April 27th, 2020

Анадырский острог при приказчиках Семене Дежневе и Курбате Иванове

1656 (164) г. не ранее апреля 11 — не позднее августа 31. — Отписка якутского воеводы М. С. Лодыженского в Сибирский приказ о посылке в Москву моржовой кости, добытой Семеном Дежневым и Юрием Селиверстовым на р. Анадырь, и отъезде для моржового промысла на р. Анадырь стрелецкого сотника Амоса Михайлова.

|л. 133| Государю, царю и великому князю Алексею Михайловичю ...[т.] холопи твои Мишка Лодыженской, Федька Тонков челом бьют.

В нынешнем, государь, во 164-м году апреля в 11 день писали к нам, холопем твоим, с новоприискной с Анандыря реки охочие служилые люди Сенька Дежнев да Юшко Селиверстов, что они на усть тое Анандыря [371] реки на взморье упромышляли моржевого зуба Сенька Дежнев с товарыщи 239 пуд, Юшка 50 пуд, обоего они, Сенька и Юшко, кости моржевой упромышляли 289 пуд. А по весу де в розных статьях того зубу в |л. 134| 3-х, и в 4-х, и в 5-ти, и во шти, и в 7-ми, и в 8-ми, и в 10-ти, и в 12-ти, и в 13-ти, и во штинатцати костях по пуду. И для образца, государь, Сенька Дежнев прислал к нам, холопем твоим, пуд кости во шти зубах. И мы, государь, холопи твои, тое пуд кости, оценя в Якутцком, послали к тебе, ко государю, к Москве с якутцким сотником стрелетцким с Трифанком Евсевьевым с товарыщи. А якутцкая, государь, цена тому пуду кости 60 рублев.
Collapse )

Якутск, 1960 год.

Оригинал взят у avp23649 в Якутск, 1960 год.
В продолжение темы про старые плёнки с барахолки.
Ни автор ни время съёмки не известно.
Но эту плёнку удалось идентифицировать.
Аэропорт и собственно город Якутск.
На заднем плане видны Ли-2 и Ил-14, к сожалению номера не видны.
Клик по фотографии откроет фото на ЯФ, там можно выбрать фото в максимальном разрешении.

Collapse )

Командировка на полюс холода... Геннадий Бородулин

Командировка на полюс холода.
Часть 1.
Николаевск на Амуре.

На крыльце здания летного отряда, несмотря на ранний час, в полном одиночестве стоял и нервно курил помощник командира эскадрильи по штабной работе Геннадий Федорович Шерстнев. Редкие легкие снежинки уже порядком припорошили его темные с изрядной долей седины волосы. Судя по ним, и по запорошенным тонким слоем снега погонам, он стоял здесь уже долго.
Поднимаясь на невысокое крыльцо, я, поздоровавшись с ним, спросил: - Кому стоим Федорович?
- Да ну их всех к херам Гена! Достали во как! И он провел ладонью по горлу.
- Вчера весь день готовил документы согласно его же указаниям, - подразумевая под «его» - командира эскадрильи, - с обидой произнес он, после чего глубоко затянувшись, продолжил: - Задания на полеты для экипажей выписал, командировки на перегон экипажу Парфенова в Иркутск, оформил. А сегодня все! Все переплясали, и опять садись, и оформляй все по новой! Надоело – сил нет! Ей богу брошу все и уйду на пенсию.
- Ну, что ты Федорович, успокойся. Ты же сам знаешь нашу работу. Как не сопротивляйся «умным» командирским решениям – а все равно заставят. А будешь, артачится - выпорют. Ты будь спокойным, как наш Игорюха.
Collapse )