January 22nd, 2021

волчок

Николаевск, 1919: автограф Петра Первого Амурского


Невзрачная открытка, отправленная из Николаевска-на-Амуре в корейский город-порт Чинхэ (яп. Тинкай) в последний июньский день 1919 года:

Симада_автограф_3

Зато отправитель – сам Петр Николаевич Симада. Старожил Николаевска, глава торговой империи на Нижнем Амуре, «Петр Первый Амурский» и прочая, и прочая:

Collapse )

###

Вторая Камчатская экспедиция...

1741 г. июля 23. – Ордер А. И. Чирикова боцману С. Савельеву о снаряжении лодки и выделении команды для поисков лангбота, отправленного для обследования американского побережья.

Боцман Сидор Савельев.

Понеже посланной бот за флоцкаго мастера со штюрманом Дементьевым, которой послан на берег сего месяца 17 дня и по сие число не бывал, а ныне мы находимся близ того места, на которое оной бот был послан, и чаятельно, что оному боту зделалось какое повреждение, того ради ехать тебе на берег на то место на малом ялботе и взять с собою плотника и канапатчика с их инструментами для починки бота. И когда прибудешь ты близ берега, то, не приставая ко оному, осмотреть, не имеется ль неприятельских людей, и если увидишь, что опасности никакой нет, к тому ж и оного Дементьева и служителей кого увидишь, то пристать тебе к берегу, и если тот бот повредило, а можно оной починить, то ево велеть починивать посланному с тобою плотнику Полковникову и посланным с ним, Дементьевым, служителям. А самому тебе ехать на судно и взять с собою за флоцкаго мастера Дементьева и служителей, сколько будет можно, только оставить там у боту, сколько надлежит для починки тово бота, если оной в состоянии будет починить. А если ево починить невозможно, то взять людей столько, чтобы не угрузить ялбота, а по других послано будет и в другой раз.
Collapse )
Книгочей-1

Иркутск в 1919 году

Вроде бы этого материала еще не было в сообществе. Весьма колоритная кинохроника, в хорошем качестве: Иркутск в 1919 году. Снимали скорее всего французы или чехи.

Жизнь начинается сегодня... И.Г.Гольдберг. (26)

4.
Тайна, обладателем которой стал Филька, жгла паренька. Ну, вот рассказал он все Василию, отдал патрон, а теперь молчать надо, а молчать так трудно, так невыносимо! Надо бы еще кому-нибудь верному снова все с самого начала поведать, как шел он, Филька, к березнику, как стал приглядываться к тому месту, где, по рассказам, подстрелили Василия, и как выкатил из невысокой травы пинком ноги пустую медную гильзу. Надо бы, во что бы то ни стало надо!
Филька крепился-крепился и надумал: Николай Петрович, ему можно, он парень свой. Конечно, можно.
Николая Петровича Филька разыскал возле трактора, с которым тот что-то делал. Вымазанный в копоти и в масле, Николай Петрович вздернул вверх (он сидел перед машиной на корточках) испачканное лицо и не совсем приветливо опросил:
-- Ну, какая тебе экстренность? Горит?
-- Мне поговорить надо...
-- А мне работать!
-- Я, Николай Петрович, немножко. Мне бы сказать...
-- Ну, говори.
Филька замялся.
Collapse )

Из твиттера imagadan ...