Норвежская полярная экспедиция (1893—1896) (1)

Отплытие «Фрама» из Бергена 2 июля 1893 года...
No-nb_bldsa_q3c002.jpg

Норвежская полярная экспедиция 1893—1896 годов на корабле «Фрам» преследовала цели исследования высоких широт Арктики и достижения географического Северного полюса. Руководитель и начальник экспедиции — Фритьоф Нансен. Экспедиция стала существенным прорывом в методах полярных исследований: впервые в мировой практике небольшая команда сознательно вморозила специально построенное экспедиционное судно в паковые льды с целью систематических комплексных исследований бассейна Северного Ледовитого океана. Нансеном и Ялмаром Йохансеном была предпринята попытка достижения Северного полюса на собачьих упряжках, в результате 6 апреля 1895 года они добрались до 86° 13.6’ с. ш., что было на тот момент абсолютным мировым рекордом. Первая полярная экспедиция XIX века, в ходе которой не было потеряно ни одного человека.

Цели и результаты
Нансен изначально считал, что крупных массивов суши в окрестностях Северного полюса нет. Главная цель экспедиции формулировалась им так:
Я думаю, однако, что достижение самого полюса имеет мало значения: мы отправляемся не для того, чтобы отыскать математическую точку, составляющую северный конец земной оси; достижение этой точки само по себе малоценно, но чтобы произвести наблюдения в обширной неисследованной части земного шара, окружающей полюс. Научный интерес этих наблюдений не уменьшится оттого, пройдёт ли наш путь через самый полюс или же на некотором расстоянии от него.
Экспедиция имела и политические цели: она финансировалась правительством Норвегии, состоявшей в 1814—1905 годах в унии со Швецией, и по условиям стортинга должна была иметь чисто норвежский национальный состав. Предполагавшиеся земли в районе Северного полюса должны были стать владениями Норвегии. Успех экспедиции вызвал сильный подъём национального самосознания. В научном отношении достижениями экспедиции явились открытие глубоководного полярного бассейна, являющегося северным продолжением Атлантического океана, и окончательное опровержение возможности существования северного полярного континента или крупного архипелага. Были проведены комплексные климатические, гляциологические и прочие измерения в течение трёх лет подряд. В ходе санного похода Нансена и Йохансена были уточнены северные границы архипелага Земля Франца-Иосифа, после обработки научных данных возникла новая научная дисциплина — физическая океанография. Нансен писал в предварительном отчёте об экспедиции:
Если следовать совету, подаваемому эскимосами, и пробираться с помощью каяков, саней и собак, то можно пройти значительные расстояния по таким областям, которые до сих пор считались очень труднодоступными. Таким образом можно путешествовать по плавучему льду даже в большом расстоянии от земли, даже когда лёд находится в движении, и я думаю, что именно этим способом нужно попытаться проникнуть в великую неисследованную область, лежащую между Северо-Американским арктическим архипелагом и полюсом.
Методы, опробованные Нансеном, использовались всеми последующими полярными экспедициями в течение трёх десятилетий. Спортивный рекорд Нансена и Йохансена продержался пять лет: 25 апреля 1900 года капитан Умберто Каньи из экспедиции герцога Абруццкого, базируясь на Земле Франца-Иосифа, достиг 86° 34’ с. ш., превысив показатели Нансена приблизительно на 21’ (то есть около 22 морских миль). Это было достигнуто ценой очень больших жертв — трое участников похода погибли. Северный полюс был покорён (по их собственным заявлениям): 21 апреля 1908 года Фредериком Куком, или 6 апреля 1909 года Робертом Пири со стороны Канадского Арктического архипелага.

Предыстория
В 1883—1884 годах на восточном побережье Гренландии были найдены остатки предметов неудачной экспедиции на корабле «Жаннетта» (англ. «USS Jeannette») под командованием лейтенанта американского флота Джорджа Де Лонга. Эта экспедиция потерпела крушение в 1881 году к северо-востоку от Новосибирских островов. Норвежский метеоролог профессор Х. Мон в 1884 году опубликовал статью, в которой проанализировал эти находки, подтвердил догадки Нансена о существовании трансполярного течения; статья Мона стала обоснованием идеи экспедиции к полюсу.
23-летний Нансен в тот период работал препаратором отдела зоологии Бергенского музея, готовясь к защите докторской диссертации. Он уже имел опыт полярных исследований: в 1882 году совершил плавание на судне тюленепромышленной компании «Викинг» среди льдов (в качестве биологической практики). В ходе плавания произошёл незапланированный 24-дневный дрейф у побережья Гренландии. Именно это путешествие и имело решающее значение для направления всей его последующей деятельности. Биограф Амундсена — Тур Буманн-Ларсен, сравнивая личности двух выдающихся норвежских полярников, отмечал, что «Слава отечества — краеугольный камень нансеновской вселенной, цель, которой призваны служить и землепроходческие, и научные достижения». В то же время ему не был чужд и сугубо спортивный азарт: Нансен неоднократно публично утверждал, что «единственной его любовью был Северный полюс».
Нансен понимал, что идея сознательно вморозить судно в лёд может исходить только от авторитетного полярного исследователя, и поставил перед собой в высшей степени крупную и трудную задачу — переход через всё ледяное плато Гренландии, от восточного берега острова до западного. Это вызвало бурную полемику в прессе: все предыдущие экспедиции начинались с обжитого западного берега. Кроме того, Нансен лишал себя путей к отступлению. Всего через четыре дня после защиты докторской диссертации (посвящённой строению клеточного аппарата нервной ткани) Нансен с пятью спутниками отправился в Гренландию. В их числе был Отто Свердруп. С 17 июля по 3 октября 1888 года члены экспедиции, таща всё снаряжение на санях (другой тягловой силы не было), преодолели ледяной щит Гренландии, пройдя около 500 км. Во время путешествия Нансен и его спутники вели метеорологические наблюдения и собирали научные материалы. Экспедиционеров после возвращения домой в 1889 году чествовала вся нация: теперь Нансен был готов объявить план новой полярной экспедиции.

Подготовка экспедиции
Экспедиция планировалась очень тщательно. Нансен говорил:
Так как она должна была продолжаться три года, то и подготовка к ней заняла не меньше времени, тогда как са́мый план был готов трижды тремя годами раньше.
План
18 февраля 1890 года Нансен выступил на заседании Географического общества Норвегии (доклад был опубликован в мартовской книжке журнала Naturen за 1891 год). В докладе он подробно анализировал причины неудач предыдущих арктических экспедиций и сообщал:
Бесполезно идти, как это делали прежние экспедиции, против течения, мы должны поискать, не найдётся ли течения попутного. Экспедиция «Жаннетты», по моему глубокому убеждению, единственная из всех была на верном пути, хотя случилось это не по её воле и желанию.
Нансен заявил, что предполагает существование морского трансполярного течения, проходящего от района Берингова пролива через околополюсное пространство в Гренландию. Согласно его расчётам, ледовые массы перемещаются от Новосибирских островов до Гренландии за 700 суток. Это означало, что возможно практическое использование течения. План Нансена был таков: построить судно возможно меньших размеров и возможно более прочное. Вместимость его должна предусматривать запасы провианта и угля для 12 человек на 5 лет вперёд. Для этого, согласно первоначальным расчётам, достаточно судна вместимостью 170 брутто-тонн с паровой машиной и скоростью 6 узлов на открытой воде с полным парусным вооружением. Самое важное в судне — его способность выдерживать давление льда. Для этого потребуется создать специальное судно с бортами округлой формы, чтобы давление льдов выжимало его на поверхность.
Первоначально Нансен предполагал идти через Берингов пролив, дабы побыстрее достичь Новосибирских островов. По прибытии на место предполагалось пройти как можно севернее по открытой воде, после чего пришвартоваться к льдине и предоставить льдам всё остальное. На случай, если случится несчастье, и придётся эвакуироваться, или, напротив, экспедиция будет вынесена к берегам неизвестной суши, Нансен намеревался использовать ездовых собак.
В Норвегии планы Нансена были безусловно поддержаны интеллектуалами и правительством. Новый доклад в Географическом обществе был прочитан им 28 сентября 1892 года. На докладе были представлены новые доказательства переноса во льдах сибирского леса и речного ила к побережью Гренландии. Надёжно идентифицировались и одноклеточные водоросли — диатомеи . К тому времени изменились планы: Нансен собирался идти Северо-восточным морским путём, поскольку в противном случае пришлось бы пересекать Средиземное море, Суэцкий канал, Индийский и Тихий океаны, направляясь к Берингову проливу. Вместимость «Фрама», после уточнения необходимого количества запасов, фактически составила 400 рег. т

Отношение в США и Великобритании
Совершенно иное отношение ждало Нансена за рубежом, особенно после доклада 14 ноября 1892 года в Королевском географическом обществе Великобритании. После доклада состоялись прения (материалы были опубликованы в The Geographical Journal 1893, Т. 1, С. 1—32), которые показали, что Нансен оказался в полном одиночестве.
Ещё в 1891 году на план Нансена обратил внимание ведущий американский полярник того времени Адольф Грили. Он доказывал безусловную ложность постулатов Нансена, предполагая, что вещи, найденные в 1884 году в Гренландии, не принадлежали Де Лонгу. По мнению Грили, Северный полюс недостижим, так как занят большим массивом суши, придавленной ледником, который и служит источником образования паковых льдов (в терминологии того времени палеокристического льда) . Равным образом он скептически отнёсся к проекту идеального ледового судна, назвав намерения Нансена «бессмысленным проектом самоубийства». Характерно, что американское общественное мнение было настроено к Нансену прямо противоположным образом, и репортёры «Нью-Йорк Таймс» не скрывали восторгов.
Дискуссия в Лондоне была намного напряжённее. Против Нансена выступили все авторитетные британские полярники, а адмирал сэр Леопольд Мак-Клинток заявил, что «это самый дерзновенный план, когда-либо доложенный Королевскому географическому обществу». Большинство критиков не ставили под сомнения теоретические аргументы Нансена, но заявляли, что практически реализация плана невозможна. Находке вещей с «Жаннетты» никто из диспутантов не придал большого значения.

Отношение в России
В России план Нансена сразу же встретил самое благожелательное отношение. По просьбе правительства Норвегии Министерство иностранных дел России снабдило Нансена «рекомендательным листом» наподобие того, который был выдан Норденшельду при плавании вдоль северных российских берегов, а российское Министерство внутренних дел оповестило прибрежные власти Архангельской и всех сибирских губерний об этой экспедиции и распорядилось оказывать ей всевозможную помощь. По просьбе Географического общества Главное гидрографическое управление прислало Нансену копии всех имеющихся в России карт полярных морей. Секретарь Географического общества А. В. Григорьев направил ему специальную записку-справочник, содержащую сведения обо всех населённых пунктах на северном побережье Сибири. Адмирал С. О. Макаров сообщил Нансену сведения о температурном режиме Берингова пролива и примыкающих частей Чукотского моря. Э. В. Толль лично в 1892 году совершил тяжелейшую поездку на Новосибирские острова, где заложил для Нансена три эвакуационных базы. Первая из них была в становище Дурново в лагуне Дурной на западе острова Котельный (75°37’ с. ш.), там был оставлен провиант на 8 дней для 12 человек. Этого было достаточно, чтобы преодолеть 100 км до базы в Урассалахе, где была изба, построенная Толлем ещё в 1886 году. Там были оставлены запасы на месяц. Третья база была оборудована на Малом Ляховском острове: запасы на 4 месяца должны были позволить без напряжения достигнуть материка. Толль же закупил для Нансена 40 остяцких и 26 якутских собак, которых должны были доставить к побережью Югорского шара и устья реки Оленёк.

Экспедиционное судно
Нансен с самого начала предполагал обратиться к Колину Арчеру — ведущему судостроителю Норвегии. Первое (очень осторожное) письмо Нансен отправил 6 марта 1890 года. Арчер долго колебался, контракт был подписан 9 июня 1891 года. Сильно повлияло на темп работ предложение королевской верфи в Хортене о поставке итальянского дуба, вылежавшего под крышей около 30 лет. Было предложено три проекта: Нансеном, Свердрупом и самим Арчером, которые согласовывались довольно долго. Закладка судна произошла на верфи Арчера в Ларвике 11 сентября 1891 года. Часть материалов пришлось заказывать в Германии, однако паровую машину сделали в Норвегии в фирме Akers Mekaniske Wærksted. Спуск на воду прошёл 26 октября 1892 года. Руководила церемонией Ева Нансен, она же окрестила судно «Фрамом» («Вперёд»). Достройка продолжалась до лета 1893 года.
«Фрам» имел характерную окраску: корпус от релингов до ледового пояса обшивки был белым, ниже ватерлинии — чёрным. Расположенная на палубе штурманская кабина была окрашена в ярко-красный цвет. Наблюдательная бочка (на грот-мачте на высоте 32 м от ватерлинии) была белой, мачты венчали позолоченные медные.
На «Фраме» было восемь шлюпок, в том числе два баркаса длиной в 8,8 м, имеющие палубы и оснащённые парусным вооружением. Они предназначались для продолжения дрейфа в случае гибели судна, поскольку могли вместить весь экипаж и большие запасы провианта и топлива. Имелись четыре китобойных вельбота длиной 6,3 м, два из дубовой древесины, два — из вязовой, а также прам и моторный катер. Последний принёс много хлопот и со временем был разобран, а его вязовые доски пошли на изготовление лыж и нарт. Баркасы располагались на главном трюмном люке, вельботы висели на шлюпбалках, моторный катер и прам были закреплены на палубе.
Эксплуатацию судна юридически осуществляла судоходная компания «Фрама», основанная Нансеном, в совет директоров входили Аксель Хейберг, предприниматель Томас Николай Фирнли и владелец пивоваренной компании Эллеф Рингнес

Финансирование
Первоначально Нансен заложил смету в 300 тыс. норвежских крон, включая сюда стоимость судна, снаряжения, жалованья команде и содержания семей членов экспедиции. Постановлением стортинга 30 июня 1890 года. Нансену было ассигновано 200 тыс. крон (105 263 рубля в пересчёте М. Вечеслова) с условием, что экспедиция будет иметь чисто норвежский национальный состав. На заседании стортинга были оживлённые прения по вопросу экспедиции Нансена, причём бюджетная комиссия высказалась против государственного финансирования. В результате субсидия была вынесена на голосование: 73 депутата высказались «за» и 39 «против».
Для покрытия оставшихся расходов в январе 1891 года была открыта национальная подписка, которую начал пожертвованием в 20 тыс. крон король Швеции и Норвегии Оскар II. Нансен по возможности избегал зарубежной финансовой поддержки, опасаясь общественного мнения, однако шведский коммерсант Оскар Диксон поставил электрооборудование для «Фрама», а барон Эдуард фон Толль в России обязался поставить Нансену ездовых собак и оборудовать эвакуационные базы на Новосибирских островах. Королевское географическое общество Британии прислало 300 фунтов стерлингов. В связи с перерасходом средств при строительстве судна (всего 117 тыс. крон), 9 июня 1893 года (за две недели до отплытия) стортинг ассигновал дополнительно 80 тыс. крон для покрытия недостач. Прочие расходы покрыли из собственных средств Нансен, Аксель Хейберг и британский предприниматель Чарльз Дик. Все расходы составили 445 тыс. крон (234 000 рублей), при этом стоимость «Фрама» составила 61 %, снаряжения и научных приборов — 16 %.

Команда
No-nb_bldsa_k3c002.jpg
Ещё в Гренландии Нансен убедился в преимуществе маленькой команды из профессионалов, в которой каждый несёт равную долю работы. Общее число заявок на участие в экспедицию превысило 600, Нансен отобрал из них только 12 человек (включая себя). Одним из соискателей был известный английский полярный исследователь Фредерик Джексон, подавший заявку ещё в 1890 году, но ему было отказано из-за происхождения, поскольку экспедиция предполагалась национальной — норвежской. Все отобранные прошли тщательное медицинское обследование, в результате за все три года экспедиции ни один член команды не испытал серьёзных заболеваний (не считая ревматизма Нансена, гастрита у Свердрупа и т. п.).

В экспедиции участвовали:
1.Фритьоф Нансен (норв. Fridtjof Nansen), доктор зоологии — начальник экспедиции, зоолог, гидролог и океанолог.
2.Отто Нейман Свердруп (норв. Otto Neumann Sverdrup) — командир «Фрама», исполняющий обязанности начальника экспедиции с 14 марта 1895 года.
3.Сигурд Скотт-Хансен (норв. Sigurd Scott Hansen) — помощник командира, младший лейтенант ВМФ Норвегии. В экспедиции был главным метеорологом, астрономом и специалистом по магнитным и гравитационным исследованиям. Заявку на участие подал в третий день Рождества 1890 года и был немедленно зачислен в состав экспедиции.
4.Хенрик Греве Блессинг (норв. Henrik Greve Blessing), кандидат медицины — врач, ветеринар и ботаник экспедиции. Окончил университет Кристиании за несколько недель до отплытия «Фрама» в 1893 году.
5.Теодор Клаудиус Якобсен (норв. Theodor Claudius Jacobsen) — штурман «Фрама». Штурман норвежского и новозеландского флотов.
6.Антон Амундсен (норв. Anton Amundsen) — старший машинист «Фрама». Машинист ВМФ Норвегии, где прослужил 25 лет. Самый старший участник экспедиции (родился в 1853 году), в своей заявке на участие 1890 года он уменьшил себе возраст, чтобы увеличить шансы на участие. В 1893 году ВМФ предоставил ему четырёхлетний отпуск с сохранением жалованья, чтобы он смог принять участие в экспедиции.
7.Адольф Юэлл (норв. Adolf Juell) — провиантмейстер и кок экспедиции. С 1879 года служил штурманом норвежского флота.
8.Ларс Петерссен (норв. Lars Pettersen) — второй машинист и кузнец экспедиции. Служил в норвежском флоте. С 1895 года исполнял также обязанности кока и метеоролога. Уже на борту выяснилось, что он швед по национальности (подлинная фамилия — Петерссон), выдававший себя за норвежца, чтобы принять участие в экспедиции. В книге Нансена указано, что его родители — норвежцы, живущие в Швеции, хотя они были шведами.
9.Фредерик Ялмар Йохансен (норв. Fredrik Hjalmar Johansen) — кочегар и метеоролог. Лейтенант запаса норвежской армии. Согласился идти кочегаром за неимением другой вакансии.
10.Педер Леонар Хендриксен (норв. Peder Hendriksen) — матрос и гарпунщик. Шкипер норвежского флота, позднее принял участие в экспедиции Свердрупа в 1898—1902 годов.
11.Бернар Нурдал (норв. Bernhard Nordahl) — кочегар, электрик и матрос. Исполнял также обязанности метеоролога. Унтер-офицер норвежского ВМФ.
12.Ивар Отто Иргенс Мугста (норв. Ivar Otto Irgens Mogstad) — матрос, каюр и часовщик. До экспедиции сменил множество профессий, включая лесника и надзирателя психиатрической лечебницы.
13.Бернт Бентсен (норв. Bernt Bentzen) — матрос. С 1890 года служил штурманом арктического промыслового флота Норвегии. Вошёл в состав экспедиции за полтора часа до отплытия из Тромсё как временный член команды, предполагая идти только до Югорского Шара, но остался до конца[47].

До Югорского Шара экспедицию сопровождал личный секретарь Нансена Оле Кристо́ферсен.
Большинство членов команды были профессиональными моряками и военными с большим опытом работы в командном составе. Поэтому на «Фраме» не было чёткой границы между офицерским и рядовым составом, все питались за общим столом и жили в одном помещении. Каждый член команды заключил с Нансеном индивидуальный контракт, в который, помимо служебных и финансовых пунктов, была включена декларация лояльности:
Я торжественно клянусь достоинством своим и честью в течение всего предстоящего рейса беспрекословно во всём повиноваться начальнику экспедиции и остальным начальникам и пунктуально исполнять все данные мне приказы, равно как неустанным своим прилежанием и упорным трудом всячески содействовать достижению успеха.

(продолжение следует)

Tags:
Двухтомник "Фрам в полярном море", издательство Главсевморпути — любимое чтиво лет в 13-14.
Зимовка Нансена и Иогансена до сих пор поражает мое воображение.
Нансен был самым основательным из всех полярных путешественников.
Поэтому прожил долго и счастливо...:)
Иногда мне кажется, что он задобрил судьбу тем, что никогда не парился вопросами приоритетов и формальных достижений.