January 16th, 2021

Вторая Камчатская экспедиция...

1741 г. апреля 20. – Письмо В. Й. Беринга А. И. Остерману о переезде из Охотска в Петропавловскую гавань и необходимости принятия мер для «привидения Камчатки в лутчее состояние» (регест)

Сообщает об описании побережья Камчатки и Авачинской губы геодезистом И. Свистуновым и подштурманом Е. Родичевым в 1737 г., штурманом И. Елагиным в 1739 г. Докладывает о составлении карт и отправке их в Петербург, начале строительства Петропавловской гавани.

Описывает перевозку грузов экспедиции из Охотска на Камчатку на галиоте «Охотск» и дубель-шлюпке «Надежда», закладку в Охотске нового судна.

Обращает внимание А. И. Остермана на плохое управление Камчаткой и тяжелые условия жизни камчадалов. Предлагает ряд мер по приведению Камчатки в лутчее состояние.

На документе помета: Перевод с письма капитана Беринга из гавани Святаго Петра и Павла от 20 апреля 1741 г. к графу Остерману, принесенного из комиссии секретарем Мальцевым 10 генваря 1742.

АВПР, ф. Сибирские дела, 1741 г., д. 1, л. 4-11. Пер. с нем. Опубл.: Экспедиция Беринга, с. 329-332.

Комментарии
1. Датируется по помете на документе.
nos

Призрачная Колыма: Существующие и закрытые поселки Магаданской области

Население Магаданской области некогда насчитывало больше 300 тысяч человек, сейчас живет немногим более 100 тысяч. Десятки поселков закрыты. Они стали призраками, а их история уходит и забывается. Я хочу собрать на этой карте все существующие и уже не существующие поселки, написать их истории. Если вы знаете что либо о колымских поселках и селах, хотели бы добавить свои воспоминания или фотографии, напишите в комментариях к этому посту.



Колымчане уезжают, покидая родной край, либо стараются найти место поближе к Магадану. С каждой переписью населения обнаруживаются новые города-призраки. В этом посте подобраны заброшенные поселки Магаданской области, список основывается на переписи населения 2010 года. Большинство из них полностью опустели, в других остаются единицы - самые стойкие горожане...
Collapse )
Поделиться записью с друзьями

Жизнь начинается сегодня... И.Г.Гольдберг. (20)

4.
Наконец, выписался из больницы и Филька. И настал день, когда он пришел к отцу на работу. Он нашел Власа в светлом сарае, где в стуке топоров, визге пил и скрежете и свисте фуганков плясали на широких солнечных полосах мелкие древесные опилки и кругом желтой вкусной пеной клубились мягкие пахучие стружки. Влас стряхнул с брезентового фартука желтую пыль и щепочки и, отложив в сторону топор, шагнул навстречу Фильке.
-- Ослобонился, герой? -- весело спросил он. -- Шагаешь?
-- Выписала? -- тряхнул Филька головой и с радостью вдохнул в себя ядреный смолистый дух свежего дерева. -- Послезавтрева приезжают, заберут меня домой.
-- Отгостился, значит? -- пошутил Влас, разглядывая сынишку, который пытливо озирался кругом и ко всему с большим вниманием приглядывался. -- Ну, обожди немного. Управлюсь, поспрошаю коменданта, чтоб тебе со мной до послезавтра пожить.
Филька вышел из сарая, где десятки рабочих вместе с его отцом стругали, пилили, обтесывали брусья и ладили рамы, перегородки, колоды, выбрался на удобное место и оттуда стал поглядывать на кипучую работу, которая шла вокруг. Он видел громадное здание, тянущееся ввысь шестью этажами. Он видел нескончаемые ряды квадратных отверстий для окон, он стал считать их и сбился. До него доносился рокот, треск и шум голосов. И необычное для него оживление и многолюдство на стройке и неосознанная им, но проникшая в его сердце стройность и налаженность рабочего труда восхитили его. Он выпрямился, приоткрыл рот, улыбка зашевелилась на его лице. И он подумал:
"Как тут ладно все! Весело-то как!"
Collapse )
волчок

«В плену у николаевских партизан» (4)

Продолжение воспоминаний эмигранта Михаила Ильича Мальцева о событиях 1920 года на Амуре. Часть 1. Часть 2. Часть 3.

NB Уважаемые читатели-писатели! Если вы используете этот текст, будьте элементарно порядочны: ссылайтесь хотя бы на мой журнал. Золотое губернаторское перо в хвосте, жёлтые лампасы или питерская прописка — не повод быть му**ком.

###

Наконец взошел на пароход и Бич со «свитой». Он — высокий, крупный, лет тридцати, румяный, красивый, в очках, брюки навыпуск, во френче; на нем карабин, патроны, бинокль, полевая сумка, кожаная фуражка; совсем не зверское, часто улыбающееся лицо; похож скорее на купца, чем на партизана.

Я стоял у сходни. Проходя, он, видимо, не находил своевременным узнать меня. Идем к Средне-Тамбовску. Лоцман за рулем. Я сижу в рубке же. Бич, стоя в дверях:

— Мы, кажется, знакомы?

— Да, вы были у меня в Хабаровске с Самсоновым. 

Сел рядом. Понемногу заспорили. Я был умереннее на этот раз, и он не напирал, но пробовал убедить меня в благе коммунизма. Я, сдерживая себя, сказал:

— Не спорю о праве каждого человека на жизнь и блага земные; коммунистические идеи в теории, может быть, и хороши, но на практике они не осуществлялись, когда были к тому попытки. Знаете, конечно, как возникали коммуны в России, например — одна из многих — «Криница», на которую и Толстой дал денег, — все рассыпались... 

— Это я знаю, — сказал Бич, — но это не то. В капиталистическом государстве, конечно, ничего не выходило. Надо это ввести одновременно, повсеместно и насильно. 

Collapse )

Из твиттера imagadan ...