odynokiy (odynokiy) wrote,
odynokiy
odynokiy

Хозяин Синего Пламени. Александр Кинко. (окончание)

CIMG0791.jpg

...На Колыме, когда мне было 7 или 8 лет, родилась и моя самая первая детская мечта – я захотел стать геологом. Эти образцовые сильные люди путешествовали по крутым, не похожим одна на другую сопкам с внушительными карабинами, большими рюкзаками за плечами и специальным снаряжением. Геологи, обутые в высокие болотные сапоги, смело преодолевали опасные топи, мари и речки. Они открывали всё новые и новые места, прокладывая путь на вездеходе или пролетая над зелёным таёжным ковром на вертолёте, а у всех колымских мальчишек захватывало дух, когда на стадион глухого посёлка садился, разгоняя в разные стороны клубы светло-серой пыли и мелких камней, этот необыкновенный летательный аппарат. Прилёт вертолёта всегда был грандиозным незабываемым зрелищем, на которое всегда сбегалось множество праздных зевак. Я, разумеется, был среди них в первых рядах. После окончания средней школы на Украине я даже отправился поступать в Днепропетровский геолого-разведочный институт вместе со своим другом Виктором Антроповым. Но, так как, надо было сдавать химию, с которой мы были в сложных отношениях, пришлось отказаться от светлой детской мечты.

Моими одноклассниками были замечательные мальчишки и девчонки. Детская память хорошо сохранила их светлые образы, застывшие на чудом сохранившейся фотографии середины 60-х годов. Снимок был сделан на фоне стенда, посвященного октябрьской революции и традиционно оформленного тематическими вырезками из популярного и красочного журнала «Огонёк».

Вот фамилии моих одноклассников: Сухачёв Витька, Кузнецов Игорь, Масюк Витька, Бичарук Володя, Ходосовский Коля, Сазонов Иван, Ситдиков Ильяс, Шевченко Люба, Беложирова Людмила, Терёхина Таисия (по прозвищу Белоручка), Рубашенко Оля, Синицына Людмила, Яша Шулер, Красаускас Лёня, Соловьёва Света, Нюхтин Сергей (по прозвищу Нюф-Нюф), Казакова Таня (по прозвищу Коза), Карабутова Галя, Мирошниченко, Аносов [Амосов], Дорохов Витька (по прозвищу Плешь), Сушинский Игорь, Малаев Сашка, Белова Людмила, Ерова Таня, Власова Наташа(по прозвищу Кнопка), Рыбальченко Павлик. Итого: двадцать семь живых душ.

Таисию называли Белоручкой потому, что она была очень опрятной и аккуратной девочкой, на её отутюженном школьном платьице всегда был подшит ослепительно-белый ажурный воротничок. Власову одноклассники наградили канцелярским прозвищем из-за маленького роста. На снимке рядом с красавицей Казаковой стоит один из её верных «рыцарей» и одновременно автор этих строк собственной персоной – курносый, вихрастый мальчишка с круглым нахмуренным лицом. Впрочем, мне нравилась ещё одна девочка по фамилии Мирошниченко, которая лучше всех лазила по канату на уроках физкультуры. Карие глаза «рыцаря» настороженно сверлят объектив фотоаппарата, из которого вот-вот должна вылететь редкая колымская птичка.

Интересно, как сложилась судьба этих славных детей Колымы?
В среде моих малолетних приятелей частенько можно было услышать остроумные считалки или специальные вопросы на сообразительность. В качестве яркой иллюстрации привожу детский вопрос на патриотическую тему.

- Ты за Солнце или за Луну?
- Конечно, за Солнце.
- Ха-ха, за пузатого японца. А я за Луну - за советскую страну.

Весьма популярными в детских компаниях были следующие выражения. «Внимание! Внимание! Говорит Германия, сегодня под мостом поймали Гитлера с хвостом». И ещё: «Жид, жид по верёвочке бежит. Верёвочка лопнула и жида прихлопнула». Несмотря на подобные выражения, в колымском быту национальный вопрос никогда не поднимался – национальность человека была второстепенным или вообще не имеющим никакого значения фактором. Бескорыстные и добрые отношения людей, скорее всего, можно было бы назвать «колымским братством».

Ещё одним развлечением был так называемый «китайский бокс». Малолетние противники медленно сходились и энергично тыкали друг в друга худосочными указательными пальцами обеих рук, обычно больно было атакующему сопернику, восточный поединок быстро заканчивался ничьей, всегда побеждала крепкая дружба.

Лучшим своим другом, как не раз было уже сказано, я считал фанатика отечественного и мирового кинематографа Ильяса Ситдикова, который родился 13 февраля 1957 года, он также был и лучшим учеником класса, которому неоднократно школьные тетради отмечали специальным знаком круглого отличника – аккуратно нарисованной пятиконечной звездой. Прошло столько лет, а мне запомнилась его детская причёска: прямой чубчик, а на самой его середине заботливо выстрижен «гламурный» уголок миллиметров восемь в высоту. Его старшего брата звали Ильдус. Глава семьи Ситдиковых в течение многих лет успешно руководил старательской артелью «Дружба». Из книги В.Г. Зеляка «С лотком, скребком и проходнушкой» следует, что передовыми коллективами в выполнении плана 1960 г. стали артели «Дружба» и им. Калинина на прииске «Большевик».

Вдвоём с Ильясом мы обследовали все окрестные заросшие стлаником сопки, болота и омуты с удивительными жуками-плавунцами на поверхности, озёра с чистейшей водой, в которых сновали мелкие юркие рыбки, называемые мальками, и просматривалось в мельчайших деталях дно. По-моему мальки водились даже в заполненных водой заброшенных шурфах.
Мы всегда заворожено наблюдали за этими поразительными живыми существами – редкими обитателями северных водоёмов. Возможно, эти рыбки называются гольянами или краснопёрками.

В отвалах возле речки мы иногда отлавливали крупного размера саранчу с красными ажурными крыльями. В болотистых местах водились крупные комары, которых мы почему-то называли малярийными и всегда опасались их укусов. Как говорится, всюду жизнь. Берега колымских озёр запомнились мелким песком тёмно-серого цвета. Кроме всего прочего, мы внимательно изучили любимую Чай-Урью, весной она была довольно опасна из-за бурного полноводного разлива, а также великое множество шурфов-цилиндров и отвалов-конусов, оставшихся после разведки и промывки золота. Весной верные друзья вырезали из коры деревьев лодочки, для устойчивости прикрепляли ко дну лезвия от бритвы, ставили бумажные паруса, опускали в ручей и бежали следом пока игрушечные суда не исчезали под ледяным настом. Захватывающее дух увлечение. Особенно ценными считались лодочки промышленного производства из цветной пластмассы – большая редкость и объект всеобщей зависти. Летом юные натуралисты ловили во влажной траве скользких холодных тритонов и сажали их в банку, заполненную водой и той же травой – чем не террариум?

Мы делали безуспешные попытки ловли рыбы при помощи «морды». Незамысловатая конструкция представляла собой неизменную стеклянную банку с закатанной металлической крышкой. Крышка была нарезана секторами, которые загибались внутрь ёмкости. Согласно гениальной мысли пожелавшего остаться неизвестным изобретателя чудо-снасти глупая рыба, заплывшая на приманку внутрь банки, обратно самостоятельно выбраться уже не могла, потому что её не выпустят острые вершины и края разрезанной крышки. Судя по нулевому улову, рыба в Галечной реке и в ближайших озёрах была умная. Говорят, что в Чай-Урье водится знаменитый хариус, отличающийся от своих сородичей красивым плавником-парусом. Если смотреть через плавник на солнце, то он переливается всеми цветами радуги. Любимым занятием у нас было кидать на зеркальную озёрную гладь «блинчики» - плоские круглые камни, которые эффектно скользили по водной поверхности и, потеряв скорость, медленно опускались на дно.

В летние солнечные дни при помощи увеличительного стекла мы с удовольствием выжигали на деревяшках разные слова или рисунки, мастерили послушные колымским ветрам флюгеры с деревянными пропеллерами. На сопках левой гряды мальчишки находили небольшие камешки белого цвета, стукали их друг о друга и высекали искры, темной ночью это было впечатляюще. Был случай, когда таким камнем я слегка повредил себе левый передний зуб, на котором на всю жизнь осталась еле заметная белая отметина. В отвалах верные друзья собирали минералы под благозвучным названием пирит с вкраплениями в виде кристаллов с плоскими гранями золотистого или серебристого цвета, несведущий человек запросто мог пирит спутать с золотом. А однажды на стадионе я нашел латунный патрон, тщательно закупоренный войлочным пыжом. Внутри патрона покоился золотой песок вперемежку с мелкими самородками, видать, какой-то старатель случайно обронил свой недельный, а то и месячный заработок. Находку я добровольно сдал отцу, который и оприходовал её по назначению.

Со стадионом связано ещё одно не очень приятное воспоминание. Однажды мальчишки возрастом постарше меня притащили на футбольное поле человеческий череп, нацепили его на палку и стали пугать своих малолетних подружек, которые с громкими воплями разбегались по сторонам. Не исключено, что неразумные дети невольно надругались над памятью какого-нибудь горемычного зэка с неприкаянной душой, наспех захороненного в казённой могиле за пределами прииска. Надеюсь, что Бог их простил.

С Ильясом мы мастерили дротики и луки, играли в индейцев в колымских «джунглях», плавили свинец, делали запруды на мелких ручейках, мастерили плоты, лазили по заброшенным и новеньким бункерам, миниатюрным огородным грядкам, кривобоким сараям и тёмным чердакам. Помню, на одном из огородов валялся пьяный в стельку мужик, мы начали приводить любителя Бахуса в чувство, поливая хмельное посиневшее лицо и штаны ниже пояса протухшей водой из бочки. Мужик открыл глаза и бессмысленно уставился на нас, потом он начал что-то бессвязно бормотать, не понимая, что с ним творится. В этот момент нас кто-то спугнул, и мы быстро скрылись из виду. В одном из чердаков частного дома мы наткнулись на целый ящик обыкновенного хозяйственного мыла, видимо, это был неприкосновенный запас чистоплотного хозяина, который заготовил его впрок, наверное, на случай ядерной войны, которой истерично пугала наивный народ "родная" партия и "двоюродное" правительство.

Ранней осенью, когда уже начала опадать листва с деревьев и чувствовалось деликатное покашливание зимы, мы жгли костры, грелись возле них и раскуривали какие-то трубчатые растения, получая удовольствие не от дыма в лёгких, а от кисловатого привкуса во рту. Был случай, когда, слоняясь без дела по свалке, мы с Ильясом услышали жалобное кошачье мяуканье, быстро пошли на эти звуки и вскоре обнаружили туго завязанный мешок, из которого и раздавался громкий и тоскливый кошачий плач. Друзья с возвышенным чувством совершения благородного поступка освободили из плена здорового голодного кота, который долго тёрся о наши ноги в знак благодарности за обретенную свободу и спасённую серую шкуру. Недаром говорят, что у этого доброго животного девять жизней. На вершине сопки правой гряды мы как-то наткнулись на кучу срубленного стланика, а когда его частично убрали, то обнаружили собачью лежанку. То есть на пушистых ветках было углубление, продавленное телом животного, и там же валялся ошейник. Эта находка нас сильно озадачила – было не понятно, для чего нужно городить это сооружение прямо на вершине сопки. То ли это был своего рода мавзолей для умершего пса, то ли временное пристанище для здравствующей собаки. Очередная загадка.

Как я уже говорил, в нескольких шагах от нашего дома (справа, если стоять спиной к трассе) была столовая, в которой обедали советские трудящиеся – строители коммунизма. Мы с Ильясом иногда с независимым видом захаживали туда и украдкой таскали со столов белый хлеб, оплаченный и оставленный усталыми едоками на тарелках. Вероятно, в пункте общественного питания этот продукт был значительно вкуснее, чем дома. Как-то с Ильясом произошел крайне тяжёлый несчастный случай в школе, на уроке физкультуры. Он держался одной рукой за стальную стойку гимнастических брусьев, а кто-то из школьников в это время по глупости открутил стопоры. В результате стойки резко обрушились вниз и сильно повредили моему другу кожу на пальцах, было очень много крови и шума. К счастью, эта травма не повлияла на его успеваемость – он так и остался лучшим учеником. У Ильяса была подписка на газету «Пионерская правда», я взял у него ряд номеров, в которых печаталась увлекательная приключенческая повесть об искателях золота южноамериканских инков. О доморощенных искателях мы и так всё знали. Из этих подростковых газет братья Ситдиковы мастерили пилотки и гордо носили их во дворе своего дома. Вскоре семья моего закадычного друга переехала в новый относительно благоустроенный двухэтажный многоквартирный дом. Когда родители Ильяса ушли на работу, он провел для меня день открытых дверей. В новой квартире было даже отдельное помещение для туалета! Очевидное – невероятное.

Наша одноклассница Казакова Таня считалась самой красивой, с аппетитной ямкой на подбородке и короткой «стильной» стрижкой. Трое верных друзей: Ильяс, Сазонов Ванька и я единогласно решили никому не давать Таню в обиду и заступаться за нее при любых обстоятельствах. Девочка об этом уговоре, разумеется, ничего не знала. По-моему, на нашу любимицу, к счастью, никто никогда и не покушался. По крайней мере, до моего отъезда с Колымы. Что касается тройственного союза, то мне иногда казалось, что Ваня и Ильяс больше предпочитали общаться без моего участия - всё-таки дети начальства. Вследствие этого в душе появилось какое-то недоброе чувство, сродни ревности, что ли. Но вскоре моя мнительность улетучилась, как сладкий приятный дым отечества и всё встало на свои места.

С Колькой Бугаёвым мы выпрямляли железные обручи от бочек и мастерили из них мечи, на которых истово рубились, произнося перед поединком как заклинание: «Мой меч - твоя голова с плеч!» Круглые днища от бочек использовались в качестве надёжных щитов. Зимой этими же мечами мы рыли длинные норы в плотном слое двухметрового снега, не замечая трескучего мороза. Однажды на этих проходческих работах я обморозил уши и уже дома, к моему изумлению, с побелевших мочек стали слезать тонкие кусочки кожи. С Колькой мы безнадежно пытались отлавливать ловких и элегантных белок необычного чёрного окраса, которые в случае опасности мгновенно перескакивали с одного дерева на другое. У Кольки был старший брат Мишка, с которым они мастерили хитроумные приспособления из подручных средств. Если кто-то посторонний открывал без спросу двери их сарая, то мог запросто получить по любопытной голове палкой, приводимой в движение простым, но надёжным механизмом, спроектированным малолетними кулибиными. Зимой в этом сарае Бугаёвы держали огромную полярную сову, которую с гордостью демонстрировали всем желающим. Мне запомнилось круглое плоское «лицо» птицы, пронзительные круглые глаза и чёрный закрученный клюв, которым она могла решительно воспользоваться, если кто-то из посетителей импровизированного «зоопарка» зазевается. Коля Бугаёв родился в 1957 году, умер в 1996 году, Мишка родился в 1955 году, умер в 2000 году.

Летом я зашел в гости к Витьке Масюку, сначала мы попытались безуспешно поймать во дворе мелкого полосатого бурундука, юркнувшего в наваленные кучей дрова. Существует предание или сказка о том, что чёрные полоски на спине у этого обаятельного грызуна –«колымского тигра» - оставил своей лапой бурый медведь. Затем от скуки добрые приятели разобрали на две части мелкокалиберную винтовку, принадлежащую отцу Витьки, каждый затолкал свою часть в штанину и в таком нелепом виде, прихрамывая, отправились через весь посёлок в отвалы. День был очень тёплый и солнечный, как следствие, быстро поднялось и наше настроение. В наличии было только два патрона, мы собрали ружье и произвели первый выстрел в одинокую подтаявшую в озере красивую льдину, как будто сложенную из тонких сталактитов, – никакого впечатления. Второй и последний выстрел был направлен в железную бочку из-под бензина или солидола, которая находилась от стрелков на приличном расстоянии. Мы всё-таки получили удовлетворение – маленькая свинцовая пуля оставила на бочке глубокую внушительную вмятину, так и не пробив ёмкость. После полевых учений мы вернулись назад таким же экстравагантным способом, а Витька положил винтовку на прежнее место.

Рикс Палыч - отец Соловьёвой Светы, с большим умением, любовью и знанием дела управлявший всем поселковым спортом и физкультурой, привёз однажды из командировки громадного краба зелёного цвета, наверняка, пойманного в Охотском море. Находчивая одноклассница принесла это чудовище в класс на всеобщее обозрение. Дух захватывало не только от вида этого уникального морского животного с огромными клешнями и панцирем, покрытым острыми шипами, но и от резкого малоприятного запаха, в первом приближении напоминавшего мочу. Однако, знание – сила.

После окончания первого или второго класса родители отправили меня в пионерский лагерь «Ясная Поляна», собрав маленький чемоданчик с вещами, называемый странным словом «балетка». Напоминаю, это было после «криминального» поджёга поселковой библиотеки. Кажется, вместе со мной отдыхал мой одноклассник Витька Дорохов. Лагерь находился в живописном лесистом местечке на берегу реки Берелёх под Сусуманом. Дети между собой необъективно и неблагодарно именовали лагерь «Тёмной Поляной». Слышал бы это Лев Николаевич. По дороге к месту отдыха на одной из остановок нам показали облезлого голодного медведя в клетке, на которого было жалко смотреть. Кто и с какой целью держал за решёткой мохнатого невольника, я не знаю. В лагере первое время я сильно скучал по родителям и скорее хотел вернуться домой и к своим дружкам, к тому же, сильно досаждали комары в палате. Заботливые родители периодически навещали свои любимые чада и привозили с собой разную вкусную снедь, впервые в жизни я любовался самыми настоящими ярко-красными помидорами, доставленными какому-то счастливчику. Прошло немного времени и я пообвык к новой обстановке вдали от дома, потому что в наивысшей степени был очарован сказочной таёжной природой, более внушительной и разнообразной, чем в посёлке. Из лагерных развлечений хорошо запомнились так называемые «гигантские шаги» из привязанных к ветвям деревьев верёвок, прощальный пионерский костёр, через который дети с удовольствием прыгали, а также песня, исполняемая хором с большим воодушевлением:

"Взвейтесь кострами синие ночи,
мы – пионеры дети рабочих.
Близится эра светлых годов,
клич пионеров – всегда будь готов!"

Всегда готов! Это - отзыв на призыв, если кто не знает. Самодеятельные артисты пионерского лагеря подготовили простенький незатейливый спектакль, в одной из сцен мать мыла сыну шею, а он, не желая принимать водные процедуры, капризно выговаривал ей.

- Не три так сильно – загар сотрёшь!

Ставшая классической фраза вызвала задорный смех и заметное оживление среди малолетних неискушённых зрителей. Мне сдаётся, что в главной роли выступал мой жизнерадостный одноклассник Витёк Дорохов.

Посредством всемогущего Интернета мне кое-что удалось узнать о судьбе некоторых из моих одноклассников. Ильяс Ситдиков - выпускник Казанского авиационного института, имеет сына, дочь и внука, построил дом и переселился в тихую сельскую местность под городом Ижевском. Его жену зовут Флюра. Улыбчивый Витя Дорохов вышел на пенсию и проживает в Берелёхе, его жену зовут Надежда, сына - Николаем, дочь - Анастасией. Татьяна Казакова работает главным экономистом или бухгалтером в старательской артели ООО «Чай-Юрья золото» на Большевике, имеет дочь. Тая Терёхина проживает в Севастополе, у неё также дочь. Ваня Сазонов и Игорь Сушинский выбрали военную карьеру. Сушинский окончил какое-то училище, стал морским пехотинцем и, по некоторым сведениям, даже воевал в Африке. Сазонов проживает в настоящее время в г. Львове. Сухачёв Витька живёт в столице края - замечательном городе Магадане. Кузнецов Игорь в молодом возрасте под пагубным воздействием алкоголя ушёл в тайгу и пропал, его так и не нашли. Говорят, что в таких случаях, а их немало в истории Колымы, редко кого находят - голодные волки уничтожат всё без остатка. Малаев Сашка там же на Колыме свёл счёты с жизнью - застрелился, его отчаянный поступок связан с любовной драмой, подробности которой не хочу приводить на этих страницах – слишком грустно, да и просто не этично. Помню, что у него был младший брат, которого он каким-то образом обидел, за что наша учительница публично пристыдила Сашку. Рубашенко Оля родилась в 1957 году, умерла от тяжёлой болезни в 1983 году, Ёрова Таня родилась в 1957 году, погибла вместе с сыном в ДТП в 2006 году.

Тёплым июльским или августовским вечером 1966 года, наполненным неимоверным количеством злобных комаров, от которых мальчишки спасались плотной дымовой завесой костра в районе стадиона, я вызвал своего соседа Живчика на дуэль - подраться из-за каких-то пустяков во дворе нашего дома. Он на поединок не явился. Мои секунданты засчитали ему «позорное» поражение. В настоящее время несостоявшийся дуэлянт «граф» Кривопалов проживает в городе Екатеринбурге, а благородный Сильвио, в моём лице, давно забыл о предмете спора двух малолетних колымчан.

А на следующее раннее утро мы с матерью и братом благополучно оставили Большевик и нашу любимую Колыму навсегда (я был одет в серый хлопчатобумажный костюм в мелкую полоску). От пункта отправления до пункта назначения нас добросовестно сопровождал один из приятелей моего отца по фамилии Нечипоренко. Отец уехал гораздо раньше с тем, чтобы подготовить для семьи новый жизненный плацдарм на материке. По дороге в аэропорт, закутанной предрассветным серым полумраком, запомнились какие-то строения, напоминающие коровники. Не знаю, может быть, в то время они действительно существовали в окрестностях районного центра. Из сусуманского аэропорта под названием Берелёх мы без приключений добрались до Магадана самолётом. В Магаданском аэропорту я нашел бумажный рубль и купил на эти деньги записную книжку. Пока мы летели из столицы колымского края в транзитный Красноярск, под белоснежным лайнером медленно проплывала унылая однообразная тундра, покрытая бесчисленными пятнами небольших голубых озёр, на которую я с большим интересом и упоением взирал через иллюминатор.

Причин для принятия решения об отъезде было несколько. Во-первых, уже не было хороших заработков, «в цилиндрах» уехали на материк более удачливые северяне, отец же покинул Колыму в видавшей виды кепке и с парой, вышедших из моды хромовых сапог. Во-вторых, тяжёлый климат высоких широт разрушительно действовал на здоровье, хотя в молодые годы это и не так заметно. В-третьих, для нормальной полноценной жизни была нужна надёжная крыша над головой и элементарные бытовые удобства впридачу. Бывших колымчан гостеприимно приютила на своей тёплой плодородной земле восточная Украина - Донбасс. Многолетняя одиссея нашей невезучей семьи в бесплодной погоне за «золотым руном» наконец-то закончилась, следующий отрезок жизни был тесно связан уже с «чёрным золотом».

Tags: Колыма
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments