odynokiy (odynokiy) wrote,
odynokiy
odynokiy

Наказная память сыну боярскому Федору Пущину...

1658 июля 31. — Наказная память сыну боярскому Федору Пущину, о приеме от Ерофея Хабарова оставленных им на Даурском волоке вещей и припасов и об отвозе их в Даурию, для передачи воеводе Афанасью Пашкову.

Лета 7166, июля в 31 день, по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, указу и по приказу столника и воеводы Михаила Семеновича Лодыженского да дьяка Федора Тонково, память Якутцкого острогу сыну боярскому Федору Пущину. В нынешнем во 166 году, государя царевича и великого князя Алексея Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии, в грамоте к столнику и воеводе к Михаилу Семеновичю Лодыженскому да дьяку Федору Тонково писано: в прошлом во 160 году, по указу отца его государева великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, послан был для государева дела в Сибирь в Даурскую землю Дмитрей Зиновьев, а с ним служилых людей 150 человек, да с ним же Дмитреем послано было из Тоболска 50 пуд пороху, свинцу тож; и Дмитрей Зиновьев приехал из Даурской земли к великому государю к Москве, и в Сибирском Приказе, боярину князю Алексею Никитичю Трубецкому да диаку Григорью Протопопову, в роспросе ска-[145]зал: которой де порох и свинец послан был с ним, из Тоболска в Даурскую землю, и он де Дмитрей того пороху и свинцу оставил в Тугирском остроге пудов с 80, а хоронил де тот порох и свинец на Даурском волоку в землю Ярко Хабаров; да и Ярко Хабаров сказал тож: что де он на Даурском волоку у Дмитрея Зиновьева Тоболской присылки порох и свинец взяв в землю хоронил, да что де и ему Ярку дано было в цену в Якутцком остроге кос и серпов, и укладу и железа, и он Ярко те косы и серпы и железо и уклад схоронил тут же на Тугирском волоку; и государь царевичь и великий князь Алексей Алексеевичь, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии, указал тот порох и свинец, и косы и серпы, и железо и уклад, сыскав на Тугирском волоку, Ярку Хабарову отослать в Даурскую землю, с Якутцкими и Илимского острогу служилыми людми и с промышлеными, к воеводе Афанасью Пашкову для Даурских росходов, а Ярко Хабаров отпущен с Москвы в, Илимской острог; и столнику б и воеводе Михайлу Семеновичю да диаку Федору Тонково, как Ярко Хабаров в Сибирь на Лену приедет, сослався стряпчим и воеводою Петром Бунаковым послать из Якутцкого острогу служилых людей, посколку человек пригоже, кем бы тот порох и свинец, косы и серпы, железо и уклад через Даурской волок на Шилку перевезти было мочно;

