January 3rd, 2021

волчок

«В плену у николаевских партизан» (1)

Осенью 1995 года актер Хабаровского драматического театра Юрий Машков побывал в гостях у американских родственников в Калифорнии. Из Хилдсбурга он привез воспоминания своего дяди-эмигранта, Михаила Ильича Мальцева. Двенадцать машинописных листов – рассказ коренного «хабаровца» (родился в 1883 году) о жизни города на рубеже столетий, об армейской службе и русско-японской войне. Но самое ценное, на мой взгляд, — история о том, как летом 1920 года пароход, на котором Мальцев служил рулевым, был захвачен отрядом легендарного Лапты (Рогозина), одного из самых одиозных приближенных Якова Тряпицына.

Несколько лет я вяло искал этот текст. Главные хабаровские краеведы, Жуков и Бурилова, ничего о мемуарах Мальцева не знали. Не дал результата и поиск в фондах Хабаровского краевого музея, которому Юрий Машков передал экземпляр воспоминаний лет двадцать тому назад ... 

Осенью 2019 года, благодаря старому другу, мне все же удалось получить ксерокопию воспоминаний Мальцева.

Эпизод с Лаптой напечатан в октябре-декабре 1969 года. Не исключено, что этот текст — расшифровка более ранней аудиозаписи Михаила Ильича.

Выкладываю начало (без комментариев, так как публикую для тех, кто и без того «в теме»). Если читатели выразят интерес — постепенно «оцифрую» продолжение.

###

[Описание событий начинается с февраля 1920 года: атаман Калмыков бежит из Хабаровска, по соглашению с японцами в город входят революционные войска Приморской земской управы, месяцем позже — партизаны]. 

Collapse )

Вторая Камчатская экспедиция...

1740 г. апреля 17. – Письмо А. И. Чирикова адмиралу Н. Ф. Головину о возможности исследования северо-западных берегов Америки на бригантине «Архангел Михаил» летом 1740 г.

Высокосиятельнейший граф, премилостивый государь
Николай Федорович

Всепокорнейше перед сим последнее писал я до вашего высокографского сиятельства декабря 20 дня 1739 году, а чрез сие нижайше доношу, что сего года в лете доле Камчатки итить мы надежды не имеем, понеже на сани и на фундамент для спуску пакетботов 1 лесу не стало, а требует мастер 200 бревен, которых до половины майя месяца получить неможно. Чего ради помня, как мне в Колегии объявлена была инструкция 2, предлагал словесно в разсуждение г-ну капитану-камандору – не отправить ли меня на брегантине, на которой Шпанберх ходил, осмотреть места, лежащия от Камчатки меж норда и оста против Чукоцкого Носа, и протчия западной стороны Америки. И оной брегантин осенью возвратитца к Охоцку для следования Шпанберху в ево экспедицию, ежели оная возобновитца. А хотя б оной брегантин и не возвратился в Охоцк осенью, то можно ему, Шпанберху, приттить на Камчатку и на других судах, на боте «Гавриле» и на новопостроенном при Охоцке галиоте и на малом большерецком судне 3 и при Камчатке взять брегантин в путь свой.
Collapse )
nos

Призрачная Колыма: Сколько в Дальстрое было лагерей и тюрем



В начале февраля 1932 года в бухту Нагаева прибыло руководство Дальстроя во главе с Эдуардом Берзиным, а в июне-июле пароходы в массовом порядке стали доставлять заключенных.

В начале июля 32-го рядом с речкой Магаданкой (на месте нынешней улицы Пролетарской) появился "ситцевый городок" и впоследствии стал прообразом строящегося города. В 60-ти палатках расположились тогда добровольцы… Но именно в это время Берзин, создав основу Дальстроя, отправился в Москву со своим планом колонизации Колымы и строительства Магадана.
По его распоряжению в районе Дукчи появились первые лагерные пункты. Они-то и стали началом УСВИТЛа - Управления Северо-Восточных исправительно-трудовых лагерей.
Collapse )
Поделиться записью с друзьями

Жизнь начинается сегодня... И.Г.Гольдберг. (11)

Глава седьмая
1.

Марья долго не могла взять в толк, по какой причине и для чего в коммуне стали делить людей, как ей казалось, на разные сорта. Собрание бедноты, на котором она сама не была и о котором по деревне ползли самые невероятные и нелепые сведения, растревожило и смутило ее.
Но не одна Марья была встревожена и смущена. Нашлись многие, такие же, как и она, бывшие середняки, которые в этом небывалом для них собрании бедноты увидели для себя какую-то угрозу. А тут еще со стороны угрозу эту стали раздувать некоторые единоличники, те, которые выжидательно и тревожно посматривали на коммуну. И если до собрания слухи о нем и предположения были смутными и неясными, то теперь, назавтра после него, у досужих и легковерных крестьян, у тех из них, кто привык хватать всякую молву с налету и, не разжевав ее как следует, пускать с прикрасами дальше, нашлась горячая работа.
На утро после собрания, когда уже катились и множились нелепые слухи, Марья спросила Веру, жену Василия:
-- Василий-то твой, сказывают, в управители, в уставщики пролез, командиром над нами всеми ставит себя!?
-- С чего это ты, Марья Митревна, -- посмеялась Вера, внутренне польщенная, -- Василий и в мыслях не доржит об этим.
-- Не доржит! А вот, сказывают, бушует он, кулаков промеж нас ищет. Гнать коих из коммуны собирается... И что это такое! Давно ли всех тащили сюды, а теперь наоборот!
-- Василий тут не при чем. Повыше его имеются... Не спорю, мужику моему, Василию-то, нонче ход не тот, что раньше. Дак это оттого, Марья Митревна, что он с головой. Не пропащий какой!
Марья молча взглянула на Веру и подумала: "Ишь! А ведь прежде-то Василий твой совсем пропащий да никудышный был!"
Collapse )