Капитан второго ранга Неупокоев Владимир Константинович...(1873 – 2 (15) марта 1912)

969710_original[1] - копия

969710_original[1] (2)


Фрагмент из фото Караева А.И.

Продолжая http://odynokiy.livejournal.com/232160.html

Из книги Б.А.Караева "Восточный ветер":

"...В 1905 году, во время политических беспорядков во Владивостоке, здание мореходного училища пострадало от пожара, и поэтому училище временно разместилось на военном транспорте «Эльдорадо».
Командиром этого транспорта приказом по Морскому ведомству был назначен начальник училища, капитан второго ранга Владимир Константинович Неупокоев. Александру тут же предложили свободную должность штатного главного механика судна с окладом 75 рублей в месяц, а также соответствующую этой должности каюту в кают-компании.


Это было очень кстати, т. к. его денежный запас изрядно истощился. Александр переезжает от Матвеевых на «Эльдорадо», но по-прежнему поддерживает дружеские отношения с этой прекрасной семьей еще долгое время.
Жизнь в училище дальнего плавания на «Эльдорадо» протекала по-особому, т. е. по-морскому. В просторном твиндеке2 были расположены классные комнаты, библиотека, столовая и другие помещения. Каюты вокруг кают-компании были отведены семье Владимира Константиновича Неупокоева, командира судна. Здесь же располагались учительская, богатый читальный зал, где был громадный выбор зарубежной и местной периодической литературы, в частности: журнал «Природа и люди Дальнего Востока» Н. П. Матвеева, газеты «Дальный Восток» Матвеева, «Восток» Панова, «Далекая окраина» Матвеева, «Воля», издаваемая в Нагасаки также Матвеевым, и много другой литературы.
На «Эльдорадо» жизнь протекала по морскому распорядку, т. е. соблюдались круглосуточные вахты как на палубе, так и в машинном отделении. Судно постоянно находилось под парами для отопления всего корпуса и возможности включить машины. На судне по-морскому (через ресторатора) было организовано также питание, начиная с самого Неупокоева и его семьи кончая преподавателями и курсантами.
Сам капитан был высокообразованным педагогом и отличным администратором. В недавнем прошлом он плавал с адмиралом Макаровым на «Ермаке» главным астрономом и его ближайшим помощником. В период Русско-японской войны Владимир Константинович командовал вспомогательным крейсером «Шилка». Он считался одним из наиболее прогрессивных офицеров Тихоокеанского военного флота. В ночь гибели адмирала на броненосце «Петропавловск» он только вернулся во Владивосток из плавания. Утром в праздник Пасхи, когда по традиции вся команда во главе с офицерским составом была выстроена для парада по этому случаю и командир корабля Неупокоев приготовился его принимать, ему вручили депешу о гибели «Петропавловска» с адмиралом Макаровым. Это сообщение так потрясло его, что вместо того чтобы принять парад, он прямо перед строем осудил войну, назвав ее братоубийственной, и отказался от звания офицера флота, объявив, что снимает с себя обязанности командира крейсера, тут же снял с себя и передал личное оружие растерявшемуся старшему офицеру. Приказом по флоту он был арестован и отправлен в Петербург, где предстал перед судом. Признанный психически невменяемым и был лишь уволен в отставку, а спустя некоторое время назначен начальником этого Владивостокского мореходного училища дальнего плавания. Будучи истинным интеллигентом, обладая глубокими знаниями и высокой нравственностью, Владимир Константинович заслуженно пользовался большим уважением не только среди сослуживцев и курсантов, но и среди таких известных людей края, как исследователь В. К. Арсеньев, рыбопромышленников и мореплавателей. Среди преподавателей училища, о которых много лет спустя с благодарностью вспоминал Александр, были также капитан флотских штурманов Тимофей Иванович Миронов, инженер-механик Н. П. Фохт, капитан 2-го ранга Пель, преподаватель морских промыслов Тольчевский, корабельный инженер Зданкевич, инженер-механик флота Акимов, преподаватель английского языка Бойль и другие. Особенно яркое воспоминание осталось у него, конечно, о Неупокоеве. Александру посчастливилось проплавать две навигации с Неупокоевым на шхуне и на пароходе по морям Дальнего Востока и по Тихому океану. На море, вспоминал впоследствии Александр, Неупокоев всецело отдавал себя любимому судовождению, был в своей стихии и почти священнодействовал при определении местонахождения судна. Неупокоев открыл при училище общество «Эсперо» для изучения международного языка эсперанто, на котором он сам бойко изъяснялся. Преподавал этот недавно созданный и начавший интенсивно распространяться во многих странах мира искусственный язык сам Неупокоев, не получая за это никакого вознаграждения.
В 1907 году В. К. Неупокоев, Т. И. Тимофеев и другие преподаватели мореходного училища организовали Добровольное общество воздухоплавания. Это было единственное тогда подобного рода общество на всем Дальнем Востоке. Почти все учащиеся училища дальнего плавания посчитали своим долгом состоять в членах этого общества. Иногда по вечерам, в морском училище читались лекции по воздухоплаванию, конструкции самолетов и другим «воздушным» темам. Однажды здесь выступил даже штабс-капитан по адмиралтейству Г. Я. Седов, будущий известный полярный исследователь..." (с)

Из биографии...
"...
В возрасте 14 лет В.К. Неупокоев поступил в Морской кадетский корпус в Санкт-Петербурге, в котором успешно изучал военно-морские науки и в 1893 г. получил звание мичмана. За успешное окончание Морского корпуса его наградили премией имени адмирала Нахимова. Для прохождения службы В.К. Неупокоева направили в Тихоокеанскую флотилию. С 1894 по 1899 г. он служил на клипере «Вестник», крейсерах «Память Азова», «Адмирал Нахимов» и «Крейсер». В 1898 г. был произведён в лейтенанты, а спустя год – вышел в запас и поступил в Добровольный флот третьим помощником капитана на пароход «Херсон», совершавшим рейсы Одесса-Владивосток. В 1901 г. в качестве астронома и метеоролога принимал участие в полярной экспедиции С.О. Макарова на ледоколе «Ермак». В течение двух последующих лет он участвовал ещё в гидрографических исследованиях морей Восточного океана, а позже издал материалы по лоции – описание восточного берега Китая и Кореи. Во время русско-японской войны вновь призван на военную службу, командовал военными транспортами «Тунгус», «Алеут» и «Шилка»...
...В ноябре 1905 г. В.К. Неупокоев, капитан 2-го ранга в отставке, был назначен начальником Владивостокского училища дальнего плавания, которое в то время находилось в плачевном состоянии – не было своего помещения, учебников, занятия проводились в городском училище вечером. Стараниями нового начальника для учебной базы училища было передано отстойное судно «Эльдорадо»

В 1908 г. на ул. Светланской, около кирхи, он затеял, а потом курировал строительство корпуса Морского училища, которое было построено в кратчайшие сроки. В.К. Неупокоев добился у Морского военного министерства выделения под учебное судно одной, конфискованной властями, иностранной шхуны. Силами учащихся она была приведена в порядок, и под командованием самого начальника училища, пятнадцать учеников в 1908 г. уже на шхуне под новым названием «Надежда» отправились в плавание к берегам Камчатки и Японии.

За сравнительно короткий срок В.К. Неупокоев наладил учебный процесс, при нем появились необходимые пособия, техническая литература, приборы, инструменты. Кроме выполнения административных обязанностей, он читал лекции по астрономии и навигации. Все это позволило В. Неупокоеву вывести училище из тяжелого положения, поднять его авторитет и приблизить уровень подготовки морских кадров к требованиям флота и жизни.

В 1910 г. В.К. Неупокоев также отправляется в плавание, но уже в кругосветное вместе с восемью учениками, использовав заход в порт Владивосток датского учебного судна «Викинг». Во время этого «путешествия» Владимир Константинович сильно простудился, тяжело болел, приступил к своим обязанностям только в августе 1911 г. Но проработал немного – 2 марта 1912 г. умер. Похоронен на Морском кладбище.

Помимо выполнения служебных обязанностей Неупокоев известен и как общественный деятель. В октябре 1908 г. во Владивостоке при его активном участии создаётся Морское общество, председателем которого он являлся до последних дней свое жизни. Морское общество и его организационный комитет в составе 10 человек организовали лоцманские артели в Приморской области, продажу морских карт и технической литературы, создали Морскую библиотеку, организовывали лекции, вовлекали в Общество новых людей, добивались обслуживания Приморского побережья исключительно русскими судами, понижения процента на них членов иностранной команды.

Имеется немало сведений о В.К. Неупокоеве еще и как председателе Владивостокского общества эсперантистов «Эсперо», благодаря чему известность Неупокоева распространилась не только на территорию России, но и далеко за её пределы.

Характерен тот факт, что в 1906 г. Неупокоев возвращал к жизни не только морское образование на Дальнем Востоке, но и деятельность Владивостокского общества эсперантистов, заметно ослабевшую после вынужденного отъезда в 1905 г. предыдущего председателя, известного в городе человека Фёдора Алексеевича Постникова (1872–1952), командира первого в мире воздухоплавательного парка.

Под руководством Неупокоева были открыты курсы языка эсперанто в Народном доме, Восточном институте, мужской гимназии, морском порту, а в своём морском училище эсперанто был введён как обязательный предмет. На этом языке В. Неупокоев говорил совершенно свободно, также как на французском и английском. Примечателен тот факт, что в училище не было портрета русского царя Николая II, а вместо него висел портрет создателя языка эсперанто Людовика Заменгофа. Это не могло пройти мимо правительственных органов, и несколько раз ставило его под удар, но благодаря высокому своему авторитету в городе Неупокоев оставался на посту директора училища, так как он обращал особое внимание на качество подготовки специалистов и их воспитание, отдавая этому все свои знания, силы и опыт..."(с)
http://www.pgpb.ru/almanac/event/day/75/


Прошу отдать себя под суд...

"...Такой рапорт коменданту крепости Владивосток и командующему Тихоокеанской флотилией написал Владимир Константинович Неупокоев в марте 1905 года.

К тому времени он уже поучаствовал в сражениях и получил орден «Святой Анны» 3-й степени за храбрость. После начала русско-японской войны его, военного гидрографа, отозвали из запаса, назначив сначала командиром транспортов «Алеут» и «Тунгус», а позже - «Шилка». Это был поступок смелого и честного человека, который считал войну чудовищным злодеянием и не видел другого средства ее прекратить, как отказаться воевать.

Опального офицера отправили в госпиталь с формулировкой «по душевному расстройству», а пять месяцев спустя уволили со службы с присвоением очередного звания капитана 2-го ранга. В. К. Неупокоев тотчас подал прошение назначить его на свободную должность начальника училища дальнего плавания.

Ходатайство удовлетворили. На этом поприще за семь лет, отпущенных ему судьбой, он успел сделать так много, что имя его сегодня должно быть золотыми буквами вписано в историю становления морского образования во Владивостоке. К сожалению, о судьбе этого незаурядного человека знают до обидного мало.
Занимаясь в клубе «Родовед» при музее им. В. Арсеньева, Н. С. Катченкова вернула из забытья пять поколений рода Неупокоевых, начиная с мастерового по корабельным делам в Кронштадте Федора, который, как свидетельствуют документы, строил Балтийский флот еще при Петре I...

Почти все Неупокоевы по мужской линии были связаны с российским флотом и служили ему (каждый по собственным убеждениям) верой и правдой.
Владимир Неупокоев был старшим из пяти сыновей (четверо связали жизнь с морем) генерал-майора Константина Михайловича Неупокоева, служившего в свое время в корпусе флотских штурманов (его имя носят шесть островов в Рижском и Финском заливах). В 20 лет Владимир с отличием окончил Морской кадетский корпус в Санкт-Петербурге и получил премию имени адмирала Нахимова, как и А. В. Колчак, с которым они значились в числе самых лучших воспитанников.

Это было привилегированное военно-учебное заведение закрытого типа, где давалось самое разностороннее образование. В мирное время его выпускники занимались составлением карт рельефов морского дна, описывали вновь открытые земли. В военную годину становились боевыми офицерами.

Для прохождения службы Владимира Константиновича направили в Тихоокеанскую флотилию. В 1901 году он участвовал в полярной экспедиции адмирала Макарова на ледоколе «Ермак» как метеоролог и гидрограф. В своей книге «Ермак» во льдах» С. О. Макаров очень тепло и с большим уважением отзывался о моем деде. В течение двух последующих лет он участвовал еще в гидрографических исследованиях морей Восточного океана, а позже издал материалы по лоции – описание восточного берега Китая и Кореи.

Как вспоминали первые ученики В. К. Неупокоева, мореходное училище, которое в 1905 году возглавил пацифист в погонах, находилось в ту пору в плачевном состоянии – помещения своего не было, как и учебников, занятия проводились в городской школе вечером.

На первых порах В. К. Неупокоеву удалось отвоевать для учебной базы училища отстойный пароход «Эльдорадо», а уже в 1908 году он затеял строительство нового здания для курсантов на ул. Светланской (рядом с лютеранской кирхой). Причем, когда выяснилось, что денег на завершение работ не хватает, Владимир Константинович за короткий срок написал пьесу «Переход через экватор» и поставил ее со своими учениками на подмостках театра «Тихий океан». Спектакль имел большой успех. Вырученных средств хватило еще на учебники и морские карты.

В. К. Неупокоев, по воспоминаниям современников, был отзывчивым, честнейшим человеком, настоящим другом для воспитанников. Курсанты получили возможность отправиться на шхуне «Надежда» к берегам Камчатки, Японии – на практику, а как-то совершили большое путешествие на датском судне «Викинг», которое побывало во Владивостоке в 1910 году.

Владимир Константинович Неупокоев стал инициатором создания Морского общества и морской библиотеки. Руководил кружком авиаторов. Прекрасно владея несколькими иностранными языками, был горячим пропагандистом эсперанто. В кабинете В. К. Неупокоева вместо положенного в то время парадного портрета Николая II висел портрет Заменгофа, создателя языка международного общения.

Этот человек очень спешил жить, будто чувствовал, что ему отпущено не так много лет. Во время путешествия на «Викинге» у мыса Доброй Надежды Владимир Константинович смертельно простудился. Он умер весной 1912 года, когда ему не было еще и сорока лет.

«Смерти я не боюсь, - говорил он незадолго до кончины. - Меня волнует, что в Петербурге я слыл крамольником... И многое из того, что удалось достигнуть, - будет поругано и осуждено»...
http://old.vladnews.ru/magazin.php?id=13&idnews=10858¤t_magazin=1349