March 17th, 2021

лорре
  • humus

Прейскурант винного магазина иркутского купца второй гильдии Дмитрия Ивановича Колченогова



Иркутский купец второй гильдии Дмитрий Иванович Колченогов. Он торговал бакалейными, галантерейными и прочими товарами, имел винные магазины и склады, а также промысловые объекты.
У него был винный магазин в Иркутске, где перед Пасхой торговали вином в бочках, лучшими сортами портвейна и мадеры. С винными складами Колченогова в Иркутске связана криминальная история. В 1905 году его обворовали шестеро местных извозчиков, предположительно, двое из них — Исай и Лазарь Левины — были братьями. Уголовное дело вёл присяжный поверенный Павел Дмитриевич Боголюбов (вошёл в историю Иркутска как учредитель городского шахматного сообщества).
Троих участников ОПГ приговорили к 12 годам каторги, ещё двоим дали по 10 лет, одному — 8 лет. Один из злодеев, Самуил Вербер, вошедший в «несчастную троицу», сбежал из зала заседаний во время прочтения обвинительного приговора.
Винный магазин Колченогова изначально находился на Преображенской (ныне — Тимирязева), но в 1905 году он переехал на Пестеревскую в усадьбу Поротова (Урицкого, 9)
В 1914 году Колченогов был членом Московской винной биржи, а это ведь было время сухого закона, который объявили во время Первой мировой войны. Он был страшно недоволен ограничениями, писал письма в газеты: почему, мол, в Иркутске торговля винами крепче 16 градусов была запрещена, а в Москве были более лояльные законы»
Бизнес Колченогова распространялся далеко за пределы Иркутска. Так, он имел большой оптовый склад в селе Братском Нижнеудинского уезда, а также золотой прииск на реке Большой Патом (сейчас — Бодайбинский район). Кроме того, на севере Приангарья у него была и общественная нагрузка, с конца 1890-х до 1910-х годов он опекал приходское училище в селе Больше-Кадинском, находившемся в районе нынешнего Братска.
Дмитрий Колченогов был активным предпринимателем, но к сожалению, он частенько становился жертвой грабежей и разбоев. В феврале 1920-го у него украли всё золото, серебро и деньги. Это событие поспособствовало его скорейшему разорению.
источник текста
Тут в тексте есть одна странность, поскольку в прейскуранте стоит точный адрес:Винный магазин на Большой, в доме Милевского


Большая улица. Дома в квартале между 4-й и 3-й Солдатскими улицами. Слева - деревянный дом Милевского

Collapse )

РУССКИЕ ЭКСПЕДИЦИИ ПО ИЗУЧЕНИЮ СЕВЕРНОЙ ЧАСТИ ТИХОГО ОКЕАНА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII В.

1767 г. января 18. – Рапорт П.К. Креницына в Адмиралтейств-коллегию о неудачном начале экспедиции

В Государственную адмиралтейскую коллегию репорт

На каких судах я со всею командою из Охоцка в повеленной мне путь отправился от 10-го минувшаго октября при выходе из устья реки Охоты оной Государственной адмиралтейской коллегии я репортом доносил 1, почему и ныне объясняю, что на брегантине «Св. Екатерине» командовал я, на гукоре «Св. Павле» – капитан-лейтенант Левашов, на галиоте «Св. Павле» – штюрман прапорщичья ранга Дудин-Меньшей, а на боте «Св. Гаврииле», которой взят был для перевозу до Комчатки сухопутного провианта на произвождение оного всей команде, – штюрман прапорщичья же ранга Дудин-Большой.

Ис коих судов в камчадской берег прибыли:

1. Оной бот «Гавриил» сперва стал на мель, где едва от волнения спастись могло тем, что со оной чрез банк бросило в реку Большую 21-го, причем у оного отбило и унесло в море руль, и отыскать оного неможно, и от великаго волнения у того судна конопать выбило, и весь сухопутной провиант как мука, так и крупа подмокла, однако в пищу человеческую явилась быть годна.
Collapse )
старина

Гонщики



Бега на собаках в с. Усть-Белая Анадырского р-на. Канчаланская тундра, 1928 г.

Пёсики совсем не похожи на мечту собаковода по внешности, но видно что рабочие собачки.

Сентиментальная повесть. Исаак Григорьевич Гольдберг. (2)

Глава II.
1.
Высокий человек, зябко кутавшийся в ватное пальто, и засунув руки глубоко в карманы, стоял возле громадного плаката, на котором было написано:
ЛЕНИН УМЕР

Рядом с человеком толпились молчаливые люди. И у всех были бледные и омраченные лица. Все молчали. Только изредка кто-нибудь сдержанно вдыхал.
Человек поежился, оглядел толпу и пошел прочь. Но куда бы ни уходил он от плаката, везде встречал он скорбь, везде видел он опаленных горем людей.
Он ускорил шаг. Мороз крепчал. Снег под ногами скрипел и взвизгивал. На углах извозчики жгли костры. Прохожие шли заиндевелые, озябшие. Человек шел по улицам, сворачивая в переулки. Он дошел до какого-то дома, уверенно прошел ворота, поднялся по загаженной, залитой помоями лестнице и, не постучавшись, вошел в дом.
Навстречу ему вышел незнакомый мужчина.
-- А Калерия Петровна где же? -- простуженным голосом спросил вошедший.
Collapse )