April 13th, 2020

Плавания в Северном Ледовитом и Тихом океанах после похода 1648 г. С. Дежнева

1668 (176) г. не ранее марта 1 — не позднее июня 8. — Отписка служилого человека Семена Сорокоумова в Якутскую приказную избу о затертом льдами в устье Индигирки коче и ввиду этого задержке соболиной казны, доставляемой с р. Колымы в Якутский острог.

|л. 120| Великого государя, царя и великого князя Алексея Михайловича... (т.) и государя благовернаго царевича и великого князя Алексея Алексеевича... (т.), и государя благовернаго царевича и великого князя [341] Феодора Алексеевича... (т.) стольнику и воеводе Ивану Федоровичю Большему Голянищеву-Кутузову служилой человек Семейка Дементьев Сорокоумов челом бьет.

В прошлом во 175-м году июля в 16 день по указу великих государей послан я, Семейка, с Ковымы реки великих государей за ясачною и десятинною, и пятинною соболиною казною, и с книгами, и с отписками морем в Якутцкой острог. А посланы со мною служилых людей 5 человек, а торговых и промышленых людей шло 30 человек, а коч дан великих государей, а судовые снасти, шеймы и якори были торговых и промышленых людей, а парусу было великих государей только четверть паруса, а достальной был парус торговых людей, а казны великих государей двоегодной ясачного збору 40 сороков 4 сорока 15 соболей, а десятинной казны 25 сороков 1 соболь, да пупков собольих 50 сороков 2 сороки, да петинной соболиной казны 23 сорока 29 соболей, да денежной казны 287 рублев 3 алтына 2 деньги денег, а за петинной казною идут выборные целовальники Еремка Иванов Нижегородец. И судом праведнаго бога в прошлом во 175-м году было море ледяное, протти не мочно, и не дошед устья Индигирки реки, в голомени в большие льды затерло, и стояли на одном месте в заторе больши 6-ти недель и до заморозу. И в нынешнем во 176-м году сентября в 11 день поделали /л. 121/ нарты, и по розвыто 2 по людей и по мочи смотря, великих государей собольную казну роздавал волотчи з голоменя с моря на землю, а коч великих государей со всею снастью и с парусом остался во льду, и свои борошнишка и платишко оставили на коче. И как приволоклися на берег край моря, и достальные свои животишка покинули, для ради хлебной скудости, чтоб нам голодною смертию не помереть и ходом поспешить, дойти б великих государей с казною до лесов. А шли из-за моря до усть Индигирки реки и по Индигирке вверх до край лесов до Мошенникова зимовья 2-е недели и 2 дни и, пришед, анбар поставили, и великих государей собольную казну в анбар положили, и за печатью и за замком по вся дены и караулом держали, и по се число марта по 1 день цело и сохранно.
Collapse )
фуражка

Лихой самозванец, черт.

По мотивам статьи Олега Нагавкина.

    В сентябре 1920 г. в соседней с Приморьем китайской провинции Цзилинь был застрелен китайскими солдатами один из самых одиозных участников Гражданской войны на Дальнем Востоке атаман Уссурийского казачьего войска генерал-майор Иван Калмыков.
        Калмыков сделался в 1918 году из подъесаулов генерал-майором, в одночасье, как в сказке, а американский командующий называл его "разбойником, убийцей, головорезом и самым большим негодяем".

 Душегуб он был редкостный. С 1918 по 1920 годы, упорно саботируя под различными предлогами требования и уговоры командования войск адмирала Колчака о выдвижении на фронт против большевиков, атаман "геройствовал" в тылу колчаковских войск между Хабаровском и Владивостоком во главе созданного им отряда.
 Борясь с красными партизанами, он своми зверствами только разжигал у местных жителей и рядовых казаков ненависть к белым и их союзникам, толкая их в ряды красных партизан. Из-за насилий Калмыкова над мирным населением в Приморье и Приамурье партизанское движение там приобрело особый размах.
       Больше всего доставалось от калмыковцев большевикам и китайцам. Последних также убивали и грабили, из-за чего у Омского правительства возникали скандалы с Китаем.
 Для большевиков пустили специальный Поезд смерти по линии Хабаровск-Уссурийск, где на перегонах выбрасывали трупы арестованных на станциях подозреваемых.
 16 августа 1919 г. калмыковцы в Хабаровске сбросили с утеса 16 пленных австро-венгерских музыкантов, игравших в местном кафе "Чашка чая", только за то, что они не знали мелодии гимна "Боже царя храни".
       Немцев и венгров он расстреливал как врагов России, красных - как идеологических противников, сельских учителей - чтобы детей не учили, чему не следует, а свой собственный юридический отдел в полном составе расстрелял за плохую работу.


Collapse )

2298216_original


Петр Аянка едет в гости. Диковский Сергей.

Ртутные градусники лопались, когда Вострецов и Строд вели из Иркутска на Охотск красные части. Позже говорили, что это был совсем неожиданный, немыслимый маршрут. Ведь даже прокаленные морозами иркутяне с трудом выдерживали ночевки в тайге и тундре. Ведь шли пустыней. Быки и кони падали, не выдержав полярного дыхания.
И это было неверно. Красные стрелки, нанесенные на карту уральским кузнецом Вострецовым, были так же мыслимы, как сивашский удар или атака под Волочаевкой. Точно только одно - неожиданность. Ни полковник Пепеляев, ни его заокеанские друзья не ожидали, что Красная Армия осмелится выйти за Полярный круг.
Если бы Вострецов желал выражаться картинно, он мог бы сказать с дровень:
- Солдаты революции! Спустя два столетия вы проходите старыми тропами казаков Хабарова и Пояркова. История Охотского края смотрит на вас с вышины этих сосен!
Но он не умел выражаться картинно. Огромный, костистый, с пропеченным лицом, на котором до смерти сохранились следы кузнечной окалины, он шел рядом с дровнями, говоря:
- На первом же привале перемотайте портянки.
Collapse )