odynokiy (odynokiy) wrote,
odynokiy
odynokiy

Category:

Арктические тени Третьего рейха...(36)

318-319.jpg

Загадки ангаров на Северной Земле
Сегодня нет сомнения, что нацисты крайне активно использовали Берег Харитона Лаптева и соседние с ним арктические острова. Правда, из-за вывоза из новой России в ФРГ так называемого «Арктического архива Третьего рейха», то есть — огромного количества (несколько вагонов. — Авт.) документов, собранных в СССР после окончания Второй мировой войны, сегодня крайне сложно подтвердить эти данные документально. Что, в свою очередь, у отдельных ветеранов вызывает определенные сомнения. А порой возмущение!
Но, к счастью, сохранились книги таких знаменитых советских историков Арктики, как Михаил Белов и Иосиф Сендик, правдиво (даже в условиях жесткой цензуры. — Авт.) рассказавшие о появлении нацистов на Севморпути и создании ими здесь тайных баз, которые ни у кого не вызывают сомнения. Они же остаются прекрасным подтверждением к рассказам ветеранов-полярников, ледовых капитанов и военных моряков, которые после выхода в отставку более охотно рассказывают об увиденном в прежние годы.
И однажды один из них рассказал о неожиданной находке на острове Капля, который входит в состав островов архипелага Северная Земля. Версия анализа рассказанного предлагается для вашего ознакомления.
Даже с началом Великой Отечественной войны отследить врага в Арктике советским постам было весьма сложно, так как только после 22 июня 1941 года Система наблюдения и связи (НиС) Северного флота стала наращивать количество постов. С 1941 по 1944 год в западном секторе Арктики было открыто 115 штатных и более 450 нештатных постов наблюдения. Но и в этом случае обеспеченность наблюдения была удовлетворительной лишь в районах Главной базы СФ и Горла Белого моря. Чем дальше на восток, тем дела обстояли много хуже. И что говорить о Карском море или о море Лаптевых. Как уже упоминалось ранее, на участке от Канина Носа до острова Вайгач на 30 миль побережья приходился только 1 пост. А на Новой Земле такому же посту нарезалось 380 миль ответственности. Об архипелаге Северная Земля речь просто не шла!

Стоит ли удивляться тому, что после уяснения летом 1942 года наших реальных возможностей в западной Арктике нацисты направили сюда свои подводные лодки. Причем не только для ведения боевых действий на трассе Севморпути. Удивительно иное: чрезвычайная уверенность фашистов, которые, как выяснилось, задолго до начала Второй мировой войны стали готовиться к походам в советскую Арктику. Война показала, что они хорошо подготовились к плаваниям в Карском море. И даже — …в море Лаптевых.

Особый интерес вызывает опорный пункт, куда должна была зайти U534, то есть некая база нацистов на одном из островов Северной Земли. К началу Великой Отечественной войны этот удаленный арктический архипелаг, находившийся в глубоком тылу Советского Союза, имел весьма любопытную историю, которая самым непосредственным образом повлияла на появление здесь нацистов.

Северная Земля лежит на границе морей Карского и Лаптевых и отделена от материка широким проливом Вилькицкого. В состав архипелага входят 5 крупных и высоких островов Большевик, Октябрьской Революции, Комсомолец, Пионер и Шмидта, а также множество прилегающих к ним более мелких островов. Наибольшая группа мелких островов, называемая архипелагом Седова, расположена у западного берега острова Октябрьской Революции. Между островами Северная Земля пролегают проливы Шокальского и Красной Армии, ведущие из Карского моря в море Лаптевых и обратно. А также пролив Белоброва, по которому суда могут выйти в Центральный Арктический бассейн.

Существование здесь земли предсказал известный русский географ и геолог князь Петр Кропоткин. В 1870 году он составил проект экспедиции, которая не состоялась только из-за отсутствия финансовых средств. Однако через восемь лет, 14 августа 1878 года, у мыса Челюскина (центральная часть пролива Вилькицкого. — Авт.) бросила якорь зверобойная шхуна «Вега», на борту которой находилась экспедиция Адольфа Э. Норденшельда. Эту экспедицию для поисков северо-восточного (сибирского) прохода в Тихий океан снарядили русские промышленники Михаил Сидоров и Александр Сибиряков. В проекте участвовал шведский купец Оскар Диксон, а за его спиной стоял… шведский король Оскар II.

Шведские путешественники, проводя астрономические наблюдения, находились в районе мыса целую неделю. В последующем отчете о плавании «Беги» Норденшельд записал, что увидел большую стаю гусей, «которая летела на юг, по-видимому, с полярной земли, расположенной к северу от /лыса Челюскина». Но самой земли он так и не обнаружил Первым, кто реально увидел острова будущей Северной Земли, стали полярники экспедиции Бориса Вилькицкого, которые 3 сентября 1913 года пришли сюда на ледокольных пароходах «Вайгач» и «Таймыр».

На следующий день русские моряки высадились на здешний безымянный мыс (позднее назван мыс Берга) и стали первыми людьми, ставшими на архипелаг твердой ногой. Здесь был поднят русский флаг, а открытая земля была объявлена частью России.

После того как в 1914 году экспедиция Б. Вилькицкого приближенно нанесла на карты восточные и южные берега Северной Земли, почти 20 лет архипелаг никто не посещал. Только в 1930 году на небольшой остров, лежащий у западного побережья Северной Земли (будущий остров Домашний), с исследовательскими целями высадилась группа под руководством Георгия Ушакова. Во время зимовки советские полярники обнаружили, что ранее залив Шокальского на самом деле является проливом, а на одном из его мысов (назван Оловянным. — Авт.) полярники Ушакова нашли признаки оловорудного месторождения.

Берега островов Северная Земля весьма разнообразны по своему строению. В северной части острова Комсомолец берега низкие, на острове Октябрьской Революции они оканчиваются огромными скалистыми обрывами. Со стороны Карского моря в берега Северной Земли вдается ряд заливов.

Последнюю предвоенную смену полярников под руководством Б. Харитановича на Домашний доставили в сентябре 1938 года, где они незамедлительно приступили к проведению гидрометеонаблюдений. Причем Хаританович по собственной инициативе занялся еще и изучением дрейфа льдов. На эту мысль его натолкнула случайная находка, сделанная весной 1939 года.

В тот день на берегу соседнего с Домашним острова Голомянный он обнаружил 2 буя: один из буев был алюминиевым с едва заметной надписью латинскими буквами, другой — стеклянным с небольшим якорьком Сочтя, что это рыбацкие буйки, случайно занесенные сюда из Баренцева моря, Хаританович решил начать наблюдения с помощью самодельных деревянных буйков. Но при этом он почему-то не обратил внимания на небольшой сборный домик, который был сооружен некими строителями на узком мысу. И как раз… совсем недалеко от места находки шаров. Меж тем остров Голомянный — это сравнительно небольшое плато длиной 6 километров и шириной до 2-х километров, которое пересечено неглубокими низинами с равномерными пологими уклонами. При этом сам остров соединен с островом Средний песчано-галечной косой и как бы является его мысом. Хотя, быть может, он и сообщил об этом домике на Диксон, но в отчете за экспедицию следов этого донесения найти не удалось. А между тем за то, что подобное донесение могло быть, говорит тот факт, что когда в 1954 году на Голомянный высадились советские полярники для создания здесь полярной станции, то они не только обосновались изначально именно на узком мысу, но и в дальнейшем построили здесь свою станцию. Информация о дальнейшей работе экспедиции Харитановича не слишком ясна и сегодня.

В официальных документах указано, что на острове Домашний полярники этой экспедиции работали до лета 1942 года, а затем были вывезены на Большую Землю. Но, во-первых, обычно полярные экспедиции работали на своих станциях не более года, в исключительных случаях — до двух лет. Здесь же экспедиция Харитановича работала 4 года. И это уже запредельный срок пребывания полярной экспедиции. Во-вторых, кто снял полярников и доставил сюда новую смену? Дело в том, что ледокольный пароход «А. Сибиряков», который должен был доставить новую смену полярников на Северную Землю, был потоплен в неравном бою с фашистским броненосцем «Адмирал Шеер», и новая смена зимовщиков под руководством Анатолия Шаршавина попала в плен к нацистам. Ну и главное!

В книге «Моря советской Арктики» известнейшего историка советской Арктики Владимира Визе рассказано, что «В конце 1938 года "Садко" доставил сюда (на остров Домашний. — Авт.) трех полярников: радиста и метеоролога Б.Г. Харитановича, его жену, ученика механика И. Андреева и… двухмесячного ребенка — Роальда Харитановича». Так может, поэтому Хаританович и «не заметил» чужую постройку на острове Голомянный? Ведь, по воспоминаниям одного из матросов с гидрографического бота «Мурманец», летом 1939 года 3 исследователя, говорившие между собой на немецком языке, были высажены где-то в районе острова Домашний. Может, кто-то еще расскажет о судьбе семьи Харитановичей или бывшего ученика механика Андреева?

На мыс Оловянный полярная смена под руководством Анатолия Золотова, через три года погибшего на «А Сибирякове», высадилась весной 1939 года и работала здесь до августа 1940 года.

Самой неудачной полярной станцией на Северной Земле оказалась метеостанция на мысе Молотова (81 град. 16 мин. сев. ш., 95 град. 42,8 мин. вост. д). Зимовочная группа под руководством Б. Кремера была высажена на североземельский мыс с самолета 9 мая 1941 года. В составе доставленных экспедиционных грузов был небольшой домик-времянка, шестимесячный запас продовольствия, метео- и радиоаппаратура. Зимовщики обосновались на южном берегу небольшого залива на расстоянии до 8 км от берега и 16 мая приступили к работе. Одновременно они начали искать место для строительства посадочной полосы и постоянной полярной станции. Однако, проработав здесь всего 3,5 месяца, 27 августа 1941 года экспедиция свернула работу, а полярная станция была законсервирована.

В первый военный год на Северной Земле еще работали экспедиция Гидрографического управления Главсевморпути под руководством Н. Плюснина, которая детально обследовала группу Краснофлотских островов и юго-западное побережье острова Октябрьской революции и на одном из них создала зимовочную базу. Советская гидрографическая экспедиция под управлением Н. Оглоблина примерно в это же время работала на островах Малый Таймыр и Старокадомского. А летом 1942 года в районе мыса Неупокоева работала экспедиция Г. Васильева, Итак, по-ложа руку на сердце, приходится признать, что, несмотря на нахождение Северной Земли в глубоком советском тылу, на здешних постах и станциях находилось минимальное количество советских полярников, которым в случае необходимости было бы трудно противостоять даже небольшому фашистскому десанту. И эта информация могла стать известной в гитлеровском Штабе войны на море, так как в августе 1942 года ледокольный пароход «А. Сибиряков», перевозивший на Северную Землю сразу 3 смены зимовщиков: на мыс Оловянный (руководитель Владислав Грачев), на остров Домашний (руководитель Анатолий Шаршавин), на мыс Арктический, он же мыс Молотова (руководитель Анатолий Золотев), был потоплен броненосцем «Адмирал Шеер». По меньшей мере 3 зимовщика из групп «Остров Домашний» и «Мыс Арктический» были захвачены нацистами в плен и освобождены только после окончания войны. Судьба остальных полярников неизвестна.

По воспоминаниям североморских ветеранов-гидрографов, фашистская база на одном из островов Северной Земли была случайно обнаружена в 1959 году. Как долго здесь она действовала? Какие задачи были поставлены перед обслуживающими ее немецкими моряками? Все документы, способные более подробно рассказать о таинственной находке, пока еще надежно лежат в одном из закрытых архивов среди тысяч папок, покрытых многолетним слоем пыли. А советских полярников, кто первым увидел секретную базу, сегодня отыскать уже весьма сложно. Но они успели оставить нам в наследство свои отрывочные воспоминания да рассказы близких им друзей. Сегодня вам впервые будет предложен подробный рассказ об этой тайной базе нацистов. Правда, возможно, речь идет о нескольких секретных опорных пунктах немцев на самом дальнем арктическом архипелаге России.

Интересные и очень верные данные об этом удаленном арктическом архипелаге нацисты получили во время полета дирижабля «Граф Цеппелин» летом 1931 года. Как уже было рассказано, огромное количество кино- и фотодокументов, отснятых во время полета над архипелагом, было увезено доктором Эккенером в Германию и было положено в основу подробнейших карт для вермахта, люфтваффе и кригсмарине. Часть столь нужной для немцев информации, в том числе и грифованной, было найдено германскими абордажными партиями на брошенных командами транспортах разгромленного атлантического конвоя PQ-17 или иных судах, по той или иной причине попавших им в руки. Бесспорно одно — у гитлеровских моряков и летчиков были прекрасные карты островов Северной Земли. Поэтому они спокойно могли выбирать на местности нужные точки для наблюдения за районами пролива Вилькицкого, вдоль которого шли грузы из США в порты Карского и Баренцева морей.

Самым подходящим местом для создания секретной базы, или, по меньшей мере, для ее вынесенного наблюдательного пункта, многие ветераны-разведчики и ледовые капитаны всегда называли мыс Неупокоева, расположенный на юго-западной оконечности острова Большевик. Этот мыс является единым для проливов Вилькицкого и Шокальского. С его пологого берега прекрасно просматривается весь пролив Вилькицкого, даже при большой повторяемости туманов у острова Малый Таймыр. Но об основной базе нацистов они упорно молчали. Поэтому, по аналогии с созданной на острове Земля Александры (ЗФИ) 24-й метеобазой кригсмарине, смоделируем следующее.

Предположим, что вынесенный пункт наблюдения находился на мысе Неупокоева. И здесь не надо его представлять как какой-нибудь бетонный бункер, где обязательно стоят сложные механизмы. На самом деле это может быть простейшее, глубиной до 1,5 метра, углубление, например, как на острове Вардропера, либо — небольшая землянка. Основной же пункт тайной базы на Северной Земле мог находиться именно на острове Большевик (допустим, недалеко от мыса Песчаный), только для маскировки со стороны пролива Шокальского. И косвенным подтверждением такой догадке может быть открытие все той же «научной» экспедиции на «Графе Цеппелине», которая зафиксировала документально, что между островами Октябрьской революции и Большевик находится не залив Шокальского, а широкий пролив.

Кроме обеспечения работы метеостанции или пеленга-торной станции на острове Большевик германские моряки могли охранять здесь старателей из стойбищ с ближайшего Таймырского побережья, которые занимались на острове золотодобычей. По крайней мере, достоверно известно, что в послевоенное время (и до начала 1990-х годов. — Авт.) именно здесь советские старатели добывали золото. А ведь кто-то же его должен был разведать!

Или могли охранять местных зверобоев, добывавших здесь белого медведя, которым был весьма богат архипелаг, нерпу и белух. Или же пастухов, пасших стада пришлых оленей. Да мало ли для чего могло руководство немецкой метеостанции выделить своих автоматчиков и пулеметчиков. Тем более что кочевые пастухи, а порой местные охотники и рыбаки могли и не знать, что между СССР и Германией идет война.

Кроме мыса Неупокоева советские полярники в 1983 году заметили «несоветские» постройки, весьма похожие на ангары, на острове Капля (рядом с островом Пионер и напротив пролива Юнгштурм), а также на острове Долгий (архипелаг Седова, который находится напротив пролива Красной Армии. — Авт.). К сожалению (а может и к счастью!), они не пошли разбираться, чьи сооружения здесь находились. Поэтому, как и у базы в дельте реки Лена, к «несоветским» базам на Северной Земле сегодня больше вопросов, чем ответов. Ответить на эти вопросы позволит только серьезная экспедиция с участием российских военных моряков или морских пограничников. И в первую очередь здесь чрезвычайно важно получить ясный ответ на вопрос «С какой целью сооружены чьи-то ангары у наших сибирских берегов?»

Интересную версию в вопросе создания тайной базы в Арктике подсказал в своих воспоминаниях вышеупомянутый Вальтер Дорнбергер — руководитель ракетной программы Третьего рейха и одновременно разработчик немецких баллистических ракет. При его участии были созданы: крылатые ракеты V-1 (Фау-1) и «Рейнбот», баллистическая ракета V-2 (Фау-2), зенитная управляемая ракета «Вассерфаль», а также зенитные управляемые снаряды «Рейнтохтер» и «Шметтерлинг». В рамках программы создания ракет большой дальности он работал над созданием баллиста-ческой ракеты на базе твердотопливных ракет «Небельверфер», которую планировалось принять на вооружение подводных лодок, а также многоступенчатой баллистической ракеты типа А9/А10. Последний образец особо для нас интересен: дальность полета этой ракеты должна была составлять 4500 километров, что позволяло после установки этой ракеты на боевой позиции, например, на одном из островов Северной Земли, обстрелять территорию США. Или… ударить в самое сердце Советского Союза, например, по заводам на Средне-Сибирском плоскогорье. Правда, сегодня известно, что дальше испытаний здесь дело не пошло. Но ведь пусковые позиции на арктических островах могли сооружаться и заблаговременно: до окончания летных испытаний новых ракет.

Сергей Ковалёв.
(продолжение следует)
Tags: арктические тени
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments