Хозяин Синего Пламени. Александр Кинко. (2)

67830_1000.jpg

...Сусуманский район был образован в 1953 г. Добраться от районного центра - посёлка Сусуман - к Верхнему Беличану можно было по автодороге, проложенной перпендикулярно Колымской трассе в северном направлении, буду условно называть её на старинный лад большаком. Но прежде, само собой разумеется, необходимо осилить непростой путь от Магадана до Сусумана, покорив, в том числе крутой и небезопасный Бурхалинский перевал. Недалеко от перевала находится посёлок Бурхала, возможно, его название произошло от эвенского слова «буркатлан», то есть «кварцевый». Этот минерал на Колыме в избытке, он - один из вечных спутников золота. Прииск Бурхала был открыт в 1940 году.

Раньше популярный маршрут протяжённостью более 600 км легко преодолевался по воздуху на рейсовом самолёте, в настоящее же время ехать можно только наземным транспортом – автобусом, такси или попутной машиной в течение 12-15 часов утомительной, но, вместе с тем, увлекательной тряски. Для неравнодушных глаз приятна неброская и лаконичная эстетика северных пейзажей, поражающих своеобразными формами, контурами и полутонами. Особенно впечатляет картина, когда в полутьме вдали мерцают редкие и едва заметные точки электрического освещения при каком-то производстве - есть признаки человеческой жизни в этом бескрайнем просторе. Разумеется, сегодня для путешествия кто-то может заказать и вертолёт, если есть в этом необходимость и позволяют средства.

Параллельно большаку протекает довольно полноводная и сильная река Берелёх, распадающаяся на своём тернистом пути на множество рукавов самого необычного «покроя», которые плавно обтекают недолговечные старицы, перекаты и рукотворные островки по всему широкому руслу. Под рукотворными островками подразумеваются отвалы породы, образовавшиеся после перемещения вдоль и поперёк акватории реки неповоротливых и мощных драг, отнимающих у неё драгоценный металл объёмными черпаками. Эти отвалы, состоящие практически из гладкого камня, постепенно наперекор всему покрываются жидкой, но жизнестойкой растительностью, природа-мать не терпит пустоты даже в этих не самых благоприятных для возникновения новой жизни условиях.

Название родной для Сусуманского района реки Берелёх образовалось от якутского слова «береллээх», что означает «волчья», это связано с тем, что в долине этой водной артерии водилась масса дальних собачьих родственников, истошно воющих тёмными ночами с неведомой целью на разливающую бледный серебряный свет северную Луну. Берелёх является левым притоком реки Аян-Юрях. Кроме того, в Аян-Юрях впадает правым притоком неприметная и почти одноимённая речка Берелёх-Юрюе. Следует отметить интересную особенность, на топографических картах Колымы слово «река» имеет четыре различных написания, а именно: урья, юрех, юрях и юрюе. Очевидно, что звучат они практически одинаково, с небольшими вариациями. Кроме того, встречаются карты, в которых слово «берелёх» пишется с тремя буквами «ё», по одной в каждом слоге.

В Якутии (ныне республика Саха) также имеется река с названием Бёрёлёх, которая известна в учёном мире гигантским могильником самых разнообразных доисторических животных, в том числе своеобразных «малогабаритных» мамонтов. Останки доисторичной живности покоятся у подножия хребта Полоусного. Якутский родственник или тёзка колымского Берелёха является притоком могучей реки Индигирки, которую эвенки (не путайте с эвенами) называют «река Собачьего рода». Колымский Берелёх берёт начало на северо-западной границе Сусуманского района от внушительной горы Ненкат высотой 1844 м, расположенной на северной оконечности хребта Охандя (один из отрогов хребта Черского), и течёт небольшую дистанцию вдоль меридиана с координатой 147°, точнее, саму реку образуют две небольшие речки: Малый Мальдяк и Большой Мальдяк. На мой взгляд, эти речки можно с полным правом считать первоисточниками великой реки Колымы.

Имеются свидетельства того, что по Аян-Юряху в конце XVII века и в начале XVIII века сплавлялись отважные русские казаки, перевозившие с риском для жизни провиант и прочий груз на утлых лодках под названием кочи. Якутское слово «аян» означает «собака». Следовательно, Аян-Юрях приходится «пятой водой на киселе» по отношению к Индигирке. Имеется, правда, и второй вариант перевода, согласно ему «айан юрех» по-якутски означает «река, по которой пролегает дорога». Придётся выбрать тот вариант, который мне больше нравится. Сама долина Берелёха в народе зовётся Долиной Волков, а местные якуты именовали её Волчья Яма. Таким образом, Собачья река сливается с Волчьей, образуя беспородную полудикую помесь, и впадает в знаменитую Колыму-матушку, честь открытия которой принадлежит якутскому «служилому человеку» Михайло Стадухину в далёком 1644 году.

Стадухин упоминается в челобитных царю, которые представляют собой огромный интерес для любителей истории освоения Колымы.

7655 года. Из челобитной царю Алексею Михайловичу промышленного человека Ивана Федорова Казанца о своих службах на реках Лене, Колыме и Анадыре совместно с Семеном Дежневым и Михаилом Стадухиным*
ААН, фонд 21, кн. 31, № 67.

«Царю государю и великому князю Алексею Михайловичю всеа Русии бьет челом сирота твой государев промышленной человек Ивашко Федоров Казанец. В прошлом, государь, во 155 году Ленского острогу служилой человек Михайло Стадухин послан на твою государеву службу за Ковыму реку на новые захребетные реки для прииску новых неясашных людей, а с ним было послано жалованных служилых людей всего десять человек, и та твоя государева дальная (служба) на новых реках с теми служилыми людьми служить не с кем, что на тех реках многолюдное место. И я, сирота твой, бил челом тебе государю и челобитную подал на Лене реке служилому человеку Михаилу Стадухину, что служить с ним, Михаилом, твоя государева служба два года без твоего государева хлебного и денежного жалованья, своим ружьем и порохом, кабаля свою бедную голову великим долгом. И шел с ним, Михаилом, морем. И зимовал я, сирота твой, на Яне реке; хлебной запас и рыбной завод сети и пущальницы должился великим долгом... И перезимовав, тот служилой человек Михайло Стадухин с Яны реки для поспешенья пошел весною нартами на Индигирскую реку, а меня, сироту твоего, взял для твоих государевых всяких письмянных дел. И я, сирота твой, хлебной запас и лыжи, нарту и собаки и собачей корм покупал и должался, кабаля свою бедную голову великим долгом, и перешел на Индигирскую реку. А путного шествия было с Яны реки до Индигирской реки нартным путем семь недель. И пришед на Индигирскую реку, зделали коч. И пошел я, сирота твой, морем с ним, Михаилом, на Ковыму реку морем. И на Ковыме реке я, сирота твой, с ним, Михаилом, зимовал, хлебной запас покупал - пуд муки по пяти рублев и больше, и в поход на твою государеву службу на неясачных чухочьих людей ходил... И перезимовав на Ковыме реке, тот служилой человек Михайло Стадухин кочем по морю пошел на те новые реки, а меня, сироту твоего, взял с собою для твоих государевых письмянных всяких дел. И бежали мы от Ковымы реки морем семеры сутки парусом, не отпущая парус, а реки не дошли. И тот, государь, служилой человек Михайло Стадухин посылал меня, сироту твоего, с служилым человеком с Ываном Барановым в поход для языков. И шел я, сирота твой, возле моря двои сутки и дошли коряцких людей две юрты... и взяли языки, а служилому человеку к Михаилу Стадухину (привели). И в роспросе... языки ему, Михаилу, сказали, что де мы реки никакие блиско и далеко не знаем. И у него, Михаила, у служилых и у промышленных людей хлебных запасов не стало и рыбы добыть не мочи потому, что возле моря лежит Камень. И он, служилой человек Михайло Стадухин, не хотя поморить голодною смертью служилых и промышленных людей, воротился морем назад на Ковыму реку. И пришли на Ковыму реку с тем Михаилом зимовал, хлебные запасы и рыбные заводы покупал большею дорогою ценою, кабаля свою бедную голову великим долгом. И тот, государь, служилой человек Михайло Стадухин, с Ковымы реки пошел нартами на те новые захребетные реки, а меня, сироту твоего, взял с собою же для твоих государевых всяких письмянных дел и в том подъеме в хлебных запасех и рыбных заводов нарты и лыжи и собаки и всякой подъем должился великим долгом. И перешел я, сирота твой, с ним, Михаилом, на новую реку Анандырь. А с Ковымы реки до Анандырь реки нартным путем шел семь недель тундрами и через Камень бурным ветром. Судом божиим слепотою половину света божия не вижу, служа твою государеву всякую многую нартную пешую службу, стал увечен. И тот, государь, служилой человек Михайло Стадухин с Анандыри реки пошел на новую реку Пенжин и, видя меня бедного и увечна и должна, на Анандыре реке отпустил. И с тех мест служу я, сирота твой, на Анандыре реке Якуцкого острогу с служилым человеком с Семеном Дежневым и по се число всякую твою государеву царскую службу. И будучи на твоей государеве службе на Анандыре реке, покупаю пущальницу сеть по тритцати рублев, мот прядена по пяти рублев, холста аршин на пущальницы по два рубли, фунт пороху по шти рублев, фунт свинцу по рублю. И проведал я, сирота твой, с тем Семеном на море твою государеву дорогую узорочную казну, - кость рыбей зуб. И будучи на твоей государеве службе многие лета, обнищал и одолжал великим долгом, скитаюсь меж двор без твоего государева хлебного и денежного жалованья. Милосердный государь царь и великий князь Алексей Михайлович всеа Русии, пожалуй меня, сироту своего бедного, для моей службы и многие работы, будучи на твоей государеве службе, своим государевым царским жалованьем, чем тебе, праведному государю, христос бог известит, чтоб я, сирота твой государев, вконец не погиб и впредь бы мне, сироте твоему, твоей царской службы не отбыть. Царь государь, смилуйся, пожалуй.»

* Промышленный человек Иван Федоров Казанец поехал с Анадыря вместе с Семеном Дежневым в 1659 г. или в начале 1660 г., но по дороге на Лену умер.
Настоящая челобитная, очевидно, написана весной 1655 г., как и большинство челобитных, товарищей Дежнева. Во всяком случае, она списана Миллером со столбцов 1655 г.(ААН, Ф. 21, кн. 31).

1659 года после сентября 7. Из челобитной царю Алексею Михайловичу казачьего десятника Михаила Стадухина о своих службах на реках Лене, Оймеконе, Индигирке, Алазее, Колыме, Анадыре, Пенжине, Тауе и Охоте.*
РГАДА, Сибирский приказ, ст. 1567, лл. 204-207.

«Царю государю и великому князю Алексею Михайловичю всеа великия и малыя и белыя Росии самодержцу бьет челом холоп твой, дальной твоей государевы вотчины великой реки Лены, Якутцкого острогу десятничишко казачей Мишка Стадухин. В прошлом, государь, во 138 году послан я, холоп твой, из Енисейского острогу на твою государеву дальную службу на великую реку Лену с сыном боярским с Парфеном Ходыревым и с служилыми людьми... И в прошлом же, государь, во 141 году били челом блаженныя памяти отцу твоему государеву, великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Русии и подали челобитную мы, холопи твои, атаману Ивану Галкину с Посником Ивановым с товарищи - пятьнатцати человеки - из прибыли во сте соболях итти на твою государеву службу в новое место на Вилюй **... И с такова числа и по 168 год на Вилюе, в Среднем ясачном зимовье збираетца твоего государева ясаку под того аманата и с ыных аманатов и с их родов и с якутов больши двенатцати сороков соболей да лисиц красных больши полуторех сот по вся годы беспереводно и по нынешной 168 год. Да в прошлом же, государь, в 149 году стольник и воеводы Петр Петрович Головин с товарищи послали меня, холопа твоего, с служилыми людьми - четырнатцатью человеки - в новое место на Емокон к тунгуским людем и к якутам для твоего государева ясачного збору. И я, холоп твой, на Оемоконе с мемельских тунгусов и с якутов вновь взял твоего государева ясаку три сорока соболей. А на тое твою государеву службу поднимался я, холоп твой, на своих на дву лошадях. И те лошади покупаючи и подъем стал мне, холопу твоему, рублев в шестьдесят. Да мне ж, холопу твоему, с товарищи ведомо учинилось про новые реки про Индигирку и Ковыму реку. Зделав коч, поплыли вниз по Индигирке и морем дошел на Ковыму реку, и на Ковыме реке поставил ясачное зимовье с нагороднею...*** И по се число на той на Ковыме реке збираетца твой государев ясак немалой по вся годы безпереводно. И всего твоего государева ясаку на Ковыме реке по два годы с юкагирских людей вновь собрал я, холоп твой, восемь сороков соболей. А что я, холоп твой, на тое твою государеву дальную службу в новое место своим животом и оружьем и свинцом и порохом промышленых людей ссужал, и те промышленые люди за тот мой подъем платили мне, холопу твоему, собольми - четыре сорока. И как я, холоп твой, тое твою государеву ясачную соболиную казну восемь сороков в Якутцкой острог в твою государеву казну привез при воеводах при Васильи Никитиче Пушкине с товарищи, и мои соболи четыре сорока взяли в твою государеву казну неведомо за что. И в прошлом же, государь, во 155 году он же, воевода Василей Никитич Пушкин, с товарищи из Якутцкого острогу послал меня, холопа твоего, на твою государеву службу девятью человеки морем для проведыванья новых землиц за Ковыму реку и для приписку неясачных людей. И я, холоп твой, служил тебе, великому государю, и выслал в Якутцкой острог с Юрьем Селиверстовым для опыту в твою, государь, казну три кости рыбья зубу весом тритцать гривенок. Да я ж, холоп твой, был на Анандыре на новой реке и с Анандыря зимою перешел с товарищи своими на лыжах с нартами за Нос**** на Пенжину реку. А Пенжина, государь, река безлесная, а людей на ней живет много, род словут коряки. И с той реки перешел я, холоп твой, с товарищи своими на Изигу реку, а по Изиге реке живут многие коретцкие люди, а вверх Изиги туж реку зовут Чондоном, а живут ходынские мужики юкагири. И на той реке впредь будет тебе, великому государю, в ясачном зборе прибыль немалая. А мне, холопу твоему, з товарищи своими невеликими людьми твоего государева ясаку взять было с нех немочно. А с тое Изиги реки морем пришел я, холоп твой, в лотки на Дирямду реку и Товуем зовут ту ж реку... И с той реки для безлюдства сшел с достальными товарищи на Охоту реку Якутцково ж острогу к служилым людем... И на всех на тех реках служил я, холоп твой, тебе, великому государю, всякие твои государевы службы двенатцать годов без твоего государева денежного и хлебного жалованья и всякую нужу и бедность терпел и всякую скверность приимал, и душу свою сквернил... Милосердный государь царь и великий князь Алексей Михайлович всеа великия и малыя. и белыя Росии самодержец, пожалуй меня, холопа своего, в своей государеве дальной заочной вотчины на великой реке Лене за мое службишко, за кровь и за раны и за многое терпенье своим государевым прибавочным денежным и хлебным жалованьем, чем тебе, великому государю, бог известит. Царь государь, смилуйся.»

* Михаил Стадухин летом 1659 г. из Охотска прибыл в Якутск. Эта челобитная подана им в Якутскую съезжую избу, откуда она была препровождена в Сибирский приказ. О службах М. Стадухина см. примечания к док. 11, также отписку его о пребывании на реках Анадыре, Аклае, Изиге и Товуе (ДАИ, IV, № 47).

** О челобитной Посника Иванова и Михаила Стадухина имеется упоминание в отписке атамана Ивана Галкина, приказчика Ленского острога, енисейскому воеводе
(ААН, ф. 21, кн. 22, лл. 162-163).

*** Зимовье, которое поставил Стадухин в 1643 г., находилось ниже теперешнего Нижнеколымска, на месте современного населенного пункта Стадухино. Выбор места этого зимовья оказался неудачным, и в 1643 г. казаки выстроили новое зимовье с острожком при впадении Анюя в Колыму, нынешний Нижнеколымск.

**** «Перешел за Нос с Анандыря на Пенжину». Здесь Стадухин называет Носом, очевидно, Камчатский полуостров. О Камчатке Стадухин мог слышать от спутников Федота Алексеева, занесенных бурей на полуостров во время плавания С. И. Дежнева вдоль берегов Чукотского полуострова. Вероятнее всего, со слов Стадухина, проезжавшего в 1659 г. через Тобольск, тобольский воевода Петр Годунов нанес реку Камчатку на свой чертеж Сибирской земли 1667-68 гг. (Чертеж см. у
Л.С. Берга «Открытие Камчатки и экспедиции Беринга»).

Н. Кузнецов (начальник изыскательской партии, проводившей комплексные изыскания Колымской трассы в 1935 - 1937 гг.) в своей занимательной книге «Записки изыскателя» описывает долину Берелёха следующим образом.

"Мы едем вниз по совершенно неизвестной нам долине реки Сусуман. Общее впечатление такое, что нас здесь ожидает что-то новое. И действительно, мы ведь перевалили через главный горный хребет этого района и вышли в бассейн новых систем рек. Горы заметно снижались и переходили в невысокие сопки с пологими склонами. Менялись и грунтовые условия, появилось больше марей, вечная мерзлота охватывала и южные склоны сопок. Встречалось больше осыпей, голых скал, покрытых только мхом и лишайником. Исчезал стланик, лиственница становилась чахлой, тонкоствольной, чаще попадалась низкорослая карликовая берёза.

Конечно, этот переход совершался постепенно и заканчивался где-то значительно севернее. Долина, по которой мы ехали, была широкой и светлой. Верхняя терраса правого берега подходила прямо к руслу реки, и на ней большими пятнами лежали мари.
Через несколько дней путешествия окружавшие нас сопки стали быстро раздвигаться и постепенно совершенно исчезли. Мы увидали огромные заливные луга, покрытые густой сочной травой. Это была долина одной из больших рек края - реки Берелёх, в которую впадала река Сусуман и которую мы должны были пересечь трассой."

Мари – это заболоченные редкостойные лиственничные леса. В этой же книге имеется упоминание о первых коренных жителях района – якуте Николае и его жене Анчик.

"Перед нами было жилье какого-то местного жителя, очевидно якута, который поселился значительно выше по реке Берелёх, чем его сородичи. Из трубы шел дым - значит, хозяева находились дома. Открыв тяжелую дверь, сколоченную из грубых досок и обшитую с двух сторон оленьими шкурами, мы вошли в юрту. Небольших размеров окна, затянутые вместо стекла материей, слабо пропускали свет. В юрте был полумрак, и мы не сразу рассмотрели всех ее обитателей. А здесь находилась большая семья якута Николая Чагылганова, состоявшая из шестнадцати человек."

Жилище семьи Чагылгановых, предположительно, располагалось на месте посёлка Челбанья, удалённого от Сусумана в юго-западном направлении примерно на 9 км. Название посёлка происходит от эвенского слова «чалбанйа», что означает «берёзовая», «имеющая берёзы». Кроме всего прочего, Кузнецов мастерски описал трогательную историю любви четы Чагылгановых, полную нешуточных страстей, лишений и, в итоге, безоговорочной победы колымских влюблённых над недругами и невзгодами. Неожиданно поучительная и захватывающая история, хотя сюжет её довольно прост. И ещё один забавный эпизод, связанный с обычаями якутов. Когда начальник партии угостил гостеприимных хозяев водкой, то первым отпил половину кружки глава семьи Николай, половину оставшегося объёма алкоголя выпила его супруга, а затем остатки допили их малолетние дети, сохраняя священный принцип старшинства, также отхлёбывая ровно половину того, что оставалось от предыдущего близкого родственника.

Согласно информации, полученной известным первооткрывателем Северо-восточных земель Обручевым С.В., первые якуты появились в районе Верхней Колымы примерно в 30-х годах XIХ столетия. А коренными жителями края являются лесные юкагиры (одулы) - редкое и удивительное племя добродушных и весёлых людей, у которых была даже своя письменность, хотя и довольно примитивная. Представляет определённый интерес и тот факт, что реки Сусуман и Берелёх упоминал ещё в 1901 г. в своих дорожных записях колымский исправник Берёзкин Николай Михайлович во время путешествия от селения Ола через Сеймчан в Якутск. Он писал.

"Вдоль реки Кухуман дорога тянется на расстоянии вёрст сорок и приводит к реке Берелёх, на которой живёт поселившееся очень давно одно семейство оймяконских якутов. Этот пункт, служащий пристанищем для путников среди совершенно безлюдной местности, отстоит от урочища Таскан на расстоянии вёрст семидесяти..."

Не предков ли Николая Чагылганова упоминал Берёзкин?! В 30-е годы бывший исправник, числившийся лицом без определённых занятий, был репрессирован советской властью и, как следствие, трагически погиб, не понятно за что.

По большаку растянулись друг за другом замечательные посёлки: Берелёх, Новый, Беличан 2-й, Беличан (образован в 1950 г., в своё время это был прииск Экспериментальный), Широкий (образован в 1951 г.), Ударник (один из старейших приисков, основанный в 30-е годы) и Буркандья. Перед Буркандьёй дорога поднимается на завораживающий, гипнотизирующий первозданной красотой перевал Хатакчанский. Эвенское слово «кадыкчан» означает «маленькое ущелье», «теснина». Не могу сказать точно, одно и то же это слово или нет, но звучат они практически одинаково. Водители традиционно останавливаются на самой высокой точке перевала, чтобы перевести дух, насладится живописным полотном, созданным природой, собраться с мыслями и затем продолжить свой нелёгкий путь.

Колымский люд ласково называет Буркандью на свой манер Буркашкой. В этом посёлке когда-то жил талантливый спортсмен, а затем и тренер олимпийской сборной России по боксу в 2008 г. Александр Лебзяк. Я видел любопытную фотографию, на которой изображён Александр, приехав на побывку на ставшую второй родиной колымскую землю, он совершенно искренне и естественно целует её. Достойная всяческой похвалы сцена, красноречиво свидетельствующая о любовном и трепетном отношении этого уважаемого и сильного человека к незабвенному посёлку. Недаром пел легендарный чукча Кола Бельды в старой популярной песне: «Если ты полюбишь Север, не разлюбишь никогда».

Не следует, на мой взгляд, однозначно утверждать, что все люди, родившиеся и проживавшие на Колыме, отзываются об этом крае в превосходной степени. Отдельные личности, в том числе набившие оскомину лицедейством в бездарных телепередачах, вспоминают только крыс в подвалах и подъездах, а также хают своё тяжёлое детство, хотя оно было одинаковым у подавляющего большинства колымчан, будь то дети бывших заключённых, охранников или вольнонаёмных. Бог судья таким "мемуаристам". Могу сказать совершенно точно одно: тех, кто проклинает свою северную родину, на Колыме не жалуют, не любят и от души презирают.

Слово «бурканди» в переводе с эвенского языка означает «седой». По другой версии - это якутское слово и переводится, как «заливной берег или остров, покрытый лесом». Налицо мирный конфликт языков северных народностей, которые, в общем-то, никогда и не спорят о приоритетах в присвоении географических названий. Лавры Христофора Колумба им ни к чему. Примерно в 30 км от заброшенного посёлка Буркандья раньше находилось очень богатое месторождение золота под названием «Корба Перевальное». Прииск Буркандья был открыт в 1959 г.

Интересно происхождение слова «прииск», в старину по указанию царя снаряжались экспедиции «приискивать» (или «подыскивать», «искать») новые земли или полезные ископаемые. Когда первопроходцы находили то, что велено было найти, то и появлялся прииск - промышленный объект, связанный с добычей природных ресурсов. Глагол плавно перетёк в имя существительное.

На прилегающей к Буркандье территории разрабатывались самые глубокие золотые шахты на Колыме - до 200 м глубиной с наклонными стволами. Земная поверхность в пунктах добычи покрыта огромной массой породы, вынутой натруженной рукой человека из холодного безжизненного нутра земли вместе с неподдающимся коррозии стратегическим сырьём, имеющим очень высокую электропроводность среди металлов. Эвенское слово «корба» переводится, как «дикий олень-бык-производитель». Просто дикий олень - это «буюн». Опытные колымские горняки говорят, что в районе Корбы в сторону Якутии должны быть гигантские запасы золота, которые ещё ждут своего открытия. В этих чудесных местах некоторые очевидцы, кроме мерцающих неоновыми огнями лент северного сияния, наблюдали в непосредственной близости таинственные аномальные явления – ярко светящиеся и хаотично движущиеся неопознанные летающие объекты. По словам свидетелей, НЛО создают в душе одновременно восторженное и тревожное состояние, перерастающее в необъяснимый панический страх.

А в 20 км от Буркандьи, в противоположную сторону от Корбы, расположено живописнейшее, потрясающее воображение озеро Малык длиной около 11 км, оно находится на южной оконечности хребта Охандя, а его контур поразительно смахивает на своеобразный контур Италии, который, в свою очередь, ассоциируется с сапогом на высоком каблуке. Есть только один нюанс - Малык является зеркальным отражением Апеннинского полуострова. Сказочное озеро и ряд соседних с ним крупных водоёмов (Уи, Момонтай, Тобындя, Урультун и прочие) - это места паломничества местных жителей и редких любознательных гостей края - любителей восхитительной рыбалки, опасных путешествий и новых удивительных открытий. Слово «урультун» у эвенов означает «ремень для упаковки». Слово «тобындя», возможно, происходит от эвенского слова «тоб», которое означает «рыба» или «крупная мальма». И ещё, если я не ошибаюсь, слово "уи" у эвенов означает утверждение "да".

В прошлом на обильных ягельных пастбищах района Корба Перевальное паслись многочисленные стада домашних оленей, принадлежавших богатым эвенам, а в настоящее время здесь водятся большие популяции практически непуганых человеком диких животных, таких как бурые медведи, волки, росомахи, лисы, лоси, дикие олени, рыси, горные бараны, горностаи, зайцы, белки.

Говорят, что зимой в этих местах дуют самые лютые ветра на Колыме, которые как пушинку сносили с дороги движущийся снегоход. В случае беды даже самая тёплая одежда не даст в таких экстремальных условиях никаких шансов на спасение несчастному путнику, обречённому на замерзание - пронизывающий ветер продует насмерть. Подобные ветра в крае называют «свистунами»...

(продолжение следует)

Tags: