они улусы сожгли. И как те князья в город засели, а Богдоевы люди с ними с Даурскими людми в городы не засели и выехали на поле далече, и Божиею милостию, и государским счастием, и радением твоим, Дмитрей Андреевич и Осип Стефановичь, и промыслом приказного человека Ярофийка Павлова и служилых волных и охочих людей, тот город наскоре обсадили, и они Даурские люди с башен почали нас стреляти стрелами; и яз приказной человек велел толмачам говорить про государское величество, что наш государь царь и великий князь Алексей Михайловичь всеа Русии страшен и грозен и всем царствам обладатель, и никакие орды не могут стоять против нашего государя царя и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии и против нашего бою, и вы, князь Гойгудар, да князь Олгодий да князь Лотодий, будте нашему царю государю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии послушны и покорны, без драки сдайтесь, и нашему государю ясак давайте по своей мочи, и велит государь вас оберегать от иных орд, кто вам силен. И тот Гуйгудар то стал говорить: даем де мы ясак Богдойскому царю Шамшакану, а вам де се какой ясак у нас, как де мы бросим последним своим робенком, дитятем, то де мы вам с себя ясак дадим. И мы, прося у Бога милости и государю радеючи, государеве службе поиск чинили ратным обычаем войною, крепь учинили болшему оружию пушкам и стали бить по башням с нижнюю сторону у того города, и из мелкого оружия, из мушкетов, из пищалей, били по них в город, и оно Даурские люди стреляли к нам из города и от них стрел к нам летело из города от Даурских людей безпрестанно, и настреляли они Дауры из города к нам на поле стрел как нива стоит насеяна, и дрались мы с ними Дауры всю ночь до схожева солнца, и у башни стену пробили, и мы и куячные люди, а иные служилые люди за щитами, стену отняли, и в город вошли, в один и по государскому счастию тот нижней город взяли; и они Дауры собрались в два города, и половина дни из того из другого города мы служилые люди били ж их Даур, и они все собрались Дауры свирепые в один город, и мы били по них безпрестани из болшого оружия и из малого, и на тех приступах побили их Дауров двести четырнадцать человек; и те свирепые Дауры не могли стоять против государьской грозы и нашего бою, и из того города напролом они Дауры побежали человек десятка полтора, лише те, и ушли из города, а досталь всех, которых в городе захватили Дауров, со все стороны их Дауров в город сжали, и драка была съемная и копейная у, нас казаков, и Божиею милостию и государским счатьем, тех Дауров в пень порубили всех с головы на голову и тут на съемном бою тех Даур побили четыреста двадцать семь человек болших и малых, и всех их побито Дауров, которые на съезд и которые на приступе и на съемном бою, болших и малых шестьсот шестдесят один человек, а наших казаков убили они Дауры четырех человек, да наших же казаков переранили они [361] Дауры тут у городка сорок пять человек; и те все от тех ран казаки оздоровели; и тот город, государским счастьем, взят с скотом и с ясырем, и числом ясырю взято бабья поголовно старых и молодых и девок двести сорок три человека, да мелкого ясырю робенков сто осмнадцать человек, да коневья поголовья взяли мы у них Дауров болших и малых двести тридцать семь лошадей, да у них же взяли рогатого скота сто тринадцать скотин. И в кои поры у нас драка была, и те Богдоевы люди по полю все ездили, и бою нашего с Дауры смотрели и к нам казаком не стреляли, и мы у тех ясырей про тех Богдоевых людей роспрашивали: для чего де они Богдоевы люди те приехали к вам, и много ли их Богдоевых людей? и тот ясырь сказал нам, то: живут де у нас Богдоевы люди по пятидесят человек безпрестани для ясаку и с товары, до иных людей своих до перемены; и мы у тех баб роспрашивали: для чего де они с вами в городе не сидели, и за вас они не приставали? и тот ясырь то сказывает: Даурские де люди наши князья Гуйгудар с товарыщи взял их в город к себе на подсоб, и они Богдоевы люди то им сказали: Гуйгудар! нам де царь наш Шамшакан не велел с Рускими людми дратись; и назавтрее тое драки те Богдоевы люди послали к нам в город из поля своего человека Богдойского, и тот мужик пришел к нам в город к государскому величеству честно, и стал говорить своим языком Китайским, и у нас того языка не знают, тех толмачей нет, лише переводом Даурские бабы сказывают: что де наш царь Шамшакан нам с вами дратись не велел, наш царь Шамшакан нам с вами с казаками свидеться .... честно; а у того мужика Богдойского платье на нем камчатное, все, и на голове у него малахай соболей, а про иное у него мужика Богдойского у нас ростолмачить некому, а тот мужик говорил с нами долго, и яз Ярофейко, тому Богдойскому мужику честь воздал и подарки государевы давал и отпустил его Богдойского мужика честно в свою Богдойскую землю. И в тех мы, городах жили шесть недель, и к тем к Даурским князьям к Дасаулу, и к Байбулаю, и к Шилгинею, и Албазе языков посылали в городы к ним, были у нас изыманы в Албазине городе Даурские боканы, и мы мужика с ними отпустили и велели им боканам тем князьям наговаривать, чтоб они Даурские князья покорились и поклонилися нашему государю, и за тем мужиком и баб старых отпущали с теми ж речми, и от них Даурских мужиков ни один человек не бывал к нам, а всего; от нас плыть до тех людёй день, а людей де у них горазно многое множество; и на той драке под Гуйгударовым городом из болшого оружия ростреляли с трех пушек ночью и днем государева пороху пуда с три, а свинцу против пороху ростреляли; и яз Ярофийко жил в тех городах с служилыми и с волными охочими людми семь недель, и те Даурские князья государскому величеству.... не бывали, и яз Ярофейко из того города поплыли, и кони выбрали, на суды поставили и с собою взяли, и из того города поплыли и плыли до Банбулаева города два дни. И в тот город приплыли Князя Банбулая и в улус его, и тот город пуст, людей в нем нет, все выбежали; и после того неделю спустя за ними ходили, искали, и мы холопи твои Приказной чёловек Ярофейко Павлов и служилые и волные казаки того Банбулая призывали и ясаку с него прошали; и тот Банбулай то говорил: какой де вам от меня ясак; и после того отпущал яз приказной человек служилых и волных казаков в поход из того города Банбулаева на его Банбулаевых людей вниз, и плыли день и на-[362]плыли улус и в том улусе языки похватали и два ясыря, и тех языков роспрашиваля накрепко толмачами, и они сказали в роспросе, что де плыть от сего места до усть Зеи реки полторы сутки, и тут де стоит против Зеи реки на другой стороне, направо пловучи, улус князя Кокорея, и ниже де того улуса проплыть по ряду три улуса, и ниже де того стоит город крепкой и укреплен накрепко, а крепили де тот город всею нашею Даурскою землею, и в том де город живет князь Туронча Богдоева князя Балдачи зять, да другой князь Толга да Омутей два брата; и мы холопи государевы служилые люди и волные казаки с теми языки приехали в тот в Банбулаев город к приказному человеку Ярофею Павлову Хабарову. И яз Ярофейко у тех языков роспрашивал и огнем жег, и они сказали теж речи слово в слово против прежних речей, и яз Ярофейко, посоветовав с ратными людми служилыми и с волными казаки, и прося у Бога милости, из того города Банбулаева поиск чинили вниз по той реке, к тому городу поплыли, и плыли мы из того города Банбулаева до усть Зеи реки два дни да ночь, и тут река пала великая с левую сторону зов той реке Зия; и языки сказывают, что де по той реке Зее живут Дауры, и есть де по той реке город, и в том де городе живет Даурской, князь, Олпелда и многие Дауры, и на усть той реки на правой стороне немного пониже устья Зейского стоит улус князя Кокорея двадцать четыре юрты и людей в нем нет; и мы наскоре погребли вниз, и того дни в обед набежали юрты в легких стругах на улус, и тут языков похватали и наскоре роспрашивали, и те языки сказали, что де внизу до города еще два улуса отсель недалече, а люди де живут, и мы наскоре те улусы мимо прогребли и под город подгребли того дни под вечер, и из легких стругов на берег выскакали, и к городу прибежали, в город выскакали в том городе люди невеликие, а животы их Даурских князей и их людей, все в городе, и мы на башни выскочили. И ниже того города в перестреле стоит улус велик, и те Даурские князья князь Туронча и с братьями, да князь Толга, и князь Омутей с своими людми в том улусе пьют все, и они втепоры нас осмотрили, и князь Омутей скочил на коня, и закричал и погонил; и служилые и волные казаки, прося у Бога милости, к тому улусу бросились, государю радеючи и не щадя лица своего, и того князя Турончу, и с братьями и с жонами и с детми, и князя Толгу и с ними иных лутчих людей, Божиею милостию и государским счастьем, обсадили, а иные мужики и ясырь с нижнего конца побежали, и служилые и волные казаки, прося у Бога милости, за ними в поле побежали, и многих людей; и ясырь поимали, а иных мужиков на побеге многих побили; в втепоры наскоре услышали стрелбу с болших судов, и наскоре нагребали, и кони с судов похватали, и за ними погонили, и досталных в поле мужиков и ясырь переимали и в город привели. И те князья князь Туронча и Толга стали из юрты стрелять, и яз приказной человек Ярофейко велел толмачам своим тех князей разговаривать и под царскую высокую руку призывать, что де дайте государю нашему, ясак и будьте во всем послушны и покорны, и мы, вас не убьем, и станем вас оберегать, кто вам силен; и тот князь Туронча Балдачин ...., и с братьями своими, и князь Толга то стали говорить: за ясак де нам что стоять, лише бы де было постоянно, мы де ясак дадим, нонече де у нас соболей нет, были де у нас Богдоевы люди, и ясак де дали Богдоевым людем, а досталь все испродали, а что де есть соболей, то де мы дадим; и из юрт к вам вышли, и мы их взяли и в город: привели, всех их мужиков в город пе-[363]реиманых сто человек, да ясырю переимали сто семдесят, окроме малых робят и те князья князь Туронча, с братьями своими, и князь Толга и их улусные лутчие люди стали нам то говорить, что де мы Дауры, что есть нас здесь и род наш и которые под нами живут луков с тысячу и болши, и мы де топере вашему государю все послушны будеми покорны, и ясак с себя станем давать по вся годы, пожалуйте де отпустите наших людей и боканов и жен наших и детей, а мы де князья у вас седим верьте де нашим головам; и яз им говорил толмачом, что де призовите вы своих всех людей и что де промеж нами вера; и они князья князь Туронча и князь Толга велели им князю Омутею и всем лутчим людем быть к нам, и они тотчас к нам приехали человек ста с три; и яз приказной человек, по государеву указу, того Турончу й с братьями, и Толгу, и Омутея с братьями, их князей и лутчих людей Балуню, и Аная, и Евлогоя и всех улусных их людей и весь род их к шерти привели на том, что быть им под государя нашего царя и великого князя Алексея Михайловича всеа Русии высокою рукою в вечном ясачном холопстве на веки, и ясак с себя.... по вся годы безпереводно, и из них выбрали в аманаты лутчих людей князя Турончу Балдачина зятя, да брат его...., да князя Толгу с братом, да Омутеева брата да трех улусных лутчих мужиков; и; они ясаку с себя принесли всего шестдесят соболей: «нонечи де у нас соболей нет, на осень де дадим вам полной ясак»; и яз приказной Ярофейко, посоветовав с ратными людми служилыми и с волными казаки, их мужиков всех. улусных и боканов отпустили, и велели жить на прежних их кочевьях без боязни; и стали они ясырю своего прошать на выкуп и сулили животов, давали под ясыря выкупу по сороку рублев и по штидесят, а за иной и по сту рублев, и яз приказной Ярофейко и служилые люди и волные казаки промеж собою посоветовали, и государю радеючи, своих зипунов не порадели, и для постоянья и утверженья земли тот ясырь отдали без выкупа, и велели им жить без боязни, и они жили в тех своих улусах у города с наши за един человек, и корм нам привозили и они к нам в город ходили безпрестанно, и мы к ним тож: ходили. И 160 году, сентября в 3 день, ходил от вас из города Енисейской казачей десятник толмачь Костка Иванов что с Байкалова приехал во 158 году от сына боярского Ивана Галкина, к ним в юрты, и час времени в юртах жил, и к нам в город прибежал и нам сказал, что де меня в юртах имали, и яз де у них одва ушел; и в кою пору он бежал к нам, а они на кони свои высели все, и с ясырями из улуса, все побежали, и яз Ярофейко послал ратных людей в улус их розговаривать, и они все выбежали, лише схватали две бабы старых; и яз Ярофейко стал говорить тем аманатом, что де вы нашему государю изменили и шертованье свое порудили, и людей де своих прочь отослали; и они то говорят: мы де не отсылали, мы де седим у вас, а у них де своя дума, и втапоры говорил князь Толга: чем де нам всем помереть, и мы де помрем за свою землю одни, коли де к вам в руки попали; и яз Ярофейко всяко их розговаривал, и они свирепые Дауры и Бога незнающие шертованье свое порудили и говорят то: выдайтесь де вы с нами, однажды, де вам в руки попали; и яз Ярофейко тех аманатов пытал и жог, и они одно говорят, что де отсеките наши головы, уже де однако мы к вам насмерть достались; а те иноверцы кругом ездят далече, и яз Ярофейко к государскому величеству призывал, и они не прикликаются....

Из рукописи под заглавием: Списки Якутской архивы, (часть I, в лист, на З82 л.), писанной с подлинных столбцев для академика Миллера, во время путешествия его по Сибири, – Принадлежит Императорской Академии Наук.

Воспроизводится по:
Дополнения к актам историческим, т. III, СПб., 1848, стр. 359 - 371.

Tags: