Арктические тени Третьего рейха...(26)

318-319.jpg

Что было в трюмах «призрачных» субмарин? (начало)
Название этого раздела у кого-то вызовет удивление. Но здесь нет ошибки. Дело в том, что еще в 1990-е годы в нашей стране появилась информация о существовавшем в Третьем рейхе так называемом «конвое Гитлера», который чаще всего называли «призрачным конвоем Гитлера». Возможно, что речь здесь идет о двух совершенно разных подводных соединениях кригсмарине, а может, и о соединениях не входивших в состав гитлеровского ВМФ.
До настоящего времени о «призрачном конвое» (пока будем считать, что это один транспортный отряд подводных лодок, специально созданный для грузовых перевозок в Мировом океане. — Авт.) существуют только отрывочные и разрозненные данные. И главной его тайной всегда оставалось то, что эти «призрачные» подлодки везли в своих трюмах и контейнерах.
Впервые к данной теме обратились в 1959 году Адмирал Флота Советского Союза И.С Исаков и капитан 1-го ранга запаса Л.М. Еремеев в своем известнейшем труде «Транспортная деятельность подводных лодок». Правда, в книге подробно рассматривались лишь транспортные походы подводных лодок стран Оси и антигитлеровской коалиции в Атлантический, Индийский и Тихий океаны. В то же время о таких же походах в Арктику, в силу закрытости этого региона и цензурных соображений, были исключены (был приведен лишь один случай использования гитлеровской подлодки у берегов Канады, но очень коротко. — Авт.). В какой-то мере этот пробел в военно-морской истории удалось восполнить на страницах вышеупомянутых книг «Свастика над Таймыром» в 2008 году и «Загадки Шестого континента» — в 2009 году.
Сегодня, для полноты вашего восприятия, коротко напомню отдельные данные о транспортной деятельности «арктических волков» Дёница. Но начну с необычного рассказа, который услышал в начале 1980-х годов и который в будущем помог найти некоторые весьма любопытные данные. А восполнить его отдельными техническими особенностями, после 20-летней службы на подлодках Северного флота и в штабе подводного соединения СФ, особого труда не составило.

Визир мощного цейсовского перископа медленно скользнул по склонам и острой 200-метровой вершине горы, которую на русских картах называют странным именем Перевальная. Он то плавно прошелся по пологим горным склонам с еще белеющими пятнами прошлогоднего снега, спускающимся к заливу, то замер, внимательно вглядевшись в дикий, словно доисторический, каменистый берег. Легкая дымка постепенно застилала горизонт. Осмотрев побережье, бородатый капитан-лейтенант в фуражке с мятым, когда-то белым чехлом, еще раз внимательно прошелся глазами по ближнему берегу, с рассыпанной повсюду галькой и редкими зарослями карликовой березки, затем резко обернулся к такому же бородатому старшему механику, в красном полумраке центрального поста напряженно ожидавшему его команду.

— К всплытию!

Через минуту стармех, не отрывая глаза от глубиномера, доложил: «Лодка в позиционном положении!»

— Продуть цистерны!

Воздух высокого давления с ревом рванулся на запуск правого дизеля. Тот возмущенно фыркнул, а затем послушно «запел», продувая цистерны главного балласта и усердно выгоняя из них ледяную забортную воду.

— Лодка всплыла на поверхность! — торопливо доложил старший механик

С мягким присвистом открылся рубочный люк, и немецкий командир легко поднялся из боевой рубки на ходовой мостик, еще раз с нескрываемым любопытством осмотрел воздух и горизонт. Слева на траверзе, где находится арктический архипелаг, некогда открытый шведским промышленником Норденшельдом, поднималось утреннее солнце. Его лучи постепенно освещали вершину бухты Норд, где пока еще темнели домики поселка Бирули.

Этот рассказ был услышан более 30 лет назад, в дни очередного выпуска молодых лейтенантов из Каспийского высшего военно-морского Краснознаменного училища имени СМ. Кирова Он прозвучал, как говорится, «от первого лица», то есть одного из командиров германской подводной лодки, который более 60 лет назад побывал у Берега Харитона Лаптева, а в этот праздничный день приехал на выпуск своего внука — лейтенанта ВМФ Германской Демократической Республики. Сегодня можно сказать, что это был либо командир одного из «арктических волков», либо командир одной из «призрачных подлодок».

Неясно, почему долгое время в мировой прессе не рассматривалась реальность проекта создания Германией «рокадной дороги», или трансатлантического «моста», способных соединить Третий рейх с русским полуостровом Таймыр, странами Латинской Америки и Азии или антарктическими Землями Королевы Мод и Элсуэрта. Только после окончания Второй мировой войны историки во всем мире лихорадочно схватились за исследования этого феномена, но, к сожалению, в Советском Союзе по совершенно непонятным причинам эту тему, за исключением вышеупомянутых историков Адмирала Флота Советского Союза И. Исакова и капитана 1-го ранга запаса Л. Еремеева, даже коротко исследовать никто не стал. Меж тем о транспортных походах германских «Дойчланда» и «Бремена» к началу Второй мировой войны прекрасно знали многие военные историки и моряки. И если бы не пресловутая секретность, то сегодня мы могли бы больше узнать о тайных базах кайзеровского флота, которые через 15 лет превратились в «арктические лежки» подводных «призраков» Гитлера. А еще через 20 лет заинтересовали всех, кому не безразлична судьба Арктики и Севморпути. Более того, может быть, мы бы еще застали живыми и тех, кто знал о них не понаслышке.

Правда, благодаря столь странной «забывчивости» иностранных и советских историков и журналистов северное «крыло» маршрута, в 1940-е годы приводившее фашистских подводников к полуострову Таймыр и в дельту реки Лена, осталось безымянным. А значит, и неизведанным. И главное — породило данную книгу.

Сегодня известно, что именно курсами северного «крыла», через порт Лиинахамари, а возможно, минуя норвежские базы, гитлеровские субмарины скрытно шли вокруг северной оконечности Новой Земли в район шхер Минина. Но серьезно о некой деятельности в районах Новой Земли главное командование ВМФ СССР и командование Северного флота всерьез задумалось летом — осенью 1943 года» И главным толчком к тому послужило исчезновение здесь головного советского подводного крейсера К-1.

В августе 1943 года, после победного возвращения подлодок С-101 и доклада командира С-54 капитана 3-го ранга Братишко о встрече с неизвестным вражеским судном, командование СФ решило направить к северной оконечности Новой Земли подводную лодку с сильным артиллерийским вооружением, которая была бы способна успешно вести бой с надводным рейдером. Призраки «Адмирала Шеера» и кайзеровских подлодок еще продолжали витать у мыса Желания, Более того, неопознанный Братишко противник, а также обнаруженные у мыса Желания нацистские подлодки, которые о чем-то переговаривались между собой по системе звукоподводной связи (ЗПС), укрепили законные опасения командования ВМФ и Северного флота о реальном использовании фашистами северного («безымянного». — Авт.) пролива у Новой Земли. Особенно насторожили переговаривающиеся между собой субмарины. Были бы замечены эти переговоры с десяток раз — еще можно было рассматривать их как случайные или вызванные рабочей необходимостью. Но здесь были столь интенсивные и частые переговоры, что они были более похожи на инструктаж, допустим, подводным командиром, уже побывавшим в Карском море, командира только входящей сюда субмарины. Одновременно это мог быть и разговор между командирами подводной группы. В любом случае интенсивные переговоры по ЗПС были весьма опасным признаком боевой деятельности гитлеровских субмарин.

Более того, командующий СФ вице-адмирал Арсений Головко получил довольно жесткий выговор от наркома ВМФ (!) адмирала Николая Кузнецова: «…несмотря на угрозу активных действий подводных лодок, рейдеров противника в Карском море, в районе мыса Желания с 27 августа по 29 августа 1943 года действовала только одна подводная лодка С-101, с 29 августа район не обслуживался нашими подводными лодками, так как ПА Щ-402 вышла на позицию только 2 сентября. Считаю такое положение недопустимым. В районе мыса Желания необходимо держать непрерывно, пока требует обстановка, две подводные лодки». Однако в те дни у Головко нё было возможности отправить в Арктику сразу 2 подлодки, и он нашел компромиссное решение — направить к Новой Земле подводный крейсер с сильным артиллерийским вооружением. Но в те дни в составе крейсерского дивизиона бригады североморского подплава из шести подводных крейсеров остались только два: К-1 и К-21. Выбор пал на головную «катюшу» (так любя называли подлодки типа К служившие на них моряки. — Авт.), практически закончившую заводской ремонт.

Экипаж К-1 быстро завершил оставшиеся ремонтные работы и вышел в море, держа курс к северному «новоземельскому» району. Вместо командира подлодки капитана 2-го ранга Валентина Старикова, еще не прибывшего из отпуска, исполняющим обязанности командира в море вышел командир крейсерского дивизиона капитан 1-го ранга Михаил Хомяков. Непосредственно перед выходом он получил запечатанную «Боевую инструкцию для подводной лодки, осуществляющей поиск боевых кораблей и рейдеров в северной части Карского моря», которую он должен был вскрыть после выхода в море. Здесь было указано, что:

1. Главным объектом для поиска и атаки являются боевые корабли противника (классов «линкор» и «крейсер»), могущие одиночно или маневренной группой проникнуть в Карское море и действовать против наших арктических конвоев и баз.

2. Всякую подводную лодку, встреченную в районе боевых действий и на переходах, считать неприятельской и уничтожать.

3. Учитывая, что к норду от параллели 76 градусов ни одного нашего корабля не будет, всякий обнаруженный корабль или даже дым считать кораблем противника и по обстановке доносить об этом немедленно. (Данный подпункт в оригинале документа был выделен заглавными буквами. — Авт.)

Подводный крейсер Хомякова успешно пришел в район новоземельской позиции и приступил здесь к патрулированию. Но 29 сентября от него не поступило подтверждения о получении приказания на возвращение в базу, и в Полярный К-1 никогда уже не вернулась.

До настоящего времени не установлено, что же случилось с головной «катюшей». В германских источниках о каких-либо бое-столкновениях у Новой Земли с советской подводной лодкой не упоминается. Ни германских, ни советских минных заграждений здесь не было. Но подводный крейсер СФ — исчез.

Вероятной причиной его гибели тогда была названа авария техники, с которой экипаж не сумел справиться. По другим источникам причиной гибели корабля стал предательский удар стихии. Однако бывший в то время командир бригады подлодок Северного флота контр-адмирал Иван Колышкин не исключил возможности гибели К-1 от торпеды немецкой субмарины: «Вероятная причина: видимо, атакована немецкими подлодками, развившими 11 и 12 сентября активность в районе позиции К-1. Возможно, что К-1 стала жертвой подводной лодки противника, тем более что силуэт ее отличный от немецких ПЛ, и спутать его с другими было невозможно. Необходимо в дальнейшем посылать для уничтожения ПЛПЛ противника подлодки типа "С", так как они по силуэту сходны с немецкими подводными лодками VII серии».

После войны стало известно, что слова Колышкина были недалеки от истины. В Карском море действовала группа гитлеровских субмарин, при планировании получившая наименование «Викинг». И если бы, например, С-101, после уничтожения U639, задержалась в районе боя хотя бы еще на 2–3 часа, то она вполне могла бы встретить здесь еще одну нацистскую подлодку.

Эта, пока безымянная, «немка» весь предыдущий день в надводном положении шла от параллели пролива Маточкин Шар. А ранее единственный раз она вышла в радиоэфир у восточного новоземельского мыса Абросимова и затем помчалась строго на север, храня полное радиомолчание. В момент, ставший роковым для «639-й», еще один «арктический волк» находился в районе мыса Спорый Наволок, где и был замечен около часа дня. Выходит, что 28 августа 1943 года сразу две фашистские субмарины зачем-то спешили покинуть Карское море через «безымянный» пролив у Новой Земли. Но зачем? Ответа на этот вопрос пока не найдено.

В любом случае К-1 — одна из лучших подводных лодок Северного флота — бесследно исчезла в холодных глубинах Арктики вместе со всем своим боевым экипажем. И это исчезновение стало одной из великого множества «арктических» загадок, рожденных подводными «призраками» со свастикой у берегов Таймыра. Однако почему подводники гроссадмирала Дёница, если именно они первыми обнаружили «катюшу», не стали заносить на свой счет уничтожение советского подводного крейсера? Может быть, это тоже не входило в планы Штаба руководства войной на море? Ведь в вопросах сохранения тайны вокруг арктических баз у его офицеров был значительный опыт. А особо — в создании легенды прикрытия таких баз.

Сегодня известно, что в советской Арктике действовала некая группа нацистских подводных лодок, которая вполне могла быть особым подводным подразделением «призрачного конвоя», о деятельности которого и сегодня мало кто знает. По какому принципу сюда отбирались подводные экипажи — сказать трудно. Однако некоторые из них, по данным германских источников, всю Вторую мировую войну провели среди арктических скал. Чуть больше мы знаем о другом таком же особом подводном «конвойном» подразделении, который иногда называют подводной «Эскадрой А». Уверен, короткое напоминание о ней будет весьма уместно на страницах данной книги.

А все началось с того, что, как недавний подводник, а в годы Второй мировой войны руководитель военной разведки Третьего рейха (абвера) адмирал Фридрих В. Канарис прекрасно понимал возможности использования в разведывательных операциях подводных лодок, способных обеспечить скрытность и секретность проводимых действий. По большей степени это относилось к транспортировке различных секретных грузов и скрытной переброске агентуры. В своих замыслах он даже нашел себе союзника в лице руководителя СД обергруппенфюрера СС Рейнхарда Т.О. Гейдриха, который некогда тоже был морским офицером и твердо считал, что рейх не сможет обойтись без создания надежной и секретной транспортировки грузов и людей. Правда, руководителя СД меньше всего интересовало ведение внешней разведки.

Гейдрих ясно видел перед собой специальную подводную группу, которая, кроме обеспечения разведывательной деятельности нацистов, занималась бы переброской нужных людей и специальных грузов, например, в Южную Америку, Антарктиду, в Сибирь или Канаду. И здесь, в свою очередь, его поддержал сам рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер.

В послевоенные годы, когда американская и израильская разведки приступили к поиску нацистских преступников, во время допросов неожиданно удалось получить информацию о неком двухдневном служебном совещании, где группа генералов вермахта и высокопоставленных рейхсчиновников обсуждали план секретной операции «Шлюз», реализация которого якобы началась в августе 1944 года. Тогда на гитлеровских субмаринах в латиноамериканские страны стали вывозить офицеров СС и видных нацистов, заменяя последних в Германии двойниками.

Так как серийные подводные лодки кригсмарине могли разместить в своих отсеках небольшое количество пассажиров и грузов, то для решения этих задач и был создан «призрачный конвой», состоявший из нескольких отдельных подводных подразделений (групп). Каждое из них выполняло только его командирам известные задачи. Причем эти подразделения, словно подводные «призраки», в состав кригсмарине не входили, а были «двойниками» боевых подлодок, то есть могли иметь точно такие же тактические номера, как боевые подлодки. Скорее всего, последние, выполняя океанские походы, служили для отвлечения внимания от перевозок грузов в Антарктику или в Арктику эскадренными подлодками, построенными по специальному проекту UF (Unterwasserboot-Frachtschiff). Сегодня известно, что эти огромные субмарины, по водоизмещению и размерам соизмеримые с современными атомными подлодками, были замечены на заводских стапелях. Но затем куда-то бесследно исчезли. До сих пор никто не знает, куда они ушли из бункеров судостроительных заводов. По данным автора книги «Свастика во льдах Тайная база нацистов в Антарктиде» Ганса-Ульриха фон Кранца, эти подводные гиганты стали основой для вышеназванной подводной «Эскадры А», якобы базировавшейся на острове Гельголанд (в юго-восточной части Северного моря). Они никогда не атаковали вражеские корабли и транспорты, а незаметно, словно крадучись, уходили в Атлантику и, стараясь держаться за пределами зоны действия американской и английской противолодочной авиации, шли в Антарктику. Но и этот автор не слишком много рассказал о подводных «призраках».

В связи с тем, что в книге фон Кранца нашлось несколько досадных ошибок, которые навели на мысль, что сей автор мог использовать непроверенные или выдуманные сведения, поэтому ради установления истины мне пришлось обратиться к признанным советским, российским и иностранным военно-морским историкам. При этом любые политизированные заявления безжалостно исключались из рассмотрения. И вот какой получился рассказ о различных секретных подводных подразделениях нацистов, в том числе и об отдельном арктическом подразделении.

Или, по аналогии с Гансом-Ульрихом фон Кранцем, арктической подводной «Эскадры А».

В первые годы Второй мировой войны специального отбора подводных лодок не было. В Арктику направляли транспортные суда «Кернтерн» и «Пелагос», а также обычные боевые субмарины. Неразбериха в планировании этих походов порой допускала, что подлодку вместо плавания в Южную Атлантику уже во время похода направляли на Крайний Север. На борту таких «счастливцев» не было ни одной шубы, ни одной шерстяной куртки, ни одной электропечи и даже достаточного количества одеял Более того, как только подводная лодка здесь показывалась из воды, то за несколько минут она покрывалась толстым слоем льда и выглядела совершенно беспомощной. Через каждые 3 часа, приходилось погружать корабль под воду для того, чтобы освободиться ото льда и отогреть застывшие клапаны вентиляции. А главное — для сохранения готовности к немедленному погружению.

Больше всего в таком походе доставалось верхней вахте, стоящей на мостике. Ее постоянно окатывали с головы до ног холодные волны. Несчастные наблюдатели в легких прорезиненных плащах за несколько минут превращались в обледеневшие изваяния.

Вот как рассказал германский военный историк Вольфганг Франк в книге «Морские волки» о подводниках кригсмарине, носивших на рубках своих кораблей отличительную эмблему в виде черной лодьи викингов на белом кресте: «Команды подводных лодок месяцы и годы проводили в арктических пустынях или на изолированных от мира стоянках среди голых и заснеженных скал Отпуска на родину были редкостью. К концу войны некоторые подводники провели по четыре года на холодном севере».

Ему вторит Геральд Буш: «Для экипажа U-255 Арктика была новым районом действий, и все время пребывания в ней она осталась чужой и незнакомой. У островов Ян-Майена мы столкнулись с группой лодок, которых никогда раньше не видели. По возрасту часть их командиров могла быть еще гардемаринами; но все они были ветеранами арктических патрулей: Текс, Тейхерт, Маркс, фон дер Эш, Зетце, Симон, а из более старшей возрастной группы — Ла-Бауме, фон Хайммен, Тим». Итак, Геральд Буш перечислил имена фашистских подводных командиров, которые водили своих «арктических волков» к ледовой кромке, а позже передавали практический опыт плавания командирам подлодок из «призрачного конвоя». Но самой замечательной подсказкой стал справочник-определитель флотилий Криса Бишопа «Подводные лодки кригсмарине 1939–1945», вышедший в свет в 2007 году в московском издательстве «Эксмо». Здесь удалось легко проследить боевой путь каждой из гитлеровских подлодок, начиная от отработки учебных задач и заканчивая гибелью или сдачей союзникам в мае 1945 года. Изучив деятельность этих субмарин, было несложно заметить, что в районах Крайнего Севера практически всю войну находились подлодки: U294, U295, U299, U318, U427 и U716. Здесь, начиная с осени 1943 года, они поочередно числились сначала в составе 11-й флотилии, а затем в составе 13-й и 14-й флотилии соответственно. При этом все они совершили до 10 боевых походов каждая, в результате которых только U716 потопила одно судно, a U295 повредила один боевой корабль. Остальные боевого успеха не имели. Все они пережили войну и были потоплены в декабре 1945 года в Шотландии по плану операции «Дедлайн». Не наводит ли вас такая результативность походов на любопытный вопрос? Да-да — о слабой подготовке германских подводных экипажей! А может, им и не было нужды атаковать вражеские суда, ведь они же были подлодками из «призрачного конвоя»?

Хотелось бы заметить, что еще в советском издании книги Геральда Буша, вышедшей в свет в 1965 году под названием «Такой была подводная война», в основном рассказывалось о боях в Атлантике. О походах в Баренцево море, и уж тем более в Карское море, здесь даже не было упоминания. И только в издании, переведенном с английского языка, которое вышло в свет в 2004 году под названием «Подводный флот Третьего рейха», удалось найти представленный вам рассказ. Поэтому не будем удивляться, что летом 1944 года в советской Арктике, опираясь на секретные базы, действовало уже 12 подлодок, специально подготовленных для длительного плавания в заполярных широтах, причем половина из них была объединена в ударную группу «Грейф» для действий в Карском море. Каждая из лодок этой группы была модернизирована на заводах рейха: имела систему «шнорхель» (специальное устройство, позволяющее совершать длительные переходы под дизелями без всплытия на поверхность), радар для раннего обнаружения советских самолетов и была вооружена хотя бы одной бесследной самонаводящейся торпедой «Цаункенинг» или ТАТ. Относительно успехов германских подлодок в Атлантике они достигли не слишком больших успехов. Но, повторюсь, все относительно! Так, вечером 12 августа 1944 года подводная лодка U365 (командир обер-лейтенант Хеймар Ведемейер) уничтожила советский конвой БД-5: были потоплены охраняемый транспорт и два из трех сопровождавших его тральщика.

А 23 сентября подводная лодка U957 (командир обер-лейтенант Пауль Тенсхофф) в 70 милях от залива Миддендорфа потопила наш сторожевой корабль СКР-29 («Бриллиант») под командованием старшего лейтенанта Михаила Махонькова, шедший к Диксону в охранении конвоя ВД-1, затем U739 (командир обер-лейтенант Эрнст Мангольд) потопила тральщик Т-120 под командованием капитан-лейтенанта Дмитрия Лысова. Но, оказывается, в Арктике немцы имели не только боевые субмарины. Именно об их тайной деятельности в нашем секторе Арктики и хотелось бы рассказать подробно.

Так, в составе группы «Грейф» пришла в восточную часть Карского моря подводная лодка U711, которая была оборудована специальной аппаратурой радиоразведки и имела в составе экипажа специально подготовленную радиоразведгруппу. Она сразу же направилась в сторону пролива Вилькицкого. Куда она действительно пошла, мы можем узнать разве что из ее вахтенного журнала, но есть информация, что летом 1944 года для ведения радиоразведки и отдыха экипажа «711-я» использовала базу (по описанию очевидцев) где-то на острове Столб (дельта реки Лена). Об этой базе еще будет рассказано более подробно. Правда, выяснилось, что экипаж «711-й» не только активно вел радиоразведку, но и по ее результатам атаковал советские транспорты. Так, 21 сентября 1944 года она, правда, безуспешно, но атаковала 6 торпедами находившиеся у ледовой кромки советские корабли охранения, поджидавшие приход конвоя ВД-1. Не стеснялись немцы весьма нахально заходить в близлежащие заливы и бухты.

10 и 12 августа 1944 года одна из лодок группы «Грейф» была обнаружена рыбаками в бухте Полынья (к востоку от Диксона). Здесь она спустила надувную шлюпку и направила ее к берегу. Через час шлюпка вернулась к борту субмарины, и нацисты ушли в сторону моря.

Еще одна подлодка несколько раз заходила в бухту Иннокентьевская (устье реки Енисей), где в то время проживали немецкие колонисты. Позже советские контрразведчики изъяли у них самодельный радиопередатчик. 12 августа 1944 года фашистские подводные лодки были обнаружены сразу в трех значительно удаленных друг от друга районах: к северо-востоку от острова Вайгач, у острова Белый (скорее всего, U365.—Авт.) и у острова Вардропер. Вот как о последней встрече рассказывает вышеупомянутая «Боевая летопись Военно-Морского Флота, 1944»:

«11–12 августа На следующий день вылетевший на ледовую разведку с о-ва Диксон командир 44-го смешанного авиационного полка майор СМ. Рубан у юго-западной оконечности о-ва Вардропер обнаружил в надводном положении еще одну подводную лодку, открывшую по самолету интенсивный зенитный огонь. Не имея с собой глубинных бомб, СМ. Рубан обстрелял подводную лодку из пулеметов. После 25-минутного боя она погрузилась, а самолет продолжал находиться в этом районе около восьми часов. По его вызову с аэродрома Диксон вылетели еще три гидросамолета «Каталина», один из которых (летчик В.А. Гуревич) бомбил подводную лодку по перископу, а другой (летчик СВ. Сокол) сбросил восемь ПЛАБ-100 на масляный след». В общем, эта выписка из «Боевой летописи ВМФ» показывает боевую реальность для того времени, но… не во всем.

Эта обнаруженная майором С. Рубаном у Вардропера фашистская субмарина не стала погружаться, а осталась маневрировать в надводном положении.

Как воздушный разведчик майор Рубан не имел на борту авиабомб, поэтому он вызвал подкрепление. Однако из-за ошибки в координатах места обнаружения фашистской субмарины 3 советских ГСТ с противолодочными бомбами на борту прилетели в район нежданной встречи лишь через 5 часов. Все это время «немка» и не думала погружаться. С прибытием наших противолодочных гидросамолетов она ушла на перископную глубину лишь после падения поблизости первых глубинных бомб. Эта небольшая поправочка в текст официального военного издательства. Но она заметно меняет реалии событий, происходивших в августе 1944 года в Карском море. Но на что опиралось подобное нахальство гитлеровских подводников?

Сергей Ковалёв.
(продолжение следует)