"Юнона" и "Авось"... Плавание к Сахалину и Южным Курилам...

Неудача миссии Н.П. Резанова, казалось, надолго похоронила надежды на установление торговых отношений между Россией и Японией. Однако сам Н.П. Резанов считал, что еще не все потеряно. Если не удалось решить поставленную перед посольством задачу путем переговоров - следует применить силу. “Надеюсь, - писал Н.П. Резанов, - что внутренний ропот скорее принудит горделивую державу сию к снисканию торговых связей с нами, когда сама она увидит, что вредить нам не в силах, но чувствовать от нас вред всегда должна будет, не имея при том ни малейших к отвращению оного способов...”
Так появился план военной экспедиции против японских поселений на Сахалине. Принимая это решение, Н.П. Резанов не имел на то каких-либо полномочий от российского правительства. Лучше всего об этом говорят его письма Александру I (“Воля Вашего императорского величества со мною, накажите меня, что, не сождав повеления, приступаю я к делу ...”) и министру коммерции Николаю Петровичу Румянцеву (“Может быть, почтен я буду преступником, что приступил к началу сего проекта моего, но готов я принять наказание, а объясню здесь, что побужден был к тому славою государя и любовью к отечеству, для которых всегда собою жертвовал ...”).
Исполнение своего плана Н.П. Резанов поручает находившимся на службе в Российско-Американской компании морским офицерам Николаю Александровичу Хвостову (командиру судна “Юнона”) и Гавриилу Ивановичу Давыдову (командиру тендера “Авось”). 8 августа 1806 года Н.П. Резанов вручает Н.А. Хвостову секретную инструкцию, предписывающую тому совместно с Г.И. Давыдовым предпринять плавание к Южному Сахалину, а также к островам Уруп и Симушир. В ходе этого плавания корабли “Юнона” и “Авось” должны были “войти в губу Анивы”, истребить находящиеся там японские суда и захватить в плен годных к работе японцев. Не способным же к труду японцам следовало разрешить перебраться на Хокнайдо, “сказав, чтоб никогда они Сахалина как российского владения посещать иначе не отваживались, как приезжая для торга”. В случае высадки на берег русские моряки должны были “обласкать” сахалинских айнов, одарить их сукнами, платьем и другими вещами, айнским старшинам вручить медали. Японские магазины было ведено сжечь, взяв оттуда предварительно все товары.

6 октября 1806 года “Юнона” бросила якорь в заливе Анива. На следующий день часть экипажа высадилась на берег и посетила айнское селение, 8 октября Н.А. Хвостов провозгласил Сахалин владением России. Вот как описывает эту церемонию сам командир “Юноны”: “В 8-мь часов пополуночи отправились на двух судах я, лейтенант Карпинский и корабельный подмастерье Корекин к тому же селению. Подъезжая к берегу, подняли на шлюпке военный, а на баркасе купецкий флаги; добрые айны встретили суда уже в большем числе и присели на колени, когда мы вышли на берег, старались объяснить кое-какими словами, что мы россияне и друзья их; я приказал на берегу поставить флагшток, на котором подняли оба флага, как военный, так и коммерческий. Показывая на судно, одарил всех платками и разными безделицами, на тоена или старшину селения надел лучший капот и медаль на владимирской ленте при троекратном из шести ружей выстреле, с судна на каждый залп ответственно из одной пушки. Здесь должно заметить, что ружейная стрельба не произвела на айнов ни малейшего страха, но когда увидели огонь и звук пушек, то ужаснулись и приклонили головы. Старшине при медали дал лист, на котором написано “1806 года октября _ дня” (так в документе. - М. В.). Российский фрегат “Юнона” под начальством флота лейтенанта Хвостова, в знак принятия острова императора Александра I, старшине селения, лежащего на восточной стороне губы Анива, пожалована серебряная медаль на владимирской ленте. Всякое другое приходящее судно, как российское, так и иностранное, просим старшину сего признавать за российского подданного”. Сахалина и жителей оного под всемилостивейшее покровительство российского
После этого российские моряки разорили все найденные ими на берегу залива Анива японские магазины и фактории, захватили в плен четверых японцев. Находившиеся на японских складах товары были частично захвачены (всего на “Юнону” было погружено до 1000 пудов риса, до 100 пудов соли, а также невода, посуда, другие предметы), частично, по предложению Н.А. Хвостова, разграблены винами. Затем все японские постройки и запасы строевого леса были сожжены. 16 октября “Юнона” покинула залив Анива.
В мае 1807 года “Юнона” и “Авось” появились у берегов Итурупа. 18 мая Н.А. Хвостов и Г.И. Давыдов высадили десант в бухте Найбо и сожгли находившееся здесь небольшое японское селение. Далее они атаковали Сяна - самое крупное поселение японцев на Итурупе (в настоящее время город Курильск). Сравнительно многочисленный (до 300 солдат) гарнизон Сяна был легко разгромлен. Магазины японских купцов и промышленников были разграблены, а само поселение сожжено. 27 мая “Юнона” и “Авось” покидают Итуруп. Посетив Уруп, оба судна 10 июня вошли в залив Анива. Предав огню оставшиеся там японские строения, Н.А. Хвостов и Г.И. Давыдов двинулись в направлении Хоккайдо. В районе небольшого острова Пик-де-Лангль (у северо-западной оконечности Хоккайдо) они сожгли четыре японских судна. Бывший на судах груз (рис, рыба, соль) был захвачен.
Своевольные действия лейтенанта Н.А. Хвостова и мичмана Г.И. Давыдова не были поддержаны правительством Российской империи. В итоге японцы вновь вернулись на Сахалин и восстановили свои укрепления на Итурупе. Таким образом, следствием “подвигов” Н.А. Хвостова и Г.И. Давыдова было значительное усиление японского военного присутствия на Итурупе и Кунашире (уже в 1808 году здесь появляется 1000 японских воинов), а также пленение 11 июля 1811 года японским гарнизоном Кунашира русского мореплавателя Василия Михайловича Головнина. В.М.Головнин провел в японском плену более двух лет (1811-1813 годы) и был освобожден только после получения японцами от российской администрации заверений в том, что набеги на Сахалин и Итуруп носили самочинный характер. В итоге Санкт-Петербург был вынужден четко обозначить южную границу своих владений на Курильских островах. В новых привилегиях, дарованных 13 сентября 1821 года Российско-Американской компании императором Александром I, крайним владением империи на Курилах был назван южный мыс острова Урупа.
В целом, организованная Н.П. Резановым авантюра закончилась полным провалом: Япония не только осталась, но и укрепила свои позиции на Сахалине и Курильских островах; первый русско-японский торговый договор был заключен только полвека спустя; отношения между Россией и Японией с самого начала были омрачены территориальной проблемой.

М.Высоков

Небольшое дополнение:

В Охотске Резанова начинают обуревать сомнения относительно затеянной им экспедиции. 24 сентября 1806 г. он направляет Хвостову дополнение к инструкциям, в соответствии с которыми тот должен был ограничиться только разведкой положения дел в японской колонии на Сахалине. Отмену военных действий против японцев Резанов мотивировал тем, что время для похода в зал. Анива упущено: рыбная путина на юге Сахалина закончилась, японцы перебрались на зимовку на Хоккайдо, и, таким образом, эффекта от вояжа русских судов на Сахалин не будет. Хвостов поспешил к Резанову за разъяснением, но тот уже оставил Охотск и направился в Петербург. По дороге Резанов заболел и 1 марта 1807 г. умер в Красноярске. В итоге Хвостов проигнорировал его инструкции.