да и Ярка Хабарова, с теми служивыми и с промышлеными людми, в Тугирской острог послать велено, и ему Ярку тот порох и свинец, и косы и серпы, и железо и уклад, что он на Тугирском волоку в землю хоронил, сыскав отдать Якутцким и Илимского острогу служилым людем, которые для того посланы будут, отдать сполна, да как Ярко Хабаров тот порох и свинец, косы и серпы, и железо и уклад . . . . Якутцким и Илимским служилым людем отвезти в Дауры на Шилку реку и отдать воеводе Афанасью Пашкову, для тамошних Даурских росходов. — И по государеву царевичеву и великого князя Алексея Алексеевича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии, указу и по грамоте, для того дела из Якутцкого послан ты, Федор, с Якутцкими служилыми людми; а служилых людей с ним послано 30 человек, а кто имяны с ним Федором посланы, . . . . . под сею наказною памятью. И ему Федору с служилыми людми ехать из Якутцкого в Илимской острог, а приехав в Илимской . . . . . тебе в Илимском стряпчему и воеводе Петру Бунакову, чтоб он Петр Ярка Хабарова и Илимских служивых людей с тобою Федором нынешняго лета , или будет как Бог даст весной 167 году, дав тебе и Якутцким служилым людем суды, на чем бы вам до Тугирского волоку мочно было поднятца, и на те суда, на которых тебе Федору с ними служилыми людми плыть, две бечевы добрых в зачот в тех бечев место, которые он Петр взял из государевых присылных бечев Якутцкого острогу, и дав тебе Федору и Якутцким служилым людем государева хлебного жалованья по окладом вашим против росписи сполна, какова роспись послана к нему Петру под отпискою и какова роспись под сею наказною памятью за рукою дьяка Федора Тонково, велел отпустить под Тугирской волок, по государеву указу, без задержанья по первой полой воде ; а в котором месяце и числе его Федора и Якутцких и Илимских служивых людей и с тобою Федором Ярка стряпчей Петр Бунаков отпустит под Тугирской волок, и ему Федору для ведома отписать в Якутцкой к столнику и воеводе Михайлу Семеновичю Лодыженскому да к дьяку Федору Тонково, а самому ему с служилыми людми ехать на государеву служ-[146]бу Леною рекою вниз, а Олекмою вверх до Тугирского волоку наспех, днем и ночью не мешкав нигде ни часу. И пришед под Тугирской волок, как Ярко Хабаров тот порох и свинец, и косы и серпы, и железо и уклад на Тугирском волоку сыскав отдаст тебе Федору: и тебе б с ним Ярком росписаться, и росписався отпустить его Ярка в Илимской острог, а самому тебе Федору, и со всеми Якутцкими и Илимскими служилыми людми, взяв тот порох и свинец, и косы и серпы, и железо и уклад отвезти в Дауры на Шилку реку к воеводе Афанасью Пашкову. А пришед к Афанасью, отписку подать, а порох и свинец перевезя отдать ему ж Афанасью для тамошних Даурских росходов, а у него Афанасья взять отписку, а отдав все ехать тебе Федору со всеми служилыми людми в Якутцкой острог. А приехав в Якутцкой острог, отписку подать в приказной избе столнику и воеводе Михайлу Семеновичю Лодыженскому да дьяку Федору Тонкову. А будет Ярко во 167 году под Тугирской волок . . . . . , и тебе бы
Федору говорить стряпчему и воеводе Петру Бунакову, чтоб он Петр того Ярка выслал скорее, для того что у Афанасья Пашкова опричь того пороху и свинцу, которой порох и свинец Дмитрей Зиновьев и Ярко Хабаров сказали на Тугирском волоку, присылного пороху и свинцу не будет, и у него Афонасья за пороховою и свинцовою казною государеву делу будет чинитца поруха; а будет он Петр его Ярка на тое государеву службу во 167 году с тобою в неволю не вышлет . . . . . у стряпчего и
воеводы у Петра Бунакова, для чего он Петр Ярка Хабарова под Тугирской волок из Илимского волоку не послал с детьми боярскими и с служилыми людми, которые с тобою для того посланы, ехать тебе в Якутцкой . . . . . А будет за коими мерами Ярко Хабаров пороху и свинцу, и кос и серпов не сыщет: и тебе Федору взять и держать его Ярка от весны за крепкими приставы в железах, а самому б тебе Федору с служивыми итти, через Тугирской волок, с великим береженьем, чтоб он Ярко дорогою на Тугирском волоку и в Даурах куда б не ушел или б над собою дурна какого не учинил. И перешед проведывать про Афанасья Пашкова, где он ныне, а проведав подать ему отписки, которые с ним Федором посланы к Афанасью Пашкову о пороховой и свинцовой казне, а про казну Афанасью сказать, что де тое казны. . . . а будет. . . . из Илимского острогу . . . . . . . И как он Федор с служилыми людми Леною и Олекмою идучи, будет мешкотно идти, или учнет торговых и промышленых людей грабить или чем теснить, или ино что учнет чинить не по сей наказной памяти, а после про то сыщетца: и ему Федору и служилым людем за то, по государеву указу, быть в жестоком наказанье; а меж служилыми людми тебе Федору, которые с тобою ныне посланы будут, управа чинить и смотря по вине бить батоги нещадно. Да ему ж Федору, идучи вверх Леною рекою до усть Куты, в дороге беглых и без проезжих служилых и всяких чинов людей и иноземцов, никаких беглых, на суда к себе отнюд не принимать и в Илимской острог не свозить; а кто будет таких беглых ему Федору объявится в дороге, или на усть Куты, и ему Федору и служилым людем таких, откуды пригоже, присылать в Якутцкой острог, к столнику и воеводе Михайлу Лодыженскому да дияку Федору Тонково; а будет он Федор каких беглых к себе на суды принимать, и в Илимской острог с собою свезет, или на усть Куты кого такого беглеца найдет, а он Федор таких воров поимав в Якутцкой не пришлет, и ему за то быть в жестоком нака-[147]занье без пощады, да на нем же и на служилых людех тем людем, у кого что те беглецы снесут, велят тот снос доправить, безо всякие поноровки; да из Илимского острогу идучи, потомуж беглых и без проезжих не свозить же, а будет свезут, и ему быть потомуж в жестоком наказанье; да ему ж Федору смотреть и беречь накрепко, чтоб Якутцкие служилые люди таких беглецов также никого к себе не принимали; а будет кто объявит на Илиме из Якутцкого беглецы, и ему про то объявлять на Илиме стряпчему и воеводе Петру Бунакову, и говорить ему Петру, чтоб он Петр таких воров переимав велел потомуж свезти с собою в Якутцкой острог, для того чтоб впредь отнюд из Якутцкого никто без отпуску не бегали.
Служилых людей с сыном боярским Федором Пущиным под Тугирской волок . . . . . : десятники Андрюшка Щербак, Баженко Федоров, рядовые Кузко Чюриков с товарищи 27 человек.

Из рукописи под заглавием: Списки Якутской Архивы (часть 2, в лист, на 344 л.), писанной с подлинных столбцев для академика Миллера, во время путешествия его по Сибири. — Принадлежит Императорской Академии Наук.

Воспроизводится по:
Дополнения к актам историческим, т. IV. М., 1852, № 53 с. 144 — 147.

Tags: Сибирь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